Адольф Арцишевский: Мы еще поживем!

Поздравить мэтра в Союз писателей пришли его алматинские коллеги.

– Прозу Арцишевского высоко оценивали такие выдающиеся литераторы, как Юрий Нагибин, Виктор Шкловский, Олжас Сулейменов, а Герольд Бельгер сравнивал его произведения с лучшими образцами русской классики, – сказал президент Казахского ПЕН-клуба Бигельды Габдуллин, вручая Адольфу Альфонсовичу вместе с председателем правления Союза писателей Казахстана Мереке Кулкеновым высокую награду.

У Адольфа Арцишевского удивительная судьба – тяжелая, трагичес­кая и в то же время насыщенная напряженной интеллектуальной жизнью. Сам он оценивает ее так: «Жизнь слишком рано началась всерьез… Она не щадила – годы были послевоенные, а это голод, обиды, боль. Но в том-то и везение мое, и счастье: если ты сам не испытал боли, ты не поймешь боль другого. Я считаю, что боль делает художника художником».

Стезю литератора алматинский школьник Адольф Арцишевский выбрал еще в третьем классе.

– Я просто написал тогда стихи о весне, – вспоминает он. – О том, что тает снег, стучит капель, почки набухают на деревьях... Учительница прочитала их перед классом вслух. Это был 1947 год. За партами в нашей мужской школе сидели полуголодные, полураздетые пацаны. Они смотрели на меня с недоумением. Потом такие же взгляды я много раз в своей жизни ловил и от коллег, и от знакомых, потому что я был одержим литературой. Помню, как, стесняясь своих слез, плакал над «Дюймовочкой» Андерсена, «Золотым ключиком» Алексея Толстого, «Детьми подземелья» Короленко, ну и, естественно, «Каштанкой» Чехова. После школы, забыв о голоде, не замечая мороза или ливня, бежал вниз по улице Пушкина к пересечению Красногвардейского тракта и Ташкентской аллеи. Там из висящего на столбе раструба-колокола Всесоюзное радио передавало главы из романа Леонида Леонова «Русский лес». Для меня эти полчаса были событием дня номер один. Я мерз, переступая с ноги на ногу в дырявых ботах и куцем пальтишке, но музыка изу­мительной прозы искупала все…

Помимо литературного, у Арцишевского, по словам Бигельды Габдуллина, с которым они почти полтора десятка лет вместе работали в редакциях газет «Новое поколение» и «Central Asia Monitоr», есть еще один великий талант – готовность прийти на помощь ближнему, а также добросовестно и в срок выполнить задание главного редактора, порадоваться за успехи друга и быть принципиальным в защите чести и правды. Напомним: именно он, Адольф Арцишевский, был редактором знаменитой книги Олжаса Сулейменова «Аз и Я».

– Редактировать ее мне предложила Алтыншаш Жаганова, заведующая русской редакцией издательства «Жазушы», – рассказывает мэтр. – До меня она обращалась к более опытным людям, но и Нина Александровна Муканова, и Виталий Васильевич Старков отказались, сославшись на большую занятость. Я согласился, хотя вообще-то выход любой большой книги Сулейменова заканчивался увольнением редактора с работы. Так было, когда вышел сборник «Повторяя в полдень», потом – «Определение берега». Олжас ведь всегда был достаточно амбициозным и решительным человеком. Но тогда я не думал о том, что будут какие-то гонения. Меня это как-то мало волновало. Я просто честно, как сказал лет через 35 сам Олжас, выполнил свой редакторский долг, хотя работа над «Аз и Я» была непростой.

Все первоисточники находились в Москве, в Ленинской библиотеке, а мне важно было хотя бы не переврать цитаты из «Слова о полку Игореве». Олжас ведь, опираясь на сплошь и рядом встречающиеся там тюркизмы, доказывал, что уровень культурного развития тюрков-кочевников был где-то даже выше славянского мира, так как обратного заимствования почти не просматривалось. Этого было достаточно, чтобы книгу признали кощунственной, некоторые московские деятели науки и искусства, говорят, требовали для автора даже пожизненного заключения, так как до этого проводилась совершенно противоположная идео­логическая линия: абсолютное культурное влияние славянского мира на тюркский.

И сам я тоже особой смелости в том, что работал над талант­ливой книгой талантливого человека, не видел. Другое дело, что остался без куска хлеба. Года три или даже больше я был под запретом, а рукопись моего романа «Единственный день среди лета» лежала до тех пор, пока не рухнула советская власть. По счастью, я успел к 1975 году, когда произошли те события, выпустить уже две книжки. Это давало мне право вступить в Союз писателей, – рассказывает Адольф Арцишевский.

Сегодня обладающий феноменальной памятью 86-летний писатель и журналист продолжает работать. Но он не скрывает, что очень болен...

– Я горд, что мне вручили такую награду, она придает оптимизма, сил и желания выжить во что бы то ни стало, – говорит аксакал казахской литературы. – Мне есть для кого и для чего пытаться это делать. Более тридцати лет тому назад я взялся за перевод романа Калихана Искакова «Легенда о земле Беловодье» по подстрочнику поэ­тессы Ардак Еженовой. Это были 1989–1991 годы. Чтобы вплотную заняться переводом, я уволился из театра имени Лермонтова, где работал завлитом. Калихан, тончайший стилист, не случайно меня выбрал в свои переводчики, и эта работа была очень ответственной.

Завершил я тот перевод в ноябре 1991 года, а через месяц советская власть рухнула и вместе с ней – договорные обязательства с российским издательством. Я не получил ни копейки за эту работу... Переведенный на русский язык роман 30 лет пролежал без движения, хотя в оригинале он получил Госпремию Казахской ССР. И вот в прошлом году благодаря усилиям председателя правления Союза писателей Казахстана Мереке Кулкенова, президента Казахского ПЕН-клуба Бигельды Габдуллина и редактора журнала «Простор» Фархата Тамендарова была напечатана журнальная версия романа на русском языке.

«Легенда о земле Беловодье» еще 30 лет назад получила высокую оценку литературоведа Виктора Бадикова, а в наши дни – народной писательницы Казахстана Любови Шашковой, которая готовила текст (а это 205 машинописных страниц) к публикации в «Просторе». Дело осталось за, казалось бы, малым – теперь надо издать русскую версию романа Калихана Искакова отдельной книгой.

И еще скажу вот что. Вопреки смертельному недугу мне удалось завершить книгу о Рубене Суреновиче Андриасяне, который 37 лет руководил театром имени Лермонтова. Она вышла в свет буквально на днях – 25 октября. Сейчас работаю над новой книгой, в которой пойдет речь о спектакле Эдварда Олди «Не боюсь Вирджинии Вулф», где главные роли сыграли Геннадий Федоров, Татьяна Тарская и мой сын – Антон Арцишевский. Так что мы еще поживем!