Водная дилемма

Нарастающий тренд

Напомним, что 24 декабря на заседании Правительства состоялась презентация проекта Государственной программы управления водными ресурсами, разработанного Министерством окружающей среды и вод­ных ресурсов (МОСВР). В обсуждении этого стратегического документа также приняли участие руководители регионов, в том числе южных и западных областей страны, экономика которых уже сегодня развивается в условиях водной «напряженки».

Согласно оценкам экспертов, из-за ежегодного сокращения трансграничных притоков и роста потребления воды в сельском хозяйстве через три десятка лет общий объем дефицита воды по Казахстану может составить 12,2 млрд. кубометров в год. Расчеты гидрологов также показывают, что к 2040 году уровень водопотребления в нашей стране вырастет на 56% и составит 25 млрд. кубометров. Сегодня этот годовой показатель оценивается в пределах 16 млрд. кубов.

Подобная динамика связана как с демографическими, так и промышленно-экономическими факторами. Предполагается, что к 2040 году численность населения Казахстана вырастет до 20,8 млн. человек. Причем доля горожан возрастет с нынешних 53 до 73%. Данный тренд урбанизации обусловит увеличение объемов потребления воды на 35%.

Если учесть, что в связи с увеличением доступа граждан к централизованному водоснабжению или сокращением доли населения, не охваченного услугами монополистов, ежегодное потребление воды на душу населения будет расти в среднем на 1,9%.

Что касается промышленного сектора, то и здесь прогнозируемый рост объемов потребления воды к 2040 году составит около 35%, что соответствует ускорению промышленного производства в пределах 4% в год. Наибольшие темпы потребления воды будут наблюдаться в сфере добычи и переработки углеводородов, в горнодобывающей промышленности и электроэнергетической отрасли. В сельском хозяйстве предполагается расширение орошаемых площадей до 2,1 млн. га к 2040 году, что соответственно приведет к росту потребления воды на 1,6% в год.

Расточительный антропоген

Следует отметить, что Центральная Азия, где расположен Казахстан, – одна из засушливых территорий Земли. В целом на планете такие области составляют порядка 25% земной суши. Согласно научным данным, запасы пресной воды на планете не превышают 0,1% от общего объема гидросферы. То есть если гидросфера содержит около 1 460 млн. куб. км жидкой влаги, преимущественно в виде соленых океанов и морей, то доля пресной воды – это малая толика в виде рек, озер и осадков, за счет которой поддерживается жизнь организмов на суше. Вполне естественно, что первые очаги цивилизации на земле возникали именно в дельтах крупных рек.

В Центральной Азии с незапамятных времен уровень развития того или иного оазиса хозяйственной культуры также определялся прежде всего наличием водных ресурсов. Учеными установлено, что некогда в пределах Сарыкамышской впадины, расположенной между Аралом и Каспием, в том числе вдоль высохшего русла древней реки Узбой, кипела жизнь оседлых цивилизаций, превративших эту местность в зеленый оазис процветания и могущества. Сарыкамышская впадина была полноводным бассейном. Но ушла вода, а вместе с ней канули в миражи времени и эти безвестные очаги былых культур, признаки которых при взгляде с космоса напоминают лишь о том, что в природе нет ничего лишнего, в том числе воды.

Между тем великий круговорот воды в природе, при котором ни одна капля влаги не пропадает зря, хотя и проходит через систему сложных превращений, очевидно, служит еще и показателем высокой рациональности по отношению к главному ресурсу планеты, из которого примерно на 70% состоит и сам человек. Тем не менее потребности человечества в водных ресурсах год от года возрастают, причем не только в зависимости от роста населения, но и в силу давления техногенного фактора на каждый кубический сантиметр гидросферы. Нау­кой подсчитано, что с начала ХХ века невосполнимые расходы воды увеличились в мире более чем в 10 раз. Это значит, что только за один век активной техногенной деятельности человечество успело изъять из естественного оборота примерно 10% от общего объема атмосферных осадков, выпадающих на сушу в виде дождя и снега. В связи с этим не исключено, что под влиянием антропогенного фактора система регенерации гидросферы попросту начнет давать сбои, или того хуже – запустит механизм таяния ледников Гренландии и Антарктиды для восполнения «вакуума».

Так или иначе, но в совокупности с такими глобальными проблемами, как заиливание минеральными наносами водных бассейнов, эрозия, деградация и опустынивание почвы, таяние ледников, и прочими деструктивными факторами проблема тотального дефицита воды в будущем ставит цивилизацию перед необходимостью соизмерять свои потребности с реальными возможностями. При этом вопреки распространенному тезису о потенциальной пагубности человеческого влияния на природу прогрессивные формы хозяйствования целого ряда стран полупустынных ареалов показывают, что с умом, бережливостью, да аккуратностью в использовании трансграничных рек можно дотянуть хоть до третьего вселенского потопа.

Достигнуть подобной гармоничности в водопользовании не мешало бы и китайско-казахстанскому форма­ту стратегического партнерст­ва, в котором именно водный аспект представляет наиболее хрупкую грань взаимной политики. Как известно, в Поднебесной реализуются проекты по переброске водных ресурсов рек Или и Иртыша для сельскохозяйственных нужд Западного Китая. В частности, в верховьях Иртыша прокладывается 300-километро­вый канал «Кара Иртыш – Карамай» и сеть гидротехнических сооружений. Аналогичные планы у китайской стороны и относительно верховья реки Или. В связи с этим снижение воды в русле рек произойдет однозначно. К тому же любой гидроэнергетик знает, что с образованием зеркала водохранилища потерь воды в виде испарения также не миновать.

Между тем река Иртыш, впадающая в итоге в Обь, питает своими водами всю северо-восточную часть Казахстана, включая ее центральные районы посредством канала «Иртыш – Караганда». Река Или и вовсе обеспечивает равновесие хрупкой экосистемы юго-восточной и центральной части страны, оставаясь единственной крупной водной артерией, впадающей в Балхаш. И если, как полагают гидрологи, к 2040 году эти реки в результате активного забора воды китайской стороной превратятся в мутные речушки, то масштабы экологических последствий в наших пределах трудно даже вообразить. Например, для обеспечения равновесия экосистемы Коргалжинского природного заповедника, что расположена неподалеку от Астаны, только река Нура должна ежегодно приносить в своем русле до 170 млн. кубометров воды. Но сегодня она дает лишь половину этого объема. Спрашивается, откуда взять остальные кубомет­ры бесценной влаги, если в округе лишних водных ресурсов попросту нет? Данный вопрос пока решается путем перераспределения около 40 млн. кубометров воды из канала «Иртыш – Караганда». Но будет ли такая возможность и впредь, безусловно, трудно судить.

Ресурсосберегающий формат

Согласно прогнозам МОСВР РК, к 2040 году доступные водные ресурсы в Казахстане могут составить порядка 13 млрд. кубометров воды. То есть разница между спросом в 25 млрд. кубометров и предложением в 13 млрд. составит ожидаемый дефицит в 12 млрд. кубометров. Разработчики программы уверены, что проблема эта в Казахстане решаема, если целенаправленно и последовательно реализовать предлагаемый комплекс мероприятий в трех основных группах потребителей – в сельском хозяйстве, промышленности и ЖКХ. Причем аграрному сектору будет уделено особое внимание, поскольку эта сфера на сегодня остается основным потребителем водных ресурсов.

Согласно данным МОСВР, в 2012 году доля сельского хозяйства в общем объеме потребления воды составила 84%. При этом в этой отрасли наблюдается самый высокий коэффициент потерь воды – 66%. Предполагается, что внедрение влагосберегающих технологий в АПК и проведение комплексной модернизации оросительных систем позволят покрыть до 43% от ожидаемого дефицита воды, или экономить ежегодно до 5,3 млрд. кубометров. Еще 28% от общего объема дефицита в объеме 3,4 млрд. кубометров в год можно покрыть за счет модернизации инфраструктурных объектов по транспортировке, распределению и хранению воды. Кроме того, добиться сокращения дефицита еще на 7%, или на 0,8 млрд. кубометров, в год можно за счет модернизации коммунальной инфраструктуры и внедрения водосберегающих технологий в промышленности.

Оставшийся дефицит в объеме 22%, или 2,7 млрд. кубометров воды, программа предусматривает покрыть за счет межбассейновой переброски водных ресурсов для решения локальных проблем водообеспечения, а также на основе пересмотра структуры посевов влагоемких культур. Возможно, в этот перечень попадут прежде всего наиболее влаголюбивые культуры. В этом плане не парадоксален ли тот факт, что рисоводство занимает основную долю земледелия тех райо­нов юга, где дефицит воды во все времена ощущался наиболее остро.

Между тем значительные источники пресной воды могут залегать и в недрах страны в виде подземных озер и морей. Например, известно, что река Чу, которая протекает через Чуйскую долину, в низовьях пересекает пустыню Муюнкум и теряется во впадине Ащиколь, образуя группу озер. Бывший приток этой реки – Талас – также заканчивается сетью озер и болот в равнинных пространствах пустыни Муюнкум. При этом каких-либо изысканий на наличие в этой местности подземных вод явно не проводилось.

– Для полной оценки потенциала подземных вод требуются дополнительные геологоразведочные работы, – отмечает глава МОСВР Нурлан Каппаров.

Программа предполагает ряд мер по снижению ожидаемого дефицита воды, из которых 9,5 млрд. кубометров планируется закрыть за счет модернизации инфраструктуры и мер по повышению водосбережения в промышленности, сельском хозяйстве и жилищно-коммунальном секторе. Всего на данные группы мер оценочные инвестиции составят 3,2 трлн. тенге. Дополнительные 2,7 млрд. кубометров воды разработчики предлагают сохранить за счет строительства мега-проектов оценочной стоимостью до 800–900 млрд. тенге.

Все три основных потребителя вод­ных ресурсов – АПК, ЖКХ и промышленность – могут существенно повысить эффективность водопользования. В АПК сокращения потерь с 66 до 27% можно добиться за счет модернизации оросительных систем, что позволит экономить порядка 11,2 млрд. кубометров воды в год. В промышленности сокращение потерь с 40 до 19% предусматривается в основном за счет внедрения систем оборотного водоснабжения. Это позволит экономить отраслевикам до 900 млн. кубометров воды в год.

Снижение ресурсных потерь в ЖКХ с 58 до 19% специалисты МОСВР предлагают за счет модернизации инфраструктуры и очистных систем, что позволит экономить около 300 млн. кубометров воды в год.

– У нас в стране 40% магистральных и 38% распределительных каналов находятся в неудовлетворительном состоянии. На 27% магистральных и 56% распределительных каналах отсутствует облицовка. Около 40% водопроводной инфраструктуры требует модернизации. На это будет направлено порядка 925 миллиардов тенге, – заявил министр.

Неудовлетворительное техническое состояние значительной части коммунальной инфраструктуры городов негативно отражается на качестве технической и питьевой воды. В этом плане не лучшим образом дела обстоят и в самой столице, где воду из крана из-за чрезмерного содержания в ней хлора горожане, как правило, не используют для питья.

Согласно исследованиям, в 2012 году лишь 13 водоемов из 88 были классифицированы по показателю загрязненности как «чистые». В связи с этим программой МОСВР предусмотрен комплекс мероприятий по очистке и санации водоемов по всей республике как на особо охраняемых природных территориях, так и вне их пределов.

Впрочем, несмотря на актуальность данной программы, ее реализация потребует немалых финансовых ресурсов. Например, модернизация водного сектора до 2040 года требует капиталовложений в размере 8,2 трлн. тенге, из которых 5,4 трлн. тенге предусмотрены из средств республиканского и местных бюджетов, а 2,8 трлн. тенге – частные инвестиции и заемное финансирование со стороны международных институтов развития. При этом предусматривается постепенный пересмотр уровня тарифа для всех категорий потребителей.

Досжан НУРГАЛИЕВ