Как бандитские группировки грабили оружейные магазины Алматы: озвучены подробности
3051
О том, как в Алматы бандитские группировки грабили магазины, торгующие оружием, нашей газете рассказал вице-президент Оружейной ассоциации Казахстана «Корамсак» Сергей Катнов.
– Поделитесь, пожалуйста, при каких обстоятельствах происходили атаки на магазины?
– Нападениям подверглись 8 оружейных магазинов. Это не все торговые предприятия нашей отрасли в Алматы, и не во всех преступники смогли захватить оружие. Атаки, по нашим оценкам, были хорошо подготовлены. Магазины держались от 6 часов до двух суток, то есть столько времени в хранилища не удавалось проникнуть.
– Их обороняли или преступники просто не могли попасть внутрь?
– Обороняться не было никакой возможности. Хотя и такие случаи известны. В один из магазинов приехала тревожная группа частной охранной фирмы, сотрудники держались сколько могли. В итоге – один человек сейчас в реанимации, двое – в госпитале. И я скажу, ЧОПы отреагировали далеко не на все сигналы о посягательствах, не выезжали на разбои и полицейские, хотя сигнал о любой попытке проникновения немедленно поступает в охранное предприятие, с которым у магазина договор, и параллельно на пульт охраны департамента полиции.
Мы сейчас не виним правоохранительные органы, понимаем, что у них не оказалось достаточно сил и средств, чтобы отреагировать. Когда владельцы бизнеса звонили по экстренным номерам, им отвечали, что не хватает людей. А наши сотрудники, охранявшие торговые точки, были безоружными против толпы, которая нападала уже с огнестрельным оружием. Многих из них избили.
– Как отработала внутренняя система защиты этих объектов?
– После событий 2016 года (речь о терактах боевиков в Актобе. – Ред.) была поставлена задача обеспечить такую степень защиты оружейных магазинов, чтобы злоумышленники не могли проникнуть в помещение и завладеть оружием до приезда специальных сил: примерно 5 минут – для охранного предприятия и чуть больше – для экипажа полиции. Эта задача была полностью выполнена.
Но вы же понимаете, что перед нападающими стояла четкая цель. Они были не только подготовлены, но и хорошо осведомлены. Например, расскажу, как атаковали магазин «Корган» возле ЦУМа. Это лидер нашей отрасли, и там оружия было побольше, чем у многих, и оно посерьезнее, в основном импортное. Там вот, с улицы в здание преступники проникнуть не смогли, поэтому начали долбить бетонную стену. Это заняло у них 6 часов. Дальше наткнулись на специальную арматуру, которой укреплен периметр магазина. Тогда они подогнали мощные лазерные резаки, вскрыли арматуру и только так проникли в помещение.
Попытки нападения были совершены на большинство наших магазинов в городе, но не везде получилось добраться до оружия. Еще до того как начались погромы, мы всем разослали сообщения, чтобы в магазинах заваривали входы-выходы и ружейные хранилища. Это во многих случаях сработало.
– И в итоге – каким оружием и в каком количестве завладели преступники?
– Сейчас мы пока не можем назвать точные данные, но очевидно, что счет ущербу идет на миллиарды тенге. Ведь, кроме краж и погромов, налетчики устраивали поджоги.
Важно еще отметить, что в большой массе попавшие в руки бандитов винтовки и ружья не были активированы. У оружия, которое хранится в магазинах, изымаются определенные части, участвующие в производстве выстрела, – затворы, личинки затворов, части спусковых механизмов. Они хранятся отдельно, в других местах. То есть, добравшись до оружия, эти детали преступники оставили, а без них оно стрелять не будет. Кстати, такую меру технической защищенности мы сами предложили в 2016 году.
Известен случай, когда взломщики попали в хранилище, но оружие там было особым способом закреплено. Снять крепление не смогли, поэтому вырывали силой, при этом ломали спусковые скобы, повреждали ударно-спусковые механизмы – такое оружие тоже непригодно. Могу предположить, что подавляющая часть похищенного оказалась бесполезной.
– Вы можете утверждать, что в магазинах были соблюдены все требования по сохранности и недосягаемости оружия?
– Да, именно так жестко мы прошли проверку на адекватность мер безопасности. С удовлетворением могу сказать, что система защиты магазинов оказалась на очень достойном уровне. Один из них крушили две ночи подряд, но так и не смогли вскрыть «оружейку». Но мы же понимаем, что любую преграду, если есть специальный инструмент и куча времени, можно сломать, что и было доказано в ходе беспорядков.
– И все-таки, если судить о том, что говорят владельцы бизнеса, какого рода оружие оказалось в руках террористов?
– Это спортивное и охотничье оружие. Другого у нас в продаже нет.
– Кроме боевиков, как можно предположить, в оружейных магазинах побывали и мародеры?
– Да, и это было. Вторая, так сказать, волна, когда растаскивались остатки. Но вначале это были однозначно подготовленные и четко мотивированные люди. Даже если судить по одному «Коргану»: лазерный резак не так просто найти, тем более автономный. Это говорит только о том, что все было просчитано и продумано.
– В чем заключалась эта подготовка: они вели разведку, изучали планировку, варианты защиты торговых предприятий?
– Тут все просто, магазины же работали не в подполье, а достаточно открыто, доступ в них свободный. Наверное, ходили, изучали обстановку. Другой вопрос, что, судя по тому, сколько времени им понадобилось на вскрытие магазинов, недооценили степень их защиты.
– Ваши коллеги, которые столкнулись лицом к лицу с преступниками, как описывают их самих, их поведение?
– Крайне агрессивными и возбужденными. Многие были в состоянии опьянения. Подъезжали к магазинам группой, делали предупредительные выстрелы в воздух и говорили нашим сотрудникам: «Хотите жить – уходите отсюда».
Но, например, в Талдыкоргане проникновение смогли предотвратить сами владельцы совместно с охранниками, которые прибыли на тревожный сигнал, – они просто разогнали нападавших. Но здесь все зависело от подготовленности преступников и целей их нападения. В Талдыкоргане была просто дикая толпа, а в Алматы мы имели дело с профессионалами. Поэтому к алматинской сети интерес был совсем другой.
К еще одной крупной торговой точке – магазину «Алпамыс» – подъехали на четырех машинах. Шесть часов вскрывали, а как только закончили, прибыл грузовик, куда все перенесли и немедленно уехали. Чувствуете, все отработано до мелочей.
– У вас нет опасений, что на волне этой трагедии вновь встанет тема ужесточения правил оборота оружия?
– Есть, конечно, и это не будет уместным. В 2016 году мы приняли все новые требования по ужесточению норм оборота оружия и, повторюсь, в техническом смысле выдержали испытания террористической атакой. Поэтому я могу прямо смотреть людям в глаза – сделано все возможное для обеспечения безопасности. Остается только полный запрет продажи оружия, но это очень недальновидная позиция. Я повторюсь в очевидной истине: только легальный оборот оружия может быть подконтрольным, иначе он становится криминальным.
– На руках у преступников остается много оружия. Где оно в итоге может оказаться?
– Уже сейчас мы получаем информацию об изъятии нашего оружия, и впредь оно будет обнаруживаться и изыматься. Не исключаю, что какая-то часть затеряется, где-то осядет, и понадобится время, чтобы оно всплыло. Но, надеюсь, все понимают, что пользоваться украденным оружием – преступление, за которое предусмотрена ответственность.
На мой взгляд, вероятность его дальнейшего использования в преступных целях не так велика. В терактах в Алматы фигурировало в основном боевое оружие, отобранное во время беспорядков у сотрудников правоохранительных органов и нападений на полицейские участки.
– Посоветуйте, что делать с ружьем, которое совершенно случайно, допустим такую вероятность, оказалось у кого-то на руках?
– Есть действующий приказ МВД о добровольной сдаче оружия. Если человек нашел ружье, а я тоже допускаю, что сейчас можно будет случайно найти брошенное оружие, его нужно отнести в полицию. Конечно, сдавшего будет проверять на возможную причастность к нападениям в Алматы и другим преступлениям, но в любом случае лучше это сделать незамедлительно.
– На какую поддержку рассчитывают Ваши коллеги по бизнесу, и какое у него будущее?
– Сейчас уже отрабатываются механизмы помощи пострадавшему бизнесу, и мы совместно с Национальной палатой предпринимателей начинаем принимать определенные меры. Надо сказать, мы никогда не просили у государства льгот и преференций. Но сейчас понимаем, что без этого не обойдемся. Многие мои коллеги выстраивали бизнес по 30 лет, теперь разрушено все. Поэтому мы готовим свои предложения о формах поддержки, которые фактически станут спасением отрасли.
Наверное, придется вернуться к проблеме, которая озвучивалась еще в 2016 году. Тогда мы говорили, что группы быстрого реагирования частных охранных структур недостаточно вооружены для отпора спланированных атак, и события в Алматы показали, что противопоставить толпе, вооруженной автоматами, им в принципе нечего.
Записала Людмила Макаренко
– Поделитесь, пожалуйста, при каких обстоятельствах происходили атаки на магазины?
– Нападениям подверглись 8 оружейных магазинов. Это не все торговые предприятия нашей отрасли в Алматы, и не во всех преступники смогли захватить оружие. Атаки, по нашим оценкам, были хорошо подготовлены. Магазины держались от 6 часов до двух суток, то есть столько времени в хранилища не удавалось проникнуть.
– Их обороняли или преступники просто не могли попасть внутрь?
– Обороняться не было никакой возможности. Хотя и такие случаи известны. В один из магазинов приехала тревожная группа частной охранной фирмы, сотрудники держались сколько могли. В итоге – один человек сейчас в реанимации, двое – в госпитале. И я скажу, ЧОПы отреагировали далеко не на все сигналы о посягательствах, не выезжали на разбои и полицейские, хотя сигнал о любой попытке проникновения немедленно поступает в охранное предприятие, с которым у магазина договор, и параллельно на пульт охраны департамента полиции.
Мы сейчас не виним правоохранительные органы, понимаем, что у них не оказалось достаточно сил и средств, чтобы отреагировать. Когда владельцы бизнеса звонили по экстренным номерам, им отвечали, что не хватает людей. А наши сотрудники, охранявшие торговые точки, были безоружными против толпы, которая нападала уже с огнестрельным оружием. Многих из них избили.
– Как отработала внутренняя система защиты этих объектов?
– После событий 2016 года (речь о терактах боевиков в Актобе. – Ред.) была поставлена задача обеспечить такую степень защиты оружейных магазинов, чтобы злоумышленники не могли проникнуть в помещение и завладеть оружием до приезда специальных сил: примерно 5 минут – для охранного предприятия и чуть больше – для экипажа полиции. Эта задача была полностью выполнена.
Но вы же понимаете, что перед нападающими стояла четкая цель. Они были не только подготовлены, но и хорошо осведомлены. Например, расскажу, как атаковали магазин «Корган» возле ЦУМа. Это лидер нашей отрасли, и там оружия было побольше, чем у многих, и оно посерьезнее, в основном импортное. Там вот, с улицы в здание преступники проникнуть не смогли, поэтому начали долбить бетонную стену. Это заняло у них 6 часов. Дальше наткнулись на специальную арматуру, которой укреплен периметр магазина. Тогда они подогнали мощные лазерные резаки, вскрыли арматуру и только так проникли в помещение.
Попытки нападения были совершены на большинство наших магазинов в городе, но не везде получилось добраться до оружия. Еще до того как начались погромы, мы всем разослали сообщения, чтобы в магазинах заваривали входы-выходы и ружейные хранилища. Это во многих случаях сработало.
– И в итоге – каким оружием и в каком количестве завладели преступники?
– Сейчас мы пока не можем назвать точные данные, но очевидно, что счет ущербу идет на миллиарды тенге. Ведь, кроме краж и погромов, налетчики устраивали поджоги.
Важно еще отметить, что в большой массе попавшие в руки бандитов винтовки и ружья не были активированы. У оружия, которое хранится в магазинах, изымаются определенные части, участвующие в производстве выстрела, – затворы, личинки затворов, части спусковых механизмов. Они хранятся отдельно, в других местах. То есть, добравшись до оружия, эти детали преступники оставили, а без них оно стрелять не будет. Кстати, такую меру технической защищенности мы сами предложили в 2016 году.
Известен случай, когда взломщики попали в хранилище, но оружие там было особым способом закреплено. Снять крепление не смогли, поэтому вырывали силой, при этом ломали спусковые скобы, повреждали ударно-спусковые механизмы – такое оружие тоже непригодно. Могу предположить, что подавляющая часть похищенного оказалась бесполезной.
– Вы можете утверждать, что в магазинах были соблюдены все требования по сохранности и недосягаемости оружия?
– Да, именно так жестко мы прошли проверку на адекватность мер безопасности. С удовлетворением могу сказать, что система защиты магазинов оказалась на очень достойном уровне. Один из них крушили две ночи подряд, но так и не смогли вскрыть «оружейку». Но мы же понимаем, что любую преграду, если есть специальный инструмент и куча времени, можно сломать, что и было доказано в ходе беспорядков.
– И все-таки, если судить о том, что говорят владельцы бизнеса, какого рода оружие оказалось в руках террористов?
– Это спортивное и охотничье оружие. Другого у нас в продаже нет.
– Кроме боевиков, как можно предположить, в оружейных магазинах побывали и мародеры?
– Да, и это было. Вторая, так сказать, волна, когда растаскивались остатки. Но вначале это были однозначно подготовленные и четко мотивированные люди. Даже если судить по одному «Коргану»: лазерный резак не так просто найти, тем более автономный. Это говорит только о том, что все было просчитано и продумано.
– В чем заключалась эта подготовка: они вели разведку, изучали планировку, варианты защиты торговых предприятий?
– Тут все просто, магазины же работали не в подполье, а достаточно открыто, доступ в них свободный. Наверное, ходили, изучали обстановку. Другой вопрос, что, судя по тому, сколько времени им понадобилось на вскрытие магазинов, недооценили степень их защиты.
– Ваши коллеги, которые столкнулись лицом к лицу с преступниками, как описывают их самих, их поведение?
– Крайне агрессивными и возбужденными. Многие были в состоянии опьянения. Подъезжали к магазинам группой, делали предупредительные выстрелы в воздух и говорили нашим сотрудникам: «Хотите жить – уходите отсюда».
Но, например, в Талдыкоргане проникновение смогли предотвратить сами владельцы совместно с охранниками, которые прибыли на тревожный сигнал, – они просто разогнали нападавших. Но здесь все зависело от подготовленности преступников и целей их нападения. В Талдыкоргане была просто дикая толпа, а в Алматы мы имели дело с профессионалами. Поэтому к алматинской сети интерес был совсем другой.
К еще одной крупной торговой точке – магазину «Алпамыс» – подъехали на четырех машинах. Шесть часов вскрывали, а как только закончили, прибыл грузовик, куда все перенесли и немедленно уехали. Чувствуете, все отработано до мелочей.
– У вас нет опасений, что на волне этой трагедии вновь встанет тема ужесточения правил оборота оружия?
– Есть, конечно, и это не будет уместным. В 2016 году мы приняли все новые требования по ужесточению норм оборота оружия и, повторюсь, в техническом смысле выдержали испытания террористической атакой. Поэтому я могу прямо смотреть людям в глаза – сделано все возможное для обеспечения безопасности. Остается только полный запрет продажи оружия, но это очень недальновидная позиция. Я повторюсь в очевидной истине: только легальный оборот оружия может быть подконтрольным, иначе он становится криминальным.
– На руках у преступников остается много оружия. Где оно в итоге может оказаться?
– Уже сейчас мы получаем информацию об изъятии нашего оружия, и впредь оно будет обнаруживаться и изыматься. Не исключаю, что какая-то часть затеряется, где-то осядет, и понадобится время, чтобы оно всплыло. Но, надеюсь, все понимают, что пользоваться украденным оружием – преступление, за которое предусмотрена ответственность.
На мой взгляд, вероятность его дальнейшего использования в преступных целях не так велика. В терактах в Алматы фигурировало в основном боевое оружие, отобранное во время беспорядков у сотрудников правоохранительных органов и нападений на полицейские участки.
– Посоветуйте, что делать с ружьем, которое совершенно случайно, допустим такую вероятность, оказалось у кого-то на руках?
– Есть действующий приказ МВД о добровольной сдаче оружия. Если человек нашел ружье, а я тоже допускаю, что сейчас можно будет случайно найти брошенное оружие, его нужно отнести в полицию. Конечно, сдавшего будет проверять на возможную причастность к нападениям в Алматы и другим преступлениям, но в любом случае лучше это сделать незамедлительно.
– На какую поддержку рассчитывают Ваши коллеги по бизнесу, и какое у него будущее?
– Сейчас уже отрабатываются механизмы помощи пострадавшему бизнесу, и мы совместно с Национальной палатой предпринимателей начинаем принимать определенные меры. Надо сказать, мы никогда не просили у государства льгот и преференций. Но сейчас понимаем, что без этого не обойдемся. Многие мои коллеги выстраивали бизнес по 30 лет, теперь разрушено все. Поэтому мы готовим свои предложения о формах поддержки, которые фактически станут спасением отрасли.
Наверное, придется вернуться к проблеме, которая озвучивалась еще в 2016 году. Тогда мы говорили, что группы быстрого реагирования частных охранных структур недостаточно вооружены для отпора спланированных атак, и события в Алматы показали, что противопоставить толпе, вооруженной автоматами, им в принципе нечего.
Записала Людмила Макаренко
