«Котико» для котиков с улицы

Идея об открытии этого милого заведения Кире пришла после того, как в очередной раз она подобрала на улице умирающего котенка. Долго лечила его, пыталась пристроить в добрые руки, но в тот раз это оказалось безуспешно – котенок остался у нее. Так девушка, переехавшая в 2004 году в Астану из Ташкента, не имеющая пока своего жилья в этом городе, решила открыть дом для тех, кто оказался на улице по воле жестоких, безответственных или равнодушных людей.

– У моего друга есть антикафе, и я по­думала – а почему бы не открыть аналогичное заведение, но только для котиков. Тем более, будучи зооволонтером, я умею обращаться с ними, налаживать контакт, в общем знаю про этих чудесных созданий все, а самое главное – люблю их. Моя идея заключалась в том, чтобы спасти пусть не всех, но хотя бы нескольких, дать им кров, полную миску еды и заботу, – рассказывает Кира.

Объединившись с другом – владельцем антикафе, стали искать помещение. Это оказалось очень сложным, прежде всего финансово. Кире за годы жизни в Астане удалось скопить некоторую сумму, чтобы купить себе квартиру. Любовь к животным перечеркнула эти планы, но девушка нисколько не жалеет!

– Еще мне помогли мама с папой, друг взял свои накопления, и ему немного помогли его бабушка и мама. В рассрочку мы взяли кофемашину, экран для кинопоказов и настольные игры. Так как бюджет был очень маленький, мы все перевозили и делали ремонт своими руками, с утра ездили на рынок, закупали необходимые строительные материалы и до ночи красили, пилили, клеили, сами придумали дизайн, который устраивал обоих. Сделали стеклянную перегородку для родителей или сопровождающих детей, посещающих наше котокафе, – делится девушка.

Надо было продумать все тонкости – обязателен карантин для вновь поступающих питомцев, покрытия на пол, так как посетителей просят разуваться, чтобы не «принести» вирусы и инфекции с улицы, обустроить кошачий туалет, место для их кормежки, а также кухню для приготовления чая и кофе для посетителей. Несколько месяцев днем и ночью Кира и ее друзья приводили взятое в аренду помещение в порядок, и наконец котокафе открыло свои двери для посетителей.

Кира признается, что зарабатывать на «Котико» пока не удается, но за несколько месяцев работы удалось выйти на доход, позволяющий оплачивать аренду помещения, корма, причем исключительно премиум-класса, работу ветеринара.

– Это уже немало. Главное, котики, еще вчера никому не нужные, теперь живут в тепле, сытости и заботе, – оптимистично говорит Кира.

А в это время к ней на колени прыгнул огромный рыжий мейнкун по имени Курама. Курама, несмотря на породу, с котеночьего возраста жил на улице с собаками в Макинске.

– Вся шерсть в колтунах, рана на щеке, худой настолько, что были видны ребра... Нам позвонили и сказали, что если его не спасти, то предстоящую зиму он не переживет. Месяц лечился у нас дома, выводили блох, вози­ли его на уколы в ветеринарную клинику, потом вакцинировали и кастрировали, после сводили к грумеру, – вспоминает Кира.

Курама, словно понимая, что речь идет о нем, боднул своей рыжей усатой мордахой свою спасительницу прямо в лицо, что на кошачьем невербальном языке означает наивысшую степень дружелюбия. Кот, видимо, наголодался, поэтому сейчас его кормят усиленно.

В «Котико» немало именно породистых котов – кроме мейнкуна есть еще шотландские, британские, бенгалы, турецкая ангора и даже абессинские кошки – супружеская пара Симба и Линда. Их в котокафе отдали люди, не соизмерившие свои моральные возможности и уровень ответственности. Линду и Симбу Кира называет мужем и женой именно потому, что каждое утро Линда начинает с того, что нещадно лупит Симбу. Воспитывает, значит.

– А Симба, как истинный мужчина, все терпит, – смеется Кира.

Бенгала Лео нашли на мусорке. Он очень долго болел вирусным заболеванием, в ушах были клещи, нос был разбит.

– Почти месяц возила его на уколы, каждый день давали лекарства, откарм­ливала его. Когда я уже обрадовалась, что он выздоравливает, выяснилось, что у него заболели печень и желчный пузырь. Пока он живет в квартире, которую я арендую, благо хозяин тоже оказался любителем кошек. Надеюсь, что к новому году он сможет попасть в котокафе, так как меня постоянно нет дома. Я очень долго верила в то, что он потерянный кот, что его ищут, мы публиковали объявление о нем в волонтерских чатах и пабликах, но никто кота не искал. К сожалению, люди относятся к животным как к игрушкам – взяли котенка, наигрались и выбросили, – с грустью говорит Кира.

Но в «Котико» живут не только «аристократы». Кот Дони – пусть не голубых кровей, а обычный четырехлапый, но оказался очень прозорливым.

– Он сам во время ремонта пришел к нашему заведению и мог часами сидеть на улице у окна, словно ждал – когда же вы меня заберете. И мы его, конечно же, забрали. Дони, кстати, очень любит ездить на машине. Мы несколько раз в неделю доставляем ему это удовольствие – берем с собой, когда едем за кормами или по делам. Вы бы видели, с каким восхищением и любопытством он смотрит в окно автомобиля! – рассказывает Кира.

Кира говорит, что она и работники, учитывая особенности психики кошек, соблюдают их границы, знают характер и предпочтения каждого питомца и предупреждают об этом посетителей, внимательно наблюдая за процессом взаимодействия клиентов с кошками.

– У нас в котокафе есть свод определенных правил. Прежде чем запустить человека в отсек с кошками, мы объясняем, что котики не показывают какие-то развлекательные номера, мы запрещаем вынуждать ходить их, что называется, «на задних лапках», будить, если они спят. Сюда приходят любить их, гладить, если они этого хотят, любоваться этими чудесными созданиями. У некоторых из наших питомцев сложная судьба – их били, мучили жестокие люди, поэтому мы строго следим за тем, чтобы границы наших питомцев соблюдались, – говорит хозяйка котокафе.

Спрашиваю Киру, которая, кстати, любит не только кошек, но и собак – благодарные ли создания кошки, что гуляют сами по себе, ведь есть мнение, что они только позволяют себя любить, а ответить тем же человеку неспособны. Кира с этим категорически не согласна.

– Кошки очень тонко чувствуют все, что происходит. Те из них, что болели, всегда с благодарностью облизывают руки, спят рядом и стойко терпят все лечебные и гигиенические процедуры, которые я провожу. Бывает, мы отвозим их в ветклинику на осмотр, и они всю дорогу заглядывают нам в глаза, обязательно кладут на руку лапку, словно боясь отпустить нас. А еще у нас есть котики, которых отдали из-за аллергии, и люди приходят ненадолго проведать своих питомцев. Я каждый раз подмечаю, что они очень хорошо помнят своих бывших хозяев. В такие моменты кошки оживают, становятся активными, а когда люди уходят, долго сидят у двери, смотрят им вслед. Я всегда плачу в такие дни, – и сейчас, не сдерживая слез, говорит Кира.

В момент разговора в котокафе пришел его завсегдатай – девятилетний Адильжан. Дома у мальчика есть кот, но, как известно, котов много не бывает, и потому Адильжан приходит сюда, чтобы насладиться компанией пушистиков. Пушистики, кстати, узнали своего друга и дружной толпой подбежали к мальчику. Его бабушка Гульнара Ойшибаевна говорит, что котокафе – лучший способ пристроить детей, когда есть необходимость отлучиться по своим делам. Привел ребенка в этот кошачий рай и спокойно можешь заняться решением своих вопросов.

…Я смотрю на то, как Кира ласково разговаривает со своими питомцами, как они, стоит ей сесть на диван, тут же окружают ее: кто запрыгивает на колени, кто притулится к ней, кто уляжется в ногах, и думаю – пока есть люди, которые вместо квартир для себя открывают котокафе для нуждающихся в заботе животных, у этого мира есть будущее…