​Мое Казахское телевидение

– Казахское телевидение я называю моим. Почему моим? Да потому, что ни на каком другом я не работал, а 15 лет, с 1975 по 1990 год, снимал передачи именно там. Тогда на Казахском телевидении работало всего человек 200, это была элита отечественной журналистики, и канал был один – государственное Казахское телевидение. С него начался и мой путь в кино, и мои телевизионные университеты.

– Как Вы попали на телевидение? Пригласили?

– На телевидение я пришел не из ВГИКа, не из института театральных искусств, а после окончания факультета журналистики КазГУ, где защитил диплом по телевизионному театру. Правда, после этого была армейская служба, 2 года работы в рекламе, откуда меня и пригласили в молодежную редакцию. В итоге я попал не в молодежку, а в литературно-драматическую редакцию к Илье Синельникову.

– Кстати сказать, мне тоже позже довелось с ним работать на Казахском радио...

– А тогда в литературно-драматическую редакцию неталантливых людей просто не брали. В ней работали такие яркие личности, как Юра Егоров, позже уехавший в Питер, Жанна Ахметова, Анвар Мамраимов, Артур Алипов, Эдик Джилкибаев, с которым мы сделали немало совместных передач, вошедших в золотой фонд казахстанской журналистики. Надо сказать, что в те годы редакция не делилась на казахскую и русскую. Она была объединенной, и мы постоянно находились друг с другом в контакте – и творчески соперничали, и помогали друг другу. Это была единая команда.

– И что же Вам дало Казахское телевидение?

– Очень много. Во-первых, оно открыло для меня мир, дав возможность общаться с такими пот­рясающими людьми, как Евгений Евстигнеев, Юрий Яковлев, легендарный Аркадий Райкин и мудрый писатель, литературовед Виктор Шкловский, знавший и друживший практически со всеми классиками русской литературы первой половины ХХ века. Моими друзьями стали Олжас Сулейменов, Морис Симашко и многие, многие другие знаковые личности отечественной культуры.

Во-вторых, телевидение дало мне уникальную возможность оказаться в числе режиссеров Олимпийских игр 1980 года. Для этого я окончил в Москве специальные высшие режиссерские курсы, где нам преподавали мас­тера из Японии, Германии, Америки, то есть те режиссеры и редакторы, которые освещали Олимпийские игры в своих странах. Это тоже были удивительные люди, общение с которыми оставило во мне глубокий след.

Но мне хотелось бы рассказать о человеке, которого я могу назвать своим учителем в творчестве. Это был Камал Смаилов. В те годы он был председателем Госкомитета по телевидению и радио ­КазССР. Причем Камал Смаилович не учил меня, как надо монтировать программу, как снимать тот или иной сюжет, нет. Он подавал пример того, как надо относиться к творческому человеку. Он сам был очень талантлив, с потрясающей фантазией, интеллигент в полном понимании этого слова.

Ему принадлежит идея создания серии документальных телефильмов к 40-летию Победы об участии казахстанцев в Великой Отечественной войне. И в течение года было снято 40 таких фильмов. Могу похвастаться, что, опять же с подачи Камала Смаилова, мне доверили снять 8 из них. За эту работу группа сотрудников Казахского телевидения была представлена на соискание Государственной премии Союза ССР, что по тем временам считалось очень престижным. В их числе был Камал Смаилов, директор Казахского телевидения Фидель, его заместитель Жумабаев, в этой группе был только один режиссер – это я.

– Но вы премию не получили?

– Не получили, потому что в Москве нашелся один «умник», который сказал: получается, что Казахстан выиграл Великую Отечественную войну. Я считаю, что это великая глупость, ведь если бы каждая республика сделала подобные сериалы о своих земляках-ветеранах, представляете, какой богатейший материал остался бы для истории! Вот, скажем, тогда в Москве жил и работал потрясающий поэт Сергей Смирнов, который записывал воспоминания полных кавалеров солдатского ордена Славы. Ведь быть Героем Советского Союза, конечно, очень почетно, но, как это ни парадоксально, стать Героем было проще. Не случайно их было больше, чем полных кавалеров всех трех степеней ордена Солдатской славы, потому что для этого надо было совершить не один, а три подвига. И благодаря Сергею Смирнову в памяти народа были сохранены имена этих легендарных людей.

А нас, вместо того чтобы похвалить, отругали, что мы, дескать, слишком много на себя берем.

– И тем не менее, насколько я помню, Казахское телевидение тогда часто появлялось на Цент­ральном телевидении.

– Это тоже заслуга Камала Смаи­лова, при котором была создана специальная редакция, которая так и называлась – Главная редакция программ для Цент­рального телевидения. И если другие республики выходили на Москву от случая к случаю, то мы работали целенаправленно. Я, например, снял спектакль «Алдар Косе и все, все, все». Его мы делали с Эдуардом Джилкибаевым, спектакль «Он шел путями бытия» об Абае, спектакль о Сакене Сейфуллине. Причем требования, которые нам предъявлялись, были жесточайшие, Москва не делала скидки.

– Это была очень высокая планка журналистского мас­терства.

– Конечно. И Камал Смаилов сделал так, что о Казахстане в 80-е годы знали во всем Советском Союзе. Поэтому я очень благодарен Казахскому телевидению, где я научился понимать, что такое есть экранное искусство. И все, что я делал потом, началось именно с него, Казахского телевидения.