На тонком языке души

– В приоритете – духовные вещи, а остальное нанизывается, – говорит художник. – Ильвира – моя опора во всем, что касается духовности. Хотя и в чисто творческих решениях она многое подсказывает. В театре каждая постановка – это изобретение нового. Постоян­но что-то выдумываешь, не стоишь на месте. Меня в этом поиске поддерживает моя половинка.

Если правда, что браки заклю­чаются на небесах, то это об Ильвире и Викторе. Ее, начинающую сотрудницу дома-музея Ф. Достоев­ского, сначала покорили работы живописца. Она еще не знала его лично, никогда его не видела. Но, по ее признанию, с первого взгляда утонула в экспрессии его картин, погружающих в самые глубины человеческой души. «Там целая философия, которая заставляет двигаться, задумываться, сопереживать, бороться, не быть равнодушным, – делится Ильвира. – В его живописи много такого, что связано с душой человека, с религией. Интересная стилизация, деформированные фигуры, необычные изображения зверей и птиц. А после того как мы познакомились лично, нам больше не захотелось расставаться. И до сих пор муж не перестает меня удивлять, я многому у него учусь».

В свое время, на рубеже 1990–2000-х, Ильвира считала работу в музее временной. Думала, что поработает несколько месяцев экскурсоводом, потом найдет что-нибудь посолиднее. Сейчас тот период – переходный и сложный – она вспоминает с особой теплотой. Молодая сотрудница оказалась в новом мире, полном открытий, находок, загорелась тягой к научным исследованиям. И все эти годы ее в музейной работе поддерживал муж. Больше 10 лет Ильвира, например, отдала проекту «Художники города Семипалатинска XIX–XXI веков». Приходилось сидеть в архивах, искать документы в фондах. Работа упиралась то в нехватку времени, то ресурсов. Иногда опускались руки. И каждый раз муж убеждал ее продолжить дело. Напоминал, насколько это важно для Семея, для его истории, для жителей города.

– Виктор помог поверить в себя и довести проект до завершения, – говорит Ильвира. – В прошлом году музей издал большой каталог, мы провели презентацию. Для города книга стала событием.

Индекс счастья выше

В Викторе Шмидте текут немецкая, русская и украинская кровь. Он православный, глубоко верующий человек. Ильвира – татарка, младшая любимая дочка в традиционной мусульманской семье. Несложно догадаться, как отреагировали родители, когда их солнышко, та, в которой они души не чаяли, собралась замуж за голубоглазого блондина. Как с улыбкой вспоминает семейчанка, в отчем доме не скрывали настороженности к человеку, далекому от татарской культуры, обычаев и традиций. И все-таки в родителях было достаточно муд­рости, чтобы не вмешиваться в выбор дочки.

– Мама сказала: «Смотри, тебе жить, потом не жалуйся», – рассказывает Ильвира. – А сейчас она ждет не дождется, когда к ней любимый зять в гости приедет. Плюс нашей семьи в том, что каждый принес определенный опыт и знания. Кто-то полжизни может потратить, пока узнает другую культуру. А у нас это происходит само собой. Мы в семье отмечаем как татарские праздники, так и русские, православные. Наш сын прекрасно знает татарскую культуру – песни, традиции. В гостях у бабушки он слышит татарский язык, и поэтому ему легко дается казахский. Он свободно разговаривает на казахском. Конечно, такое многообразие обогащает его, развивает. Интернациональная семья – это самая обычная семья, решающая тысячи текущих вопросов, как и другие казахстанцы. Отличие лишь в том, что мы богаче на традиции. Индекс счастья у нас выше.

Кухня в семье любая: русская, украинская, татарская, немецкая, казахская. Главное, чтобы было вкусно. Отпуск супруги стараются планировать вмес­те. И если есть возможность куда-то поехать, обязательно путешествуют. Смотрят исторические места, знаменитые центры архитектуры и духовности. Семейчане уже побывали в Кыргызстане, Турции, России, Израиле... В Крыму они познакомились с культурой местных татар. Посмотрели на отличия в языке, услышали другую музыку, увидели иную одежду. Оценили влияние соседней мусульманской Турции. Запомнилась поездка в Иерусалим в храм Гроба Господня. И когда Виктор сегодня говорит, что после прикосновения к главной христианской святыне приходит понимание, что ты не зря родился, Ильвира с ним сог­лашается.

– Знакомство с каждым историческим местом, с каждым духовным центром заставляет в чем-то изменить себя, пересмотреть свои ценности, – делится убеждением семейчанка. – К сожалению, во время поездки в Израиль не было возможности привезти с собой холсты. Этюдов оттуда нет. Но все осталось в подсознании и, конечно, отражается сейчас в творчестве Виктора.

В Невзоровке, как неформально называют областной музей изобразительного искусства им. семьи Невзоровых, талант­ливую пару считают «своей». Во-первых, Виктор Шмидт был самым первым в истории музея экскурсоводом, причем способным провести в день три-четыре экскурсии так, чтобы ни разу не повториться. Во-вторых, здесь до сих пор пользуются его профессиональными советами и консультациями при оформлении инсталляций и выставок. А в-третьих, и, наверное, главное, пара Ильвиры и Виктора, по словам директора Невзоровки Татья­ны Стромской, это пример гармонии. Как в лучшей живопи­си. «Они могут даже молчать рядом друг с другом, и при этом им никогда не скучно, – говорит Татьяна Александровна. – Когда брак счастливый, говорят, что люди смотрят в одном направлении, что они две половинки единого целого. Все это можно отнести к Виктору и Ильвире».