О нравственном и духовном

4824

С 27 на 28 апреля мусульмане отметят Священную ночь – Ляйлятуль-Кадр, которая наступает лишь раз в году, в благословенный месяц Рамадан. Каково значение этого мусульманского праздника и в чем смысл поста, рассказывает религиовед Есбосын Смагулов.

– Священный месяц Рамадан – это прекрасная возможность дать нравственную оценку своим поступкам, делать добрые дела, помочь нуждающимся. Это возможность для встреч с родными и близкими. Особое место Рамадана в мусульманском календаре связано с тем, что в этот месяц пророк Мухаммед начал получать божественное откровение. Потому духовные дела, благо­творительность приобретают особое значение.

Нравственный смысл оразы заключается в том, что воздержание от пищи и удовольствий способствует очищению от грехов, недобрых мыслей и дурных поступков. Человек учится терпению и осознает лишения, которые испытывают бедные и обездоленные.

Подчеркну, пост – это не просто отказ от еды и питья, это нравственное и духовное очищение. Не разделяю мнение тех, кто держит оразу исключительно ради того, чтобы похудеть. Для этого есть различные диеты и физические практики. И еще. Пост в исламе – не самоистязание. Истинная религия предосте­регает от крайностей. Оразу могут не соблюдать те, кому это не позволяет состояние здоровья, а также дети, беременные женщины, путники.

– В настоящее время часто происходит замена казахских слов, относящихся к исламу и вере, арабизмами. Как Вы к этому относитесь?

– Как писал Мартин Хайдеггер, «язык – дом бытия». Язык отражает наш духовный мир, культуру, социальные процессы, поэтому понятен интерес к этой сфере. В принципе, такие слова, как «ифтар» и «ауыз­ашар», «сухур» и «сәресі» и многие другие воспринимаются как синонимы. Я бы не стал связывать использование тех или иных слов для разделения людей.

Безусловно, желательно применять лексику, которая имеет нацио­нальные корни, не злоупот­ребляя заимствованиями. Но при этом мы должны понимать, что в казахском языке довольно большой пласт слов арабского или персидского происхождения, связанных с религией и духовной жизнью вообще. Например, слова «мешіт», «жамағат», «дін», «мұнара», «дұға» пришли в казахский язык из арабского, а слово «намаз» – из персидского. Они стали настолько употребительными, что уже не воспринимаются как пришедшие извне, как заимствования.

Те, кто читал Абая в оригинале, знают, что в его произведениях немало арабизмов и фарсизмов, многие из которых непонятны современным читателям без специальных пояснений. Но разве от этого Абай станет менее великим и менее казахским?

В любом языке имеют место процессы и активной экспансии иноязычных слов, и замены их на исконную (порой архаичную) лексику либо неологизмы, соз­данные на основе лексем родного языка. Причем процессы обновления языка связаны с социальной ситуацией, активизацией этнического самосознания.

Мне кажется, когда начинается конфронтация на данной почве, это своеобразная болезнь роста. Споры вокруг слов «ифтар» и «ауызашар» ведутся уже много лет. Думаю, время все расставит по своим местам. Процесс формирования нормативной лексики может продолжаться десятилетиями, и к этому нужно относиться спокойно. Нет ни одного языка с застывшим лексическим фондом, разве что за исключением «мертвых» языков.

– В современном казахстанском обществе можно наблюдать и бравирование соблюдением традиций…

– Любое хвастовство, тщеславие, гордыня порицаются исламом. В Коране содержится прямой запрет заставлять кого-то обращаться к вере: «Да не будет принуждения в вере». Естественно, бравирование исламом – это тоже форма давления на человека. К лучшему следует привлекать ­добрым словом, личным примером, не унижая и не оскорбляя своим высокомерием собеседника.

У нас светское общество, и каждый человек сам имеет право выбирать, соблюдать ли ему пост в месяц Рамадан, совершать ли намаз, отправляться ли в хадж, отказаться ли ему от спиртного и соблюдать ли другие халяльные требования.

Во многих западных и не только странах не принято расспрашивать человека о его вероисповедании, политических взглядах, доходах и так далее. Все это относится к глубоко индивидуальным убеждениям и считается личным пространством человека, которое не стоит нарушать. Думаю, подобная этика была бы вполне уместна и у нас. В любом случае обсуждение вопросов религии требует особой деликатности.

– Сейчас у всех на слуху история с финансовой пирамидой и самосожжением вкладчицы. Как ислам трактует участие в финансовых пирамидах?

– Это действительно траги­ческая история, свидетельствую­щая о низком уровне и религиозной, и правовой, и финансовой грамотности наших граждан. Во-первых, хотел бы прямо сказать, что финансовая пирамида, о которой идет речь, не имеет никакого отношения к исламским инвестициям. Людей обманула реклама, утверждавшая, будто эта компания действует на основе принципов исламской экономики. Да и название Mudarabah Capital производило впечатление на слабо разбирающихся в этой теме вкладчиков.

Подчеркну, ислам в основу всех отношений между людьми, в том числе экономических и финансовых, ставит этические принципы – справедливость, честность, устремленность к общему благу, отказ от потребительства и роскоши, помощь малообеспеченным. Исходя из этого, все виды финансовой и экономической деятельности должны быть направлены на получение справедливого дохода. К тому же исламская экономика отвергает неоправданный чрезмерный риск (гарар) и получение дохода, возникшего из случайного стечения обстоятельств, не заработанного, полученного не в результате приложенных усилий (майсир). Это требует от исламских компаний крайне осторожного, консервативного подхода к выбору объектов инвестирования и финансовых инструментов.

Кстати, именно такой подход и позволил сохранить устойчивость финансовых институтов мусульманских стран в период глобального кризиса 2007–2008 годов, который привел к разорению многих крупных западных инвестиционных компаний.

Организаторы Mudarabah Capital использовали слабые познания своих клиентов как в сфере религии, так и в сфере финансов. Судя по всему, они злоупотребили доверием людей, обманули верующих.

Думаю, следствие разберется, имеют ли отношение к этим событиям исламские банки, был ли у фирмы «шариатский сертификат», куда на самом деле выводились многомиллионные суммы, полученные от вкладчиков. Однако даже по уже обнародованным сведениям можно сделать вывод о том, что создатели пирамиды преследовали далеко не халяльные цели и были весьма далеки от канонов исламской экономики.

Суицид же в исламе – большой грех. Мусульманское учение отвергает самоубийство. Разве решит самоподжог проблемы этой семьи? Разве станет легче детям, если они потеряют свою мать? Каково родственникам, близким? Считаю, что в данном конкретном случае не были исчерпаны все правовые возмож­ности решить проблему. Полагаю, что сотрудники органов внут­ренних дел, акиматов должны более внимательно относиться к пострадавшим. Наверное, нужна была и психологическая помощь, ведь это уже не первая акция протеста. Не лишними были бы и комментарии со стороны имамов.

Беседовала Бота Женискызы

Популярное

Все
Значительного повышения тарифов опасаются жители Северного Казахстана
Euro-2024: Италия, Испания и Венгрия одержали победы
В Казахстане отмечают День отца
Определены победители первой республиканской геологической универсиады
Астана и Сеул возобновили прямое авиасообщение
Обряд жертвоприношения от имени главы государства совершен на Курбан айт
Токаев: «Курбан айт олицетворяет идеалы добра, милосердия и справедливости»
Личность и наследие Шынгыз-хана остаются в центре внимания ученых
День медицинского работника отмечается в Казахстане
Главы МИД стран ОДКБ соберутся на следующей неделе в Алматы
Токаев поздравил работников сферы здравоохранения с профессиональным праздником
Бектенов: «Курбан айт напоминает нам о вечных ценностях – милосердии, бескорыстии и великодушии»
В Алматы приветствовали чемпиона мира Казыбека Ногербека
Тело пропавшей экс-судьи из Казахстана нашли в Германии
Борьба с саранчой: в Туркестанской области защитные мероприятия завершены
Редкие рукописи Корана представлены в Алматы
Сотни тысяч французов протестуют против ультраправых
Продолжается химобработка полей в Актюбинской области
Сбежавший с оружием солдат осужден на 5 лет в Актюбинском гарнизоне
174 жителя Актюбинской области пострадали от укусов клещей
Иностранные компании открывают заводы в Северном Казахстане
В Косшы вместо «маятниковой» занятости появились постоянные рабочие места
Консолидация и развитие
Снегопад парализовал движение транспорта в двух регионах
Триумф и трагедия казахских баев
В Алматинской области продолжается снос незаконно построенных сооружений
Костанайские археологи бьют тревогу
Максим Фадеев выпустит песню в память о Салтанат Нукеновой
3,4 тыс. нарушителей границы задержаны за месяц в Казахстане
Эдуард Ким выиграл этап Кубка мира по артистичному плаванию
Выпускник школы из Костанайской области – призер десятков математических олимпиад
Бизнесмены останутся без лимитов на вылов рыбы?
«Умные» теплицы смогут получать инвестсубсидии в Казахстане
30 килограммов конфет раздали в Астане ко Дню защиты детей
Сезон атлантических ураганов в 2024 г. может стать самым активным в истории наблюдений
Казахстанские десантники удостоены нагрудного знака «Доблесть и мастерство» в Белоруссии
Акцию с воодушевлением поддержали жители Жамбылской области
Доходы стоматологов в Казахстане побили рекорд
Сегодня Герою Советского Союза Сагадату Нурмагамбетову исполняется 100 лет со дня рождения
Фанаты Димаша изучают казахский язык

Читайте также

Ключи от счастья
Укрепление сотрудничества обретает особую актуальность
Большой груз большого района
И дольше века длится жизнь

Архив

  • [[year]]
  • [[month.label]]
  • [[day]]