"Очевидцы мертвого города"
2547
…На проведение работ по ликвидации этого бедствия мобилизовались граждане, в основном проходящие и уже прошедшие военную службу. Как и другие союзные республики, Казахстан не остался в стороне. На ликвидационные работы в 1986–1989 годы из Казахстана было привлечено около 38 тысяч наших соотечественников. Эту цифру неоднократно называл и доказывал известный в Казахстане врач-эндокринолог, доктор медицинских наук, профессор Жангентхан Абылайулы. Среди них было и немало женщин-добровольцев, это в основном медицинские работницы, повара, были и студенты. С тех пор многие из жертв "мирного" атома покинули этот мир...
Взрыв атомного реактора повлек за собой огромный выброс ядовитых радиоактивных веществ, объем которых, по мнению специалистов, в 300 раз превысил показатель после атомной бомбардировки Хиросимы в 1945 году. Весь земной мир охватила паника. Остановить бедствие и уничтожить последствия оказалось нелегко. Для получивших патриотическое воспитание советских людей долг перед Родиной был превыше всего. Простые советские граждане, в том числе и казахстанцы, рвались на место величайшей катастрофы в мире, порой не понимая, что она несет.
К сожалению, наш народ, как и следовало ожидать в СССР, даже не был предупрежден о губительном воздействии радиации на живой организм и не был ознакомлен с правилами защитной предосторожности и техники безопасности. Более того, правительственная комиссия и руководство атомной станции всеми силами старались умолчать и "замять" дело. Впоследствии все ликвидаторы, особенно те, кто прибыл на место в первые дни, получили сильное радиационное заражение с большими дозами радиационного излучения. А сейчас, по некоторым данным казахстанских СМИ, из всех участников-ликвидаторов в живых осталось не более 3 000 человек, и все они больны или инвалиды.
Казахстанцы – участники ликвидации последствий аварии на Чернобыльской АЭС.
Я не раз слышал разглагольствования людей, особенно представителей власти, что, мол, в многочисленных смертях так называемых "чернобыльцев" виноватых нет, все они умерли или прямо сейчас умирают от естественных причин, что точно так же уходят из жизни и другие наши сограждане, не бывавшие на чернобыльской выжженной земле. Хочется спросить их, а что может быть естественного в медленной и мучительной смерти молодого сорокалетнего мужчины?
Врачи всего мира твердят: распад некоторых радиоактивных веществ, которые содержались в выбросе от разрушенного атомного реактора, может длиться от нескольких сотен до тысячи лет. Долгоживущими являются изотопы стронция, цезия и особенно цезия-137. Их наличие на всей близлежащей к взрыву территории сегодня вызывает необходимость проведения дополнительных дезактивационных работ. При том что радиация – невидимый враг, который подстерегает человека на каждом шагу, разлагая организм, вызывая лучевые болезни и злокачественные образования.
Хочу привести отрывок из исследований специалистов: "радиационное излучение всего в 1 бэр (радиационная доза зараженного человека) после 5–10 лет приводит к увеличению белых клеток в крови. А после 20 лет превышает смертность у женщин. Усиление "мутаций" наблюдается в 5–10-м поколении. А в 25-м поколении они приживаются в организме".
При этом никак нельзя забывать тот факт, что основной суточный режим работы ликвидаторов составлял: для работающих на реакторе – 20 секунд, горячих точках – 20 минут, в зоне от 15 до 30 км – 2 часа, а для остальных – не должна была превышать 4 часа. На самом же деле полученная суточная доза каждого из участников намного превышала указанную норму. Это доказывает, что причиненный радиационный вред безграничен.
Поэтому, учитывая возраст тех, кто в далеком 86-м ценой своего будущего предотвращал беду, никто не может сказать о том, какое будущее ожидает сейчас многих "чернобыльцев". Многие уже простились с жизнью, а каждый второй стал инвалидом 1-й и 2-й групп. Несмотря на внешний здоровый вид, почти у всех у нас больны внутренние органы: желудок, печень, почки, поджелудочная железа, желчевыводящие пути и т.д., у многих затронута психика.
Получить директиву, дающую исчерпывающую информацию, как в Украине, России и Беларуси, для нас труднее всего. До сих пор неизвестна точная цифра количества казахстанцев, участвовавших в ликвидационных работах. Вначале говорилось о 25 тысячах, потом 30, 38 тысячах, а сейчас вроде бы около 40 тысяч.
Однако.
По республике ежегодно в общем объеме счет не ведется. По-нашему, явные причины этого таковы: во-первых, число наших соотечественников-участников выводилось за счет прошедших службу в период 1986–1989 годов в воинских подразделениях 27-го полка химической защиты (в/ч 20040), который был единственным участником от республик Средней Азии. Если так, то число это неполное, потому что в названном полку в отдельном соединении наряду с военнослужащими числилось столько же солдат, проходивших срочную службу. Также не вошли в список казахстанские офицеры, прапорщики и солдаты, проходившие службу в воинских подразделениях, расположенных на территориях других республик; во-вторых, если на работах по ликвидации последствий аварии были задействованы в общем количестве всего 276 воинских частей бывшего Советского Союза, то некоторые части внутренних войск, относящиеся к Министерству внутренних дел СССР и привлеченные к охране территории зон отчуждения, вообще не вошли в список.
В ликвидационных работах принимало участие множество военнослужащих срочной службы.
Часть военнослужащих срочной службы, привлеченных к ликвидационным работам последствий аварии, составляли ребята в возрасте 18–20 лет, родившиеся в 1969–71 годы. Они в зоне радиации находились до июня 1990 года. А ребята 1966, 1967 и 1968 годов рождения, призванные на срочную службу в мае 1986 года, то есть сразу после аварии на ЧАЭС, в зоне радиации находились все два года.
Такая ситуация полностью противоречила буквам приказов, которых тогдашний министр обороны СССР и маршал Советского Союза Дмитрий Язов после аварии и во время ликвидации ее последствий в срочном порядке очень много издавал. Например, один из пунктов печально известного приказа № 045 с грифом "секретно" гласил: "На работу по ликвидации последствий аварии на Чернобыльской АЭС привлекать только тех, кто старше 30 лет, а также женатых и имеющих двух и более детей. Срок привлечения на эти работы не должен превышать 3 месяцев". Но, как известно, этот пункт не был исполнен.
Так, в первые недели после аварии военнослужащие, поднятые и привезенные в район аварии по тревоге, особенно из Киевского и Московского военных округов, работали без специальной защитной одежды, без специальных принадлежностей и оборудования. В настоящее время этим воинам в среднем 47–48 лет. Большая их часть не дожила до этого возраста. В высокой смертности этих молодых людей есть много невыясненных причин. Это сложная задача будущего, решение которой требует много усилий.
Досталось, конечно, и старшим по возрасту ликвидаторам. Они приняли радиацию не меньше молодых, "невидимый" враг не выбирал жертв ни по возрасту, ни по вероисповеданию, ни по национальности. Все они были в одинаковом положении.
Есть еще одна проблема. У многих участников нет отметок в военных билетах о том, что они принимали участие в работе по ликвидации последствий аварии на Чернобыльской АЭС, из-за этого они не могут получить соответствующего свидетельства своего подвига, а значит, и необходимой помощи, а ведь они – и "оформленные", и "неоформленные" – были вместе. Мы очень благодарны врачам-специалистам, нашим дорогим спасателям из Республиканского клинического госпиталя для инвалидов Великой отечественной войны (РКГИОВ), готовых помочь этим людям, с возрастом все больше страдающим от различных болезней и недугов, в любое время и в любой ситуации, из года в год. Тяжело слушать откровения отчаявшихся людей о том, что они "не нужны ни государству, ни обществу, даже собственным детям".
Чернобыль стал местом подвига многих советских граждан.
В нашей стране работа по наблюдению "чернобыльцев", лечение и восстановление их пошатнувшегося здоровья ведется с 1989 года. В 1990 году при РКГИОВ (тогда еще в Алма-Ате) открылось специальное отделение, вмещающее 20 койко-мест. Позднее число одновременно оздоравливающихся достигло 60. Сейчас для "чернобыльцев" во всех отделениях есть стационары для лечения. К сожалению, не все мои соотечественники знают об этом. Местные отделы социального обеспечения, медицинские учреждения, больницы, отделы и управления по делам обороны (военкоматы), председатели общественных объединений "Союза Чернобыль" республики и области, руководители городских, районных отделов в этом направлении работают еще недостаточно.
Мы, "чернобыльцы", не видели воочию стрелявших в нас из оружия, как участники ВОВ или "афганцы", а боролись с "невидимым" врагом. Это страшный враг, без осязаемого лица и осязаемой боли, убивая, он не оставляет кровавых ран, он убивает медленно, но верно, разрушая и "съедая" тебя изнутри. От него не уйти и не спастись. А каково же положение умирающих?
С апреля 1999 года все ранее действующие льготы отменены, в сентябре этого же года выплачиваемая инвалидам страховка приостановлена. По сравнению с другими странами СНГ размер пособия низкий. Предусмотренный действующим законодательством 5-процентный кредит под индивидуальное строительство без первоначального накопления сроком на 30 лет бездействует. Также бездействует больше половины пунктов указа Президента № 2247.
Исходя из этого, мы считаем, что нужен другой закон или законодательный акт. Количество квот, выдаваемых областными департаментами Министерства здравоохранения и социального развития на стационарное лечение в РКГИОВ, очень мало и не обеспечивает даже третью часть "чернобыльцев". Поэтому среди нас немало участников-"чернобыльцев", умирающих, не получая ни одного курса лечения у врачей-специалистов...
"Секретность" в данном направлении дошла до того, что тема Чернобыльской трагедии поднимается только 26 апреля, т.е. в день взрыва, а в другое время остается абсолютно без внимания. Если честно, то для многих казахстанцев-ликвидаторов 22 ноября 1989 года – тоже немало значимая дата. Именно в этот день, в связи с закрытием "саркофага" Чернобыльской АЭС состоялся приказ министра обороны СССР о передаче военного имущества войсковой части 20040 в КЭЧ Чернобыльского района и передислокации подразделений части из зоны бедствия в Темиртау Карагандинской области. В течение недели часть передислоцировалась в названный город полностью, а через четыре месяца была расформирована. Документы в установленном порядке в архив не сдавались, а, наоборот, разными способами уничтожались. Таким образом, ценные, подтверждающие участие того или иного лица документы пропали без возврата, и судьбы, связанные с ними, остались без необходимой государственной помощи. Это истина, известная далеко не всем.
Я давно занимаюсь исследованием этой очень близкой мне темы. Принимаю активное участие в организации разных мероприятий, нередко выступая инициатором, веду постоянную переписку с собратьями и встречаюсь со многими неравнодушными людьми и специалистами. Собираю архивные материалы. В 2001 году читатели ознакомились с первым результатом моего труда – с книгой "Чернобыльдің тiрi қалқаны" – "Живой щит Чернобыля". Партия "Отан", высоко оценив мой труд, провела презентацию книги в Доме науки Алматы. Знаменательно, что презентация была проведена вместе с книгой Президента Республики Казахстан Нурсултана Назарбаева "Эпицентр мира".
Сейчас я работаю над очередной книгой о последствиях аварии, о жизни ее героических ликвидаторов. Рабочее название книги – "Өлi қаланың куәгерлерi" – "Очевидцы мертвого города". Есть еще задумки. Как говорится, время всему судья.
У меня есть просьба ко всем вам. Жду ваших повествований, предложений, воспоминаний и, конечно же, хороших новостей. Они помогут мне расширить аудиторию, дополнят мысли. Не скрываю, что хотелось бы познакомиться с личными архивами бывших сослуживцев и дальше продолжить работу с ними.
В этом году исполнится 30 лет со дня трагедии на Чернобыльской АЭС. И я мечтаю о многом: добиться исполнения требований законодательных актов, касающихся нужд "чернобыльцев", построить памятники жертвам атома и аллеи во всех областных и районных центрах, об открытии специального уголка в Государственном музее и еще о многом...
От всего сердца благодарю всех неравнодушных!
Самое главное, не падайте духом, друзья!
Памятник ликвидаторам катастрофы на ЧАЭС в Астане.
Взрыв атомного реактора повлек за собой огромный выброс ядовитых радиоактивных веществ, объем которых, по мнению специалистов, в 300 раз превысил показатель после атомной бомбардировки Хиросимы в 1945 году. Весь земной мир охватила паника. Остановить бедствие и уничтожить последствия оказалось нелегко. Для получивших патриотическое воспитание советских людей долг перед Родиной был превыше всего. Простые советские граждане, в том числе и казахстанцы, рвались на место величайшей катастрофы в мире, порой не понимая, что она несет.
К сожалению, наш народ, как и следовало ожидать в СССР, даже не был предупрежден о губительном воздействии радиации на живой организм и не был ознакомлен с правилами защитной предосторожности и техники безопасности. Более того, правительственная комиссия и руководство атомной станции всеми силами старались умолчать и "замять" дело. Впоследствии все ликвидаторы, особенно те, кто прибыл на место в первые дни, получили сильное радиационное заражение с большими дозами радиационного излучения. А сейчас, по некоторым данным казахстанских СМИ, из всех участников-ликвидаторов в живых осталось не более 3 000 человек, и все они больны или инвалиды.
Казахстанцы – участники ликвидации последствий аварии на Чернобыльской АЭС.
Я не раз слышал разглагольствования людей, особенно представителей власти, что, мол, в многочисленных смертях так называемых "чернобыльцев" виноватых нет, все они умерли или прямо сейчас умирают от естественных причин, что точно так же уходят из жизни и другие наши сограждане, не бывавшие на чернобыльской выжженной земле. Хочется спросить их, а что может быть естественного в медленной и мучительной смерти молодого сорокалетнего мужчины?
Врачи всего мира твердят: распад некоторых радиоактивных веществ, которые содержались в выбросе от разрушенного атомного реактора, может длиться от нескольких сотен до тысячи лет. Долгоживущими являются изотопы стронция, цезия и особенно цезия-137. Их наличие на всей близлежащей к взрыву территории сегодня вызывает необходимость проведения дополнительных дезактивационных работ. При том что радиация – невидимый враг, который подстерегает человека на каждом шагу, разлагая организм, вызывая лучевые болезни и злокачественные образования.
Хочу привести отрывок из исследований специалистов: "радиационное излучение всего в 1 бэр (радиационная доза зараженного человека) после 5–10 лет приводит к увеличению белых клеток в крови. А после 20 лет превышает смертность у женщин. Усиление "мутаций" наблюдается в 5–10-м поколении. А в 25-м поколении они приживаются в организме".
При этом никак нельзя забывать тот факт, что основной суточный режим работы ликвидаторов составлял: для работающих на реакторе – 20 секунд, горячих точках – 20 минут, в зоне от 15 до 30 км – 2 часа, а для остальных – не должна была превышать 4 часа. На самом же деле полученная суточная доза каждого из участников намного превышала указанную норму. Это доказывает, что причиненный радиационный вред безграничен.
Поэтому, учитывая возраст тех, кто в далеком 86-м ценой своего будущего предотвращал беду, никто не может сказать о том, какое будущее ожидает сейчас многих "чернобыльцев". Многие уже простились с жизнью, а каждый второй стал инвалидом 1-й и 2-й групп. Несмотря на внешний здоровый вид, почти у всех у нас больны внутренние органы: желудок, печень, почки, поджелудочная железа, желчевыводящие пути и т.д., у многих затронута психика.
Получить директиву, дающую исчерпывающую информацию, как в Украине, России и Беларуси, для нас труднее всего. До сих пор неизвестна точная цифра количества казахстанцев, участвовавших в ликвидационных работах. Вначале говорилось о 25 тысячах, потом 30, 38 тысячах, а сейчас вроде бы около 40 тысяч.
Однако.
По республике ежегодно в общем объеме счет не ведется. По-нашему, явные причины этого таковы: во-первых, число наших соотечественников-участников выводилось за счет прошедших службу в период 1986–1989 годов в воинских подразделениях 27-го полка химической защиты (в/ч 20040), который был единственным участником от республик Средней Азии. Если так, то число это неполное, потому что в названном полку в отдельном соединении наряду с военнослужащими числилось столько же солдат, проходивших срочную службу. Также не вошли в список казахстанские офицеры, прапорщики и солдаты, проходившие службу в воинских подразделениях, расположенных на территориях других республик; во-вторых, если на работах по ликвидации последствий аварии были задействованы в общем количестве всего 276 воинских частей бывшего Советского Союза, то некоторые части внутренних войск, относящиеся к Министерству внутренних дел СССР и привлеченные к охране территории зон отчуждения, вообще не вошли в список.
В ликвидационных работах принимало участие множество военнослужащих срочной службы.
Часть военнослужащих срочной службы, привлеченных к ликвидационным работам последствий аварии, составляли ребята в возрасте 18–20 лет, родившиеся в 1969–71 годы. Они в зоне радиации находились до июня 1990 года. А ребята 1966, 1967 и 1968 годов рождения, призванные на срочную службу в мае 1986 года, то есть сразу после аварии на ЧАЭС, в зоне радиации находились все два года.
Такая ситуация полностью противоречила буквам приказов, которых тогдашний министр обороны СССР и маршал Советского Союза Дмитрий Язов после аварии и во время ликвидации ее последствий в срочном порядке очень много издавал. Например, один из пунктов печально известного приказа № 045 с грифом "секретно" гласил: "На работу по ликвидации последствий аварии на Чернобыльской АЭС привлекать только тех, кто старше 30 лет, а также женатых и имеющих двух и более детей. Срок привлечения на эти работы не должен превышать 3 месяцев". Но, как известно, этот пункт не был исполнен.
Так, в первые недели после аварии военнослужащие, поднятые и привезенные в район аварии по тревоге, особенно из Киевского и Московского военных округов, работали без специальной защитной одежды, без специальных принадлежностей и оборудования. В настоящее время этим воинам в среднем 47–48 лет. Большая их часть не дожила до этого возраста. В высокой смертности этих молодых людей есть много невыясненных причин. Это сложная задача будущего, решение которой требует много усилий.
Досталось, конечно, и старшим по возрасту ликвидаторам. Они приняли радиацию не меньше молодых, "невидимый" враг не выбирал жертв ни по возрасту, ни по вероисповеданию, ни по национальности. Все они были в одинаковом положении.
Есть еще одна проблема. У многих участников нет отметок в военных билетах о том, что они принимали участие в работе по ликвидации последствий аварии на Чернобыльской АЭС, из-за этого они не могут получить соответствующего свидетельства своего подвига, а значит, и необходимой помощи, а ведь они – и "оформленные", и "неоформленные" – были вместе. Мы очень благодарны врачам-специалистам, нашим дорогим спасателям из Республиканского клинического госпиталя для инвалидов Великой отечественной войны (РКГИОВ), готовых помочь этим людям, с возрастом все больше страдающим от различных болезней и недугов, в любое время и в любой ситуации, из года в год. Тяжело слушать откровения отчаявшихся людей о том, что они "не нужны ни государству, ни обществу, даже собственным детям".
Чернобыль стал местом подвига многих советских граждан.
В нашей стране работа по наблюдению "чернобыльцев", лечение и восстановление их пошатнувшегося здоровья ведется с 1989 года. В 1990 году при РКГИОВ (тогда еще в Алма-Ате) открылось специальное отделение, вмещающее 20 койко-мест. Позднее число одновременно оздоравливающихся достигло 60. Сейчас для "чернобыльцев" во всех отделениях есть стационары для лечения. К сожалению, не все мои соотечественники знают об этом. Местные отделы социального обеспечения, медицинские учреждения, больницы, отделы и управления по делам обороны (военкоматы), председатели общественных объединений "Союза Чернобыль" республики и области, руководители городских, районных отделов в этом направлении работают еще недостаточно.
Мы, "чернобыльцы", не видели воочию стрелявших в нас из оружия, как участники ВОВ или "афганцы", а боролись с "невидимым" врагом. Это страшный враг, без осязаемого лица и осязаемой боли, убивая, он не оставляет кровавых ран, он убивает медленно, но верно, разрушая и "съедая" тебя изнутри. От него не уйти и не спастись. А каково же положение умирающих?
С апреля 1999 года все ранее действующие льготы отменены, в сентябре этого же года выплачиваемая инвалидам страховка приостановлена. По сравнению с другими странами СНГ размер пособия низкий. Предусмотренный действующим законодательством 5-процентный кредит под индивидуальное строительство без первоначального накопления сроком на 30 лет бездействует. Также бездействует больше половины пунктов указа Президента № 2247.
Исходя из этого, мы считаем, что нужен другой закон или законодательный акт. Количество квот, выдаваемых областными департаментами Министерства здравоохранения и социального развития на стационарное лечение в РКГИОВ, очень мало и не обеспечивает даже третью часть "чернобыльцев". Поэтому среди нас немало участников-"чернобыльцев", умирающих, не получая ни одного курса лечения у врачей-специалистов...
"Секретность" в данном направлении дошла до того, что тема Чернобыльской трагедии поднимается только 26 апреля, т.е. в день взрыва, а в другое время остается абсолютно без внимания. Если честно, то для многих казахстанцев-ликвидаторов 22 ноября 1989 года – тоже немало значимая дата. Именно в этот день, в связи с закрытием "саркофага" Чернобыльской АЭС состоялся приказ министра обороны СССР о передаче военного имущества войсковой части 20040 в КЭЧ Чернобыльского района и передислокации подразделений части из зоны бедствия в Темиртау Карагандинской области. В течение недели часть передислоцировалась в названный город полностью, а через четыре месяца была расформирована. Документы в установленном порядке в архив не сдавались, а, наоборот, разными способами уничтожались. Таким образом, ценные, подтверждающие участие того или иного лица документы пропали без возврата, и судьбы, связанные с ними, остались без необходимой государственной помощи. Это истина, известная далеко не всем.
Я давно занимаюсь исследованием этой очень близкой мне темы. Принимаю активное участие в организации разных мероприятий, нередко выступая инициатором, веду постоянную переписку с собратьями и встречаюсь со многими неравнодушными людьми и специалистами. Собираю архивные материалы. В 2001 году читатели ознакомились с первым результатом моего труда – с книгой "Чернобыльдің тiрi қалқаны" – "Живой щит Чернобыля". Партия "Отан", высоко оценив мой труд, провела презентацию книги в Доме науки Алматы. Знаменательно, что презентация была проведена вместе с книгой Президента Республики Казахстан Нурсултана Назарбаева "Эпицентр мира".
Сейчас я работаю над очередной книгой о последствиях аварии, о жизни ее героических ликвидаторов. Рабочее название книги – "Өлi қаланың куәгерлерi" – "Очевидцы мертвого города". Есть еще задумки. Как говорится, время всему судья.
У меня есть просьба ко всем вам. Жду ваших повествований, предложений, воспоминаний и, конечно же, хороших новостей. Они помогут мне расширить аудиторию, дополнят мысли. Не скрываю, что хотелось бы познакомиться с личными архивами бывших сослуживцев и дальше продолжить работу с ними.
В этом году исполнится 30 лет со дня трагедии на Чернобыльской АЭС. И я мечтаю о многом: добиться исполнения требований законодательных актов, касающихся нужд "чернобыльцев", построить памятники жертвам атома и аллеи во всех областных и районных центрах, об открытии специального уголка в Государственном музее и еще о многом...
От всего сердца благодарю всех неравнодушных!
Самое главное, не падайте духом, друзья!
Памятник ликвидаторам катастрофы на ЧАЭС в Астане.
