Три шедевра Ролана Пети на сцене «Астана Опера»

Премьера трех спектаклей – «Арлезианка», «Юноша и Смерть» и «Кармен» классика XX века французского хореографа Ролана Пети, осуществленная при поддержке Министерства культуры и информации РК, – стала долгожданным подарком как для артистов и профессиональных исследователей танца, так и для многочисленных любителей балета.

В репертуарной афише теат­ра, а балетную часть ее профессионально и с тонким вкусом формирует художественный руководитель балета Алтынай Асыл­муратова, уже есть два шедевра Ролана Пети – «Собор Парижской Богоматери» и «Коппелия». Поэтому труппа со стилем французского балетмейстера знакома и прекрасно его воплощает, что еще раз подтвердилось на недавнем триумфальном показе «Коппелии» на фестивале Dance Open в Санкт-Петербурге, вызвавшем восторженные отклики балетных критиков.

Однако «Арлезианка», «Юноша и смерть» и «Кармен» ставят перед артистами новые вызовы, считает балетмейстер-постановщик Луиджи Бонино, который осуществлял постановку балетов на сцене «Астана Опера»: «Это три совершенно разных балета, в них хореография Ролана Пети имеет совершенно особый стиль, здесь привычные классические па соединяются с бытовыми пластическими движениями и «стыка» между ними не должно быть видно. При этом очень важно внутреннее состояние артиста, здесь не нужно играть, нужно невероятно интенсивно проживать жизнь героя, при этом делать все движения четко и чисто, и это очень трудно для танцоров. К примеру, «Коппелия» намного проще для них, так как она более классическая. Всегда требуется немного больше времени, чтобы попасть в систему Ролана Пети, но артисты справились прекрасно, они великолепны. Здесь очень хорошая труппа. И еще хочу отметить, что в таком объеме балеты Ролана Пети представлены только в трех театрах мира, это, конечно, Парижская Опера, в Риме, а теперь и в «Астана Опера» будут идти пять балетов мастера».

Все балеты идут в сопровождении симфонического оркестра, и это придает исполнению «живое дыхание», тем более что за дирижерским пультом стоит такой чуткий к нюансам дирижер, как Элмар Бурибаев.

Балетная труппа театра «Астана Опера» действительно имеет сегодня высокий статус на международной арене, во многом благодаря грамотному руководству, уникальному репертуару, прекрасному кордебалету и ярким солистам. После тщательного кастинга на главные партии были выбраны два состава исполнителей, причем наряду с опытными ведущими солистами в их числе были и совсем молодые артисты.

Ведущие солистки театра Мадина Унербаева и Айгерим Бекетаева в разные дни представили свои версии бессмертного образа Кармен. Тогда как партию Хозе исполняли молодые солисты-стажеры – Галымжан Нурмухамет и Диас Курмангазы. Главных героев в «Арлезианке» исполнили ведущий солист Еркин Рахматуллаев и солист Султанбек Гумар; партию Виветт – солистки театра Анастасия Заклинская и Шугыла Адепхан. В балете «Юноша и Смерть» выступили ведущий солист Бактияр Адамжан и солист балета Серик Накыспеков, а также Анастасия Заклинская и юная артистка балета Лимара Айдарова.

Лаконичная и необыкновенно пластичная «Арлезианка» на музыку Жоржа Бизе, показанная в первом отделении, была поставлена Роланом Пети в 1974 году, но и сегодня балет не потерял своей художественной актуальности. Взяв за основу драму Альфонса Доде о молодом крестьянине, влюбленном в девушку из Арля, хореограф, рассказывает драму человека, пытающегося вырваться за границы очерченного регламентом и обычаями родового круга. Несмотря на фольклорные элементы в музыке и в хореографии, балет начисто лишен бытовой определенности, скорее, это балет-притча, балет-легенда. На то, что действие происходит в Провансе, намекает лишь огромное панно в центре задника, созданное соратником Ролана Пети, сценографом Рене Аллио по мотивам пейзажей Ван Гога. Оно было воссозданно на сцене «Астана Опера», как и декорации к другим балетам, техническими цехами театра за рекордно короткие сроки.

Кордебалет, состоящий из восьмерых юношей и восьми девушек, олицетворяет собой одновременно и друзей главных героев Фредерика и Виветт, и сам ритуальный уклад крестьянской общины. Сцены поставлены как хороводные действа, они обволакивают мечущегося героя, образуют контрапункты, вторят, преграждают путь, сдерживают, утешают. Слаженность и синхронность движений артистов – результат работы педагога-репетитора Джиллиан Уиттенгем, которая провела многие часы в репетиционном зале, добиваясь точного следования не только букве, но и духу хореографии Ролана Пети.

«Арлезианка» отличается по хореографическому стилю от более ранних балетов французского хореографа, здесь танец обретает образное симфоническое звучание, что ярко проявляется в массовых сценах.

Использован в балете и принцип «внутреннего монолога», когда действие останавливается в «стоп-кадре», и только главный герой Фредерик в экспрессивном танце, раздираемый внутренними противоречиями и страстью, мечется по сцене в попытке поймать и вернуть ускользающий образ арлезианки. В исполнении Еркина Рахматуллаева именно эта внутренняя борьба, погруженность Фредерика в свои страдания и страсть выходят на первый план. И прелестный образ его невесты-крестьянки Виветт, с удивительным техническим и актерским мастерством созданный Шугылой Адепхан, не может отвлечь героя от его страданий. Три дуэта главных героев, которые перемежаются затейливыми массовыми сценами, ведут к трагической развязке, в заключительном фанданго герой выпрыгивает в окно, в безумной попытке поймать ускользающее видение.

Другую трактовку главного героя дает Султанбек Гумар, танцовщик, обладающий уникальной внешней и внутренней плас­тикой. Его герой изначально не вписывается в этот ритуальный хоровод, хотя всеми силами стремится это сделать, стать таким, как все. Выходы Фредерика из ритуального строя – страстные, мятежные прорывы в иллюзию, в другой мир, видимый только его горящему взору. Одержимость героя уравновешивается временами лишь в дуэтах с Виветт, в психологически тонком и точном исполнении Анастасии Заклинской. Мягкость и душевная теплота, которыми наделяет свою героиню Анастасия Заклинская, еще больше оттеняет трагедию Фредерика, который не может противостоять, нет, не страсти, а своей внутренней сути. И его заключительный парящий прыжок в окно выглядит не как банальный суицид, а как вожделенный выход в другой мир, прыжок в свободу.

Примечательно, что спектак­ли в программе вечера шли не в хронологическом порядке и вторым был показан балет «Юноша и Смерть», поставленный Роланом Пети в 1946 году в тес­ном соавторстве с Жаном Кокто. Навеянный экзистенциальными настроениями, царящими в после­военном Париже, балет обрел еще большую философскую глубину, когда Кокто заменил джазовую музыку, на которую изначально был поставлен весь балет, на Пассакалию и Фугу до минор И. С. Баха в обработке О. Респиги, причем сделал это непосредственно перед самой премьерой.

«Юноша и Смерть» чрезвычайно популярный балет, его танцевали многие мировые звез­ды балета. Бесспорный лидер труппы Бактияр Адамжан до премьеры в «Астана Опера» уже дважды исполнил этот спектакль на Gala des Etoiles в Сполетто и в Риме, а два года тому назад они с Анастасией Заклинской станцевали этот балет в Женеве. Но тем более ответственным было выступление на родной сцене. Впрочем, все тревоги были напрасны, публика, затаив дыхание, следила за стремительно развивающимися отношениями Юноши и Девушки-Смерти в стильном исполнении Анастасии Заклинской. Безукоризненная техника Бактияра Адамжана, мягкий прыжок и легкость при исполнении всех акробатических трюков, которыми насытил Ролан Пети танец Юноши, позволили артисту за 17 минут сценического времени рассказать всю историю своего героя. И зал буквально взорвался аплодисментами, когда на заключительных аккордах стены комнаты поднялись ввысь, открыв панораму ночного Парижа, и атлетичная фигура Юноши в сопровождении прекрасной Девушки-Смерти в белом платье с красной накидкой медленно уходила по крышам, растворяясь в темноте ночного неба. По замыс­лу Кокто главный герой – поэт и художник, должен пройти через смерть, чтобы постичь истину.

Во второй день премьеры была представлена другая трактовка героев – ранимый и импульсивный Юноша Серика Накыспекова и дерзкая, слегка капризная Девушка-Смерть в исполнении Лимары Айдаровой. Для молодой артистки, которая всего три года работает в театре, эта партия стала неожиданным подарком судьбы. Луиджи Бонино увидел в юной артистке большой потенциал и настоял на ее учас­тии. И оказался прав – Лимара Айдарова прекрасно справилась с непростой ролью.

Финальным аккордом вечера стал балет «Кармен» на музыку Ж. Бизе, принесший Ролану Пети известность и славу хореографа-новатора в далеком 1949 году. Как и «Юноша и Смерть», этот балет, несмотря на свою почти 80-летнюю историю, по прежнему современен и идет на многих сценах мира.

Балетмейстер отходит от романтической трактовки образа Кармен, выводя на первый план фигуру Хозе. Это он романтик, он борется за свою любовь, защищая ее от беспринципности и вседозволенности Кармен. Два ярких, но различных образа соз­дали исполнительницы партии Кармен – примы театра Мадина Унербаева и Айгерим Бекетаева.

Премьеры прошли с большим успехом, хотя художественный руководитель балета Алтынай Асылмуратова, сама в прошлом прекрасная Кармен, считает, что над этим спектаклем предстоит еще много и кропотливо работать: «Весь период постановки балетов мы с педагогами-репетиторами присутствовали на репетициях, но не вмешивались в процесс – сейчас прерогатива у постановщиков, мы только смотрим и запоминаем. Но, думаю, нам есть еще над чем поработать, на премьере не бывает все идеально. Да и балет этот особенный, исполнение требует своеобразного «французского акцента», особенно в массовых сценах. Будем работать и добиваться идеального исполнения».

Вечер одноактных балетов Ролана Пети получился насыщенным и эмоциональным. Идеи, волную­щие человечество в середине прошлого века, оказались необычайно близки сегодняшнему зрителю. А может, все дело в мас­терстве авторов этих спектаклей. Ведь время отсеивает все незначительное, остаются только шедевры.