Золотой голос Казахстана: Алибек Днишев объяснил секрет своей блестящей певческой формы
Галия Шимырбаева
Оперный певец, народный артист СССР Алибек Днишев отметил в июле этого года 70-летие. Накануне юбилея золотому голосу Казахстана за особые заслуги в развитии отечественной культуры и популяризации музыкального искусства присвоена высшая степень отличия – звание «Қазақстанның Еңбек Ері» («Герой Труда Казахстана»), сообщает Kazpravda.kz.
Время не властно над его божественным голосом, ставшим уникальным явлением нашей вокальной культуры.
– Это от Бога, – объясняет артист секрет своей блестящей певческой формы. – Ничего специально не делаю, чтобы сохранить голос. Не пою, например, каждый день. Если бы я это делал, думаю, давно бы остался без голоса. Это очень вредно.
Говорят, что Алибек Мусаевич Днишев бывает капризен. Он и вправду не очень любит журналистов, но вот с публикой совсем другой: с ней он искренен и он ее любит, а потому выкладывается на все сто в любом зале. И слушатели его обожают, будь то Дворец металлургов в Усть-Каменогорске («Берегите этот зал, в нем великолепная акустика», – сказал он, выступая здесь однажды), или Концертный зал им. Чайковского в Москве.
Он не часто балует публику сольными выступлениями. Когда же они случаются, то поклонники расценивают это как настоящий подарок. Вспоминается концерт Алибека Днишева в канун одного из дней Победы на сцене ГАТОБ им. Абая, посвященный ветеранам Великой Отечественной войны.
– Душа словно улетала в космос, – сказал слушатель, побывавший тогда на концерте.
Это действительно было редкое единение – певца, оркестра и зала.
В тот майский вечер, когда он пел в театре им. Абая, концерт сопровождала Государственная мужская хоровая капелла им. Байкадамова. Певец, довольный той гармонией, которая сложилась между ними, воскликнул: «Браво, капелла!»
Программу, с которой Алибек Днишев выступил на том концерте, сам певец назвал жемчужиной музыкальной культуры СССР. Сын фронтового журналиста Мусы Днишева предварил концерт словами:
– Этот праздник – День Победы – для меня действительно «со слезами на глазах». У отца день рождения 5 мая, но все родственники приходили поздравлять его 9 Мая. Потом мы вместе шли возлагать цветы к Вечному огню. Когда отца не стало, я стал в память о нем петь – не голосом, а сердцем, – песни о Великой Отечественной войне. Жаль, концерт будет идти всего полтора часа. Если бы это было возможно, я пел бы эти песни, наверное, не останавливаясь, целую неделю. Каждая из них шедевр, чтобы создать такие песни, где все чувства обнажены, нужна была, наверное, по-настоящему экстремальная ситуация.
«На солнечной поляночке», «Темная ночь», «Вечер на рейде», «Любимый город», «В лесу прифронтовом…», «Катюша», «Журавли»… После каждой песни зал замирал – неужели последняя? Певец, и видя, и чувствуя это, успокаивал: «Это еще не все». И не отказывался повторить свои любимые песни – «Соловьи», «Услышь меня, хорошая», «День Победы». Когда, исполняя очередную песню, спускался со сцены в зал, выстраивалась живая очередь из желающих одарить его цветами.
…В доме Днишевых всегда была музыка. В Театре оперы и балета им. Абая пели когда-то мама будущего певца и братья Абдуллины – его родные дяди, отец тоже имел отношение к искусству – был заместителем министра культуры республики. Тимур Днишев, один из старших братьев певца, в школе играл в духовом оркестре на трубе, создал эстрадный ансамбль и участвовал в республиканском конкурсе художественной самодеятельности. Считалось, что у Фархата, среднего брата, слуха совсем нет, но позже он развил его настолько, что пел вместе со всеми в семейном кругу.
– Когда была жива наша мама, то Алибек обычно запевал вместе с ней, а мы подхватывали. От нашего ансамбля окружающие и мы сами получали большое удовольствие, – вспоминал Тимур Мусаевич Днишев. – И поскольку у нас в семье все было связано с искусством, мы с Фархатом вроде как тоже должны были продолжить семейные традиции и пойти по этой же стезе, но тут запел Алибек. Да так, что конкурировать с ним было трудно. А мы, Днишевы, из тех людей, которые считают: если уж делать что-то, то по-настоящему, посредственных певцов и так хватает.
Звезда тенора из Казахстана восходила стремительно. Свое первое звание – стал в 1974 году лауреатом Международного конкурса вокалистов им. Глинки – Алибек получил в 23 года. И с той поры он был желанным гостем на самых престижных сценах Советского Союза, не нуждаясь при этом ни в каких «раскрутках», без которых сейчас не может обойтись ни один певец.
Он сам себя «раскручивал» везде и всюду, благодаря главному своему богатству – голосу. Когда его старшие братья, видные экономисты, бывали по своим делам в Москве, то едва они произносили фамилию, как все начинали спрашивать, не родственники ли они Алибека Днишева. Да и к казахстанцам, пришедшим на концерт своего земляка, отношение было особое: москвичи обступали со всех сторон, стараясь узнать как можно больше о любимом певце.
Мог ли прославленный тенор из Казахстана сделать карьеру за пределами страны? Ведь его ангажировал Большой театр, приглашали на стажировку в La Scala. Те, кто имел счастье слышать его уникальный голос вживую, не сомневаются: конечно же, мог. Но что же этому помешало?
– Любовь к дому и семье – это наша фамильная черта, – признавался Тимур Мусаевич Днишев. – Выйти за порог и куда-то податься на длительное время – для нас проблема. Мы все какие-то очень домашние.
Друг юности, скрипач-виртуоз Марат Бисенгалиев, придерживается другого мнения:
– Потрясающий талант, он мог бы намного ярче засиять не только в Казахстане и в России – мог бы покорить весь мир. Но пик таланта Алибека пришелся на времена, когда трудно было выбраться за рубеж. Мощный монополист в лице Госконцерта СССР не просто держал в руках все связи и просеивал через мелкое сито выезжающих на гастроли за кордон. Эта организация фактически эксплуатировала и обирала артистов, выплачивая гроши из заработанных ими гонораров…
Время не властно над его божественным голосом, ставшим уникальным явлением нашей вокальной культуры.
– Это от Бога, – объясняет артист секрет своей блестящей певческой формы. – Ничего специально не делаю, чтобы сохранить голос. Не пою, например, каждый день. Если бы я это делал, думаю, давно бы остался без голоса. Это очень вредно.
Говорят, что Алибек Мусаевич Днишев бывает капризен. Он и вправду не очень любит журналистов, но вот с публикой совсем другой: с ней он искренен и он ее любит, а потому выкладывается на все сто в любом зале. И слушатели его обожают, будь то Дворец металлургов в Усть-Каменогорске («Берегите этот зал, в нем великолепная акустика», – сказал он, выступая здесь однажды), или Концертный зал им. Чайковского в Москве.
Он не часто балует публику сольными выступлениями. Когда же они случаются, то поклонники расценивают это как настоящий подарок. Вспоминается концерт Алибека Днишева в канун одного из дней Победы на сцене ГАТОБ им. Абая, посвященный ветеранам Великой Отечественной войны.
– Душа словно улетала в космос, – сказал слушатель, побывавший тогда на концерте.
Это действительно было редкое единение – певца, оркестра и зала.
В тот майский вечер, когда он пел в театре им. Абая, концерт сопровождала Государственная мужская хоровая капелла им. Байкадамова. Певец, довольный той гармонией, которая сложилась между ними, воскликнул: «Браво, капелла!»
Программу, с которой Алибек Днишев выступил на том концерте, сам певец назвал жемчужиной музыкальной культуры СССР. Сын фронтового журналиста Мусы Днишева предварил концерт словами:
– Этот праздник – День Победы – для меня действительно «со слезами на глазах». У отца день рождения 5 мая, но все родственники приходили поздравлять его 9 Мая. Потом мы вместе шли возлагать цветы к Вечному огню. Когда отца не стало, я стал в память о нем петь – не голосом, а сердцем, – песни о Великой Отечественной войне. Жаль, концерт будет идти всего полтора часа. Если бы это было возможно, я пел бы эти песни, наверное, не останавливаясь, целую неделю. Каждая из них шедевр, чтобы создать такие песни, где все чувства обнажены, нужна была, наверное, по-настоящему экстремальная ситуация.
«На солнечной поляночке», «Темная ночь», «Вечер на рейде», «Любимый город», «В лесу прифронтовом…», «Катюша», «Журавли»… После каждой песни зал замирал – неужели последняя? Певец, и видя, и чувствуя это, успокаивал: «Это еще не все». И не отказывался повторить свои любимые песни – «Соловьи», «Услышь меня, хорошая», «День Победы». Когда, исполняя очередную песню, спускался со сцены в зал, выстраивалась живая очередь из желающих одарить его цветами.
…В доме Днишевых всегда была музыка. В Театре оперы и балета им. Абая пели когда-то мама будущего певца и братья Абдуллины – его родные дяди, отец тоже имел отношение к искусству – был заместителем министра культуры республики. Тимур Днишев, один из старших братьев певца, в школе играл в духовом оркестре на трубе, создал эстрадный ансамбль и участвовал в республиканском конкурсе художественной самодеятельности. Считалось, что у Фархата, среднего брата, слуха совсем нет, но позже он развил его настолько, что пел вместе со всеми в семейном кругу.
– Когда была жива наша мама, то Алибек обычно запевал вместе с ней, а мы подхватывали. От нашего ансамбля окружающие и мы сами получали большое удовольствие, – вспоминал Тимур Мусаевич Днишев. – И поскольку у нас в семье все было связано с искусством, мы с Фархатом вроде как тоже должны были продолжить семейные традиции и пойти по этой же стезе, но тут запел Алибек. Да так, что конкурировать с ним было трудно. А мы, Днишевы, из тех людей, которые считают: если уж делать что-то, то по-настоящему, посредственных певцов и так хватает.
Звезда тенора из Казахстана восходила стремительно. Свое первое звание – стал в 1974 году лауреатом Международного конкурса вокалистов им. Глинки – Алибек получил в 23 года. И с той поры он был желанным гостем на самых престижных сценах Советского Союза, не нуждаясь при этом ни в каких «раскрутках», без которых сейчас не может обойтись ни один певец.
Он сам себя «раскручивал» везде и всюду, благодаря главному своему богатству – голосу. Когда его старшие братья, видные экономисты, бывали по своим делам в Москве, то едва они произносили фамилию, как все начинали спрашивать, не родственники ли они Алибека Днишева. Да и к казахстанцам, пришедшим на концерт своего земляка, отношение было особое: москвичи обступали со всех сторон, стараясь узнать как можно больше о любимом певце.
Мог ли прославленный тенор из Казахстана сделать карьеру за пределами страны? Ведь его ангажировал Большой театр, приглашали на стажировку в La Scala. Те, кто имел счастье слышать его уникальный голос вживую, не сомневаются: конечно же, мог. Но что же этому помешало?
– Любовь к дому и семье – это наша фамильная черта, – признавался Тимур Мусаевич Днишев. – Выйти за порог и куда-то податься на длительное время – для нас проблема. Мы все какие-то очень домашние.
Друг юности, скрипач-виртуоз Марат Бисенгалиев, придерживается другого мнения:
– Потрясающий талант, он мог бы намного ярче засиять не только в Казахстане и в России – мог бы покорить весь мир. Но пик таланта Алибека пришелся на времена, когда трудно было выбраться за рубеж. Мощный монополист в лице Госконцерта СССР не просто держал в руках все связи и просеивал через мелкое сито выезжающих на гастроли за кордон. Эта организация фактически эксплуатировала и обирала артистов, выплачивая гроши из заработанных ими гонораров…
