Зять любит взять

Обидные анекдоты про тещу не сработали в отношении 76-летней жительницы Петропавловска. Зато поговорка про то, что зять любит взять в этой истории подтвердила себя на сто процентов.

Будь Вера Александровна Шес­тернина немного проницательнее, то не стала бы отписывать своему зятю квартиру из добрых чувств к нему и желания помочь. На старости лет она могла бы остаться без единственного жилья. К счастью, судебная коллегия по гражданским делам Северо-Казахстанского областного суда объективно разобралась в деле и встала на сторону пожилой женщины. Решение первой судебной инстанции было изменено, а договор купли-продажи квартиры признан недействительным. Справедливость восторжествовала.

А началось все с того, что зять залез в долги, а его теща захотела ему помочь. Всю жизнь Вера Александровна проработала врачом, так что сострадание к людям у нее в крови. Это и повлияло на решение помочь зятю, хотя помощь давно требуется ей самой. Мужа похоронила, возраст дает о себе знать: повышенное давление, сахарный диабет, больные ноги.

Квартирная история началась еще летом 2005 года, когда между зятем и тестем с тещей была заключена сделка купли-продажи двухкомнатной квартиры за 2,5 млн тенге. Свыше двух миллионов из них – за счет кредитных средств, предоставляемых покупателю АО «БТА Ипотека». Тогда же было зарегистрировано и право собственности на зятя, которому банк предоставил соответствую­щий заем. Вернуть последний надо было до июня 2020 года на основании заключенного ипотечного договора.

– На самом деле никакой куп­ли-продажи квартиры не было! – рассказывает пенсионерка. – Мы просто решили помочь мужу нашей дочери Натальи. Он погряз в долгах. Зять долго убеждал нас, говорил, что ему главное взять кредит под низкий процент, дес­кать, как только расплатится, сразу переоформит квартиру на нас. А мы, старые дураки, пожалели его.

Дочь Наталья в суде являлась вторым ответчиком, у нее своя версия событий:

– Мой бывший муж перегонял машины, подолгу отсутствовал. В начале 2000-х кому-то задолжал крупную сумму, стал прятаться от кредиторов. Мы до этого дом в ипотеку взяли. И он в банке ­узнал, что можно еще один кредит взять, но под мамину квартиру. Так и сделали. Судья позже спрашивала у меня, почему на себя кредит не оформила? Но мне его никто и не дал бы! Я ведь близкая родственница. Но и мужу, по идее, тоже не должны были давать. Но ему как-то удалось скрыть факт официального брака со мной. В 2015 году он ушел из семьи и перестал платить за кредит. Я это делала за него, хотя зарплата маленькая – работаю лаборантом. Выкручивалась как-то. Расплатилась с банком даже раньше срока. Все подтверж­дающие квитанции имеются. Только вот квартира оказалась оформлена исключительно на бывшего мужа, который теперь все отрицает. Кляну теперь себя за то, что так подставила своих родителей. Папа не дожил, мама тает на глазах….

В декабре 2019 года ипотечный долг, действительно, был погашен. Вера Александровна умоляла бывшего зятя пере­оформить квартиру на нее, в ответ же он предложил выкупить квартиру за 10 млн тенге. Более того, пенсионерка получила уведомление о выселении. Бывший родственник указал, что именно он является собственником квартиры на основании договора купли-продажи 2005 года. Из текста следовало также и то, что принадлежащее ему жилье он сдает в аренду.

Поразительно, но по докумен­там все так и есть. Не случайно, что суд № 2 Петропавловска встал на сторону зятя. Суд первой инстанции пришел к выводу, что сделка совершена не формально, а в соответствии с законодательством. В удовлетворении иска пенсионерки Шестерниной о признании договора купли-продажи квартиры недействительным суд отказал. После этого Вера Александровна обратилась в апелляционную инстанцию.

В итоге коллегия по гражданским делам суда Северо-Казахстанской области под председательством Айдара Смагулова признала недействительной эту мнимую сделку, совершенную лишь для вида, без намерения вызвать юридические последствия.

«В действительности, – указывается в судебном постановлении, – мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий. С точки зрения закона стороны не намерены исполнять эту сделку, но они все же совершают некоторые фактические действия, создаю­щие видимость исполнения, передачи имущества, составления необходимых документов».

Коллегия пришла к выводу, что истец доказал мнимость договора купли-продажи квартиры. Факт мнимости и фиктивности договора следует из обстоятельств спора и подтверж­дается материалами гражданского дела, кредитного досье, регистрационных дел на объекты недвижимости.

Коллегия постановила решение суда № 2 Петропавловска от 27 октября 2021 года изменить, отменить в части отказа в иске, признать недействительным договор купли-продажи квартиры, взыскать с бывшего зятя в пользу Веры Шестерниной расходы по оплате государственной пошлины в размере 60 тыс. тенге. Постановление вступило в законную силу с момента оглашения. Обжаловать его можно только в Верховном суде РК.

– Мы плакали от счастья, что суд разобрался в этой истории, – призналась Вера Александровна. – Наконец ад наш закончился! В суде нашлись честные профессионалы, добрые и понимаю­щие люди.