На дне…
595
Инеш БЕРЖАНОВА
По разным данным, число людей, прозябающих в нищете, уже давно перевалило за миллиард. Впрочем, точной статистики здесь предоставить никто и не сможет. Поскольку есть на земле районы, куда туристы, торговцы, врачи и даже представители власти зайти не решаются. Там, на «горьковском» дне, люди живут в своем мире, сами наводят порядок или стараются привыкнуть к тому беспорядку, который царит вокруг. Наркомания, проституция и убийства для многих из жителей этих трущоб стали обычным делом.
Вообще термин «трущоба» появился давно. Изначально его применяли к обозначению труднопроходимой, густо заросшей местности. Оно, в общем-то, и понятно – где же еще жить беднейшим слоям населения, как не в самых неудобных для проживания местах? В итоге болота, леса и кустарники стали сметаться прочь. А на их месте вырастали деревни, но только не в нашем понимании смысла этого слова. «Вырваться» из таких вот трущоб было также сложно, как и освободиться от гремучих зарослей непроходимых кустарников или сопротивляться засасывающей силе болотной топи. Большинству было легче смириться, и они обрекали себя и своих потомков на это жалкое, полуголодное существование.
Королевство неприкасаемых
Самой густонаселенной трущобой мира принято считать Дхарави. И не случайно этот участок земли площадью в 200 га в самом центре индийского Мумбаи еще называют королем трущоб. Хотя по сравнению с другими эпицентрами нищеты этот район все же не очень большой. Но в том и его особенность. Ведь на данной территории проживают, по разным данным, от одного до шести миллионов человек, а в домиках из фанеры и металлических листов в 10 кв. м могут размещаться одновременно от 10 до 15 индийцев! Правда, последних это особо не напрягает. Поскольку почти все свое время, кроме сна, они проводят на улице – готовят пищу, едят, работают, бездельничают, моются и даже справляют нужду. Не сложно представить – какие ароматы разносятся тут по округе.
Вообще дхаравцы к зловонию, мусору, грязи относятся очень даже терпимо. Они могут спокойно спать, работать и даже есть в окружении этого «беспредела». При этом загрязняют окружающий мир сами же жители этих трущоб. Они не утруждают себя походами к мусорным свалкам. Им легче выкинуть отходы подле дома или прямо в окно в уже не текущую рядом из-за обилия мусора реку. К слову, в свое время власти Мумбаи пытались расчистить эту территорию. Были завезены несколько тысяч контейнеров, баков. Но что эти тысячи против миллионов дхаравских семей. Службы просто физически не успевали вывозить мусор из трущобы, решив в конечном итоге оставить все как есть.
Однако индийцы не жалуются. Напротив, иные бедняги научились зарабатывать на мусоре неплохие деньги. Отбирая стоящие внимания вещи, они выставляют их на продажу. И вот в кармане – заветные рупии. Кто-то идет покупать на них хлеб, а кто-то оплачивает аренду жилья. Невероятно, но факт: лачуги трущоб пользуются большим спросом среди приезжих в Мумбаи индийцев. Кстати, стоимость такой вот ночлежки составляет 3 доллара в месяц. Считается, что это самый низкий мировой показатель в предоставлении арендного жилья.
Вместе с тем в разы больше других за работу здесь получают импровизаторы-гиды. Иностранцы с достатком приходят сюда специально, словно в зоопарк, поглядеть на иную жизнь и людей, которые приспособились к этим условиям. За удовлетворение нездорового любопытства они готовы платить деньги. Стоит отметить, что интерес туристов к этому району возрос после нашумевшей картины «Миллионер из трущоб». И вот, сюда уже стали приходить организованные тургруппы, а у местных жителей появилась официальная такса за проведение экскурсии по Дхарави. Стоимость такой прогулки они оценивают в 8 долларов. Но угодить приезжим гостям могут не все. Потому что, во-первых, надо знать язык, хотя бы несколько нужных слов, а во-вторых, необходимо обеспечить безопасность «сказочно богатым» в представлении местного населения туристам.
Кстати, туристы в Индии и главные «кормильцы» для попрошаек. Местным жителям официально запрещено давать милостыню. Таким образом, считают власти, они провоцируют их на дальнейшее «ничегонеделание». Сами же нищие думают по-другому. Они оправдывают свое поведение тем, что родились «неприкасаемыми», ими же им предстоит умереть.
Нищетой «пропитались» насквозь
Не намного от братьев по несчастью в этом плане отличаются и жители Киберы – знаменитой африканской трущобы, расположенной в самом сердце Кении – городе Найроби. Обитатели этого района составляют около 2,5 млн человек. И только 20% из них могут похвастать наличием электричества в своих лачугах.
Кибера раскинулась на 600 га земли. Ранее этот участок «доброе» британское колониальное правительство подарило нубийским солдатам. Непроходимые лесные заросли («кибра» в переводе с нубийского означает «лес» или «джунгли») как нельзя лучше подходили для неприхотливых солдат. Такими же неприхотливыми и беспомощными оказались их дети, а затем внуки и правнуки. И вот, это уже целое поселение-миллионник, только без связи, без школ, без дорог и больниц…
Полнейшая антисанитария никого здесь уже не смущает. Отсутствие централизованной канализации приводит к тому, что люди используют для своих нужд канавы, которые в конечном итоге стекают в небольшое озеро близ Найроби. Оттуда же потом они набирают себе воду, чтобы приготовить еду или постирать белье. Как итог – вспышки эпидемиологических заболеваний. И никому не известно, сколько людей ежедневно здесь умирает. Не знают в Кибере и точного числа ВИЧ-инфицированных кенийцев. Хотя СПИДом, говорят жители Найроби, болеет почти каждый второй киберец. Беспорядочные половые связи и наркомания стали неотъемлемой частью жизни этой трущобы. Ради дешевых наркотиков и куска хлеба на день насущный они идут на воровство, продают себя и собственных детей, а порой готовы и убить своих же соседей, родственников, знакомых. Эти люди настолько погрязли в нищете, «пропитались» этими условиями жизни, что уже не могут думать ни о какой морали и нравственности, представлять реальность без насилия, болезней, страданий и гнева.
В погоне за острыми ощущениями Джон Бэримор из города Мальме, Швеция, все же решился «пройтись» по Кибере. Вот лишь некоторые цитаты из его дневника: «…Недружелюбные взгляды они бросали не только на нас, но и друг на друга, как будто хотели сказать, что обладают большими правами на наши кошельки, а может и жизни?..», «…женщины выкидывали мусор прямо во двор, перед своими же домишками, зная наверняка, что никто его оттуда не уберет. Зловоние, мусор и гниль в Кибере повсюду, но очевидно, что все это безобразие их устраивает».
Кстати Д. Бэримор отважился пойти на эту «прогулку» только под началом местного «экскурсовода». За определенную сумму тот обещал не только ознакомить туриста с образом жизни киберцев, но и вывести его из трущобы живым и здоровым. Между тем гость прошелся только по окраине района. В самый центр не ходят даже те, кто живет «снаружи». «Там может случиться все что угодно. И ни полиция, ни врачи, ни тем более сами киберцы на помощь вам не придут», – пишет смельчак из Мальме. Ежедневно там умирают люди. Где и как их хоронят, никому не известно. Беременные женщины не ждут приезда «скорой» – рожают сами, кто как может. Что ждет младенцев, большая часть из которых погибает в первые недели жизни, – догадаться не сложно.
Говоря о высоком уровне преступности в трущобе Найроби, нельзя обойти стороной и другие, не менее знаменитые, трущобы – фавелы Бразилии, Мексики, Венесуэлы. Только вот здесь беспорядки чаще всего происходят не по вине бедняков. Ситуацию контролируют главы общин – местные наркоторговцы, оружейники, сутенеры. Казалось бы, у этих людей есть определенный достаток, но живут они в фавелах, поскольку именно здесь ощущают себя царями. Именно к ним местное население приходит за помощью и у них просит защиты от других бандитов. И они помогают. Правда, в долг, который потом либо из скудных своих доходов, либо работой, но отдавать все же придется. И даже такой расклад устраивает фавельцев, ведь от полиции толку здесь мало. Она либо не приезжает вообще, либо делает это лишь для отписки. Не проявляют никакого интереса к жизни бедняков Латинской Америки и представители власти. Впрочем, в преддверии выборов они все же появляются в некоторых районах – обещают хорошую жизнь, раздают подарки и... уезжают навсегда.
Миллионер из низов
Трущобы есть везде, но не везде они одинаково грязные и захламленные. Не во всех живут безнадежные лентяи и бандиты. Есть в мире такие районы, где нищие в силу своих возможностей все же пытаются облагородить хотя бы немного свой быт, окружающий мир вокруг. В числе таковых – трущобы Китая – хатуны Гуанчжоу и Шанхая. Ни мусора посреди улиц, ни вони вокруг общественных туалетов здесь нет. А все потому, что сами китайцы – народ очень трудолюбивый. И даже в таких условиях они не сидят сложа руки. Каждый находит себе работу, выполняя порой ее за гроши.
Отличаются даже дома в китайских хатунах. Во-первых, в силу климатических условий они сделаны из более прочных строительных материалов, во-вторых, это не единичные лачуги для одной семьи, а целые многоэтажки. На окнах, вне зависимости от этажа, везде установлены железные решетки, которые служат не столько защитой от незваных гостей, сколько в качестве сушилки для белья, коего тут развешано превеликое множество. А на улицах этих трущоб почти возле каждого дома копошатся ремесленники, парикмахеры, сапожники, торговцы, пекари, кузнецы. Получая копейки за нелегкий свой труд, они даже стараются копить и откладывать деньги на черный день. Жители хатун Китая, так же как и похожих с ними трущоб Камбоджи, Филиппин, Индонезии, верят, что человек сам строит свою судьбу.
Ярким тому примером стали недавние выборы президента в Индонезии, где победителем стал выходец из низов Джоко Видодо. Он родился в семье плотника и из-за бедности родителей стал зарабатывать на жизнь уже в раннем детстве. Сначала работал уличным разносчиком и грузчиком, а потом стал помогать отцу, изготавливая сувенирные изделия на продажу. Он смог сам поступить в Университет Гаджа Мада на специальность «инженер лесного хозяйства», после чего открыл собственный бизнес. Затем его избрали мэром родной Суракарты, а позже и губернатором Джакарты. Президентом Джокови стал уже летом прошлого года.
Конечно, если бы не личная целеустремленность и талант оратора Джоко Видодо, он бы, наверное, и не сделал такой карьеры. Но факт остается фактом. Прилагая усилия, миллионером все-таки можно стать и будучи выходцем из трущоб.
По материалам открытых интернет-источников
Вообще термин «трущоба» появился давно. Изначально его применяли к обозначению труднопроходимой, густо заросшей местности. Оно, в общем-то, и понятно – где же еще жить беднейшим слоям населения, как не в самых неудобных для проживания местах? В итоге болота, леса и кустарники стали сметаться прочь. А на их месте вырастали деревни, но только не в нашем понимании смысла этого слова. «Вырваться» из таких вот трущоб было также сложно, как и освободиться от гремучих зарослей непроходимых кустарников или сопротивляться засасывающей силе болотной топи. Большинству было легче смириться, и они обрекали себя и своих потомков на это жалкое, полуголодное существование.
Королевство неприкасаемых
Самой густонаселенной трущобой мира принято считать Дхарави. И не случайно этот участок земли площадью в 200 га в самом центре индийского Мумбаи еще называют королем трущоб. Хотя по сравнению с другими эпицентрами нищеты этот район все же не очень большой. Но в том и его особенность. Ведь на данной территории проживают, по разным данным, от одного до шести миллионов человек, а в домиках из фанеры и металлических листов в 10 кв. м могут размещаться одновременно от 10 до 15 индийцев! Правда, последних это особо не напрягает. Поскольку почти все свое время, кроме сна, они проводят на улице – готовят пищу, едят, работают, бездельничают, моются и даже справляют нужду. Не сложно представить – какие ароматы разносятся тут по округе.
Вообще дхаравцы к зловонию, мусору, грязи относятся очень даже терпимо. Они могут спокойно спать, работать и даже есть в окружении этого «беспредела». При этом загрязняют окружающий мир сами же жители этих трущоб. Они не утруждают себя походами к мусорным свалкам. Им легче выкинуть отходы подле дома или прямо в окно в уже не текущую рядом из-за обилия мусора реку. К слову, в свое время власти Мумбаи пытались расчистить эту территорию. Были завезены несколько тысяч контейнеров, баков. Но что эти тысячи против миллионов дхаравских семей. Службы просто физически не успевали вывозить мусор из трущобы, решив в конечном итоге оставить все как есть.
Однако индийцы не жалуются. Напротив, иные бедняги научились зарабатывать на мусоре неплохие деньги. Отбирая стоящие внимания вещи, они выставляют их на продажу. И вот в кармане – заветные рупии. Кто-то идет покупать на них хлеб, а кто-то оплачивает аренду жилья. Невероятно, но факт: лачуги трущоб пользуются большим спросом среди приезжих в Мумбаи индийцев. Кстати, стоимость такой вот ночлежки составляет 3 доллара в месяц. Считается, что это самый низкий мировой показатель в предоставлении арендного жилья.
Вместе с тем в разы больше других за работу здесь получают импровизаторы-гиды. Иностранцы с достатком приходят сюда специально, словно в зоопарк, поглядеть на иную жизнь и людей, которые приспособились к этим условиям. За удовлетворение нездорового любопытства они готовы платить деньги. Стоит отметить, что интерес туристов к этому району возрос после нашумевшей картины «Миллионер из трущоб». И вот, сюда уже стали приходить организованные тургруппы, а у местных жителей появилась официальная такса за проведение экскурсии по Дхарави. Стоимость такой прогулки они оценивают в 8 долларов. Но угодить приезжим гостям могут не все. Потому что, во-первых, надо знать язык, хотя бы несколько нужных слов, а во-вторых, необходимо обеспечить безопасность «сказочно богатым» в представлении местного населения туристам.
Кстати, туристы в Индии и главные «кормильцы» для попрошаек. Местным жителям официально запрещено давать милостыню. Таким образом, считают власти, они провоцируют их на дальнейшее «ничегонеделание». Сами же нищие думают по-другому. Они оправдывают свое поведение тем, что родились «неприкасаемыми», ими же им предстоит умереть.
Нищетой «пропитались» насквозь
Не намного от братьев по несчастью в этом плане отличаются и жители Киберы – знаменитой африканской трущобы, расположенной в самом сердце Кении – городе Найроби. Обитатели этого района составляют около 2,5 млн человек. И только 20% из них могут похвастать наличием электричества в своих лачугах.
Кибера раскинулась на 600 га земли. Ранее этот участок «доброе» британское колониальное правительство подарило нубийским солдатам. Непроходимые лесные заросли («кибра» в переводе с нубийского означает «лес» или «джунгли») как нельзя лучше подходили для неприхотливых солдат. Такими же неприхотливыми и беспомощными оказались их дети, а затем внуки и правнуки. И вот, это уже целое поселение-миллионник, только без связи, без школ, без дорог и больниц…
Полнейшая антисанитария никого здесь уже не смущает. Отсутствие централизованной канализации приводит к тому, что люди используют для своих нужд канавы, которые в конечном итоге стекают в небольшое озеро близ Найроби. Оттуда же потом они набирают себе воду, чтобы приготовить еду или постирать белье. Как итог – вспышки эпидемиологических заболеваний. И никому не известно, сколько людей ежедневно здесь умирает. Не знают в Кибере и точного числа ВИЧ-инфицированных кенийцев. Хотя СПИДом, говорят жители Найроби, болеет почти каждый второй киберец. Беспорядочные половые связи и наркомания стали неотъемлемой частью жизни этой трущобы. Ради дешевых наркотиков и куска хлеба на день насущный они идут на воровство, продают себя и собственных детей, а порой готовы и убить своих же соседей, родственников, знакомых. Эти люди настолько погрязли в нищете, «пропитались» этими условиями жизни, что уже не могут думать ни о какой морали и нравственности, представлять реальность без насилия, болезней, страданий и гнева.
В погоне за острыми ощущениями Джон Бэримор из города Мальме, Швеция, все же решился «пройтись» по Кибере. Вот лишь некоторые цитаты из его дневника: «…Недружелюбные взгляды они бросали не только на нас, но и друг на друга, как будто хотели сказать, что обладают большими правами на наши кошельки, а может и жизни?..», «…женщины выкидывали мусор прямо во двор, перед своими же домишками, зная наверняка, что никто его оттуда не уберет. Зловоние, мусор и гниль в Кибере повсюду, но очевидно, что все это безобразие их устраивает».
Кстати Д. Бэримор отважился пойти на эту «прогулку» только под началом местного «экскурсовода». За определенную сумму тот обещал не только ознакомить туриста с образом жизни киберцев, но и вывести его из трущобы живым и здоровым. Между тем гость прошелся только по окраине района. В самый центр не ходят даже те, кто живет «снаружи». «Там может случиться все что угодно. И ни полиция, ни врачи, ни тем более сами киберцы на помощь вам не придут», – пишет смельчак из Мальме. Ежедневно там умирают люди. Где и как их хоронят, никому не известно. Беременные женщины не ждут приезда «скорой» – рожают сами, кто как может. Что ждет младенцев, большая часть из которых погибает в первые недели жизни, – догадаться не сложно.
Говоря о высоком уровне преступности в трущобе Найроби, нельзя обойти стороной и другие, не менее знаменитые, трущобы – фавелы Бразилии, Мексики, Венесуэлы. Только вот здесь беспорядки чаще всего происходят не по вине бедняков. Ситуацию контролируют главы общин – местные наркоторговцы, оружейники, сутенеры. Казалось бы, у этих людей есть определенный достаток, но живут они в фавелах, поскольку именно здесь ощущают себя царями. Именно к ним местное население приходит за помощью и у них просит защиты от других бандитов. И они помогают. Правда, в долг, который потом либо из скудных своих доходов, либо работой, но отдавать все же придется. И даже такой расклад устраивает фавельцев, ведь от полиции толку здесь мало. Она либо не приезжает вообще, либо делает это лишь для отписки. Не проявляют никакого интереса к жизни бедняков Латинской Америки и представители власти. Впрочем, в преддверии выборов они все же появляются в некоторых районах – обещают хорошую жизнь, раздают подарки и... уезжают навсегда.
Миллионер из низов
Трущобы есть везде, но не везде они одинаково грязные и захламленные. Не во всех живут безнадежные лентяи и бандиты. Есть в мире такие районы, где нищие в силу своих возможностей все же пытаются облагородить хотя бы немного свой быт, окружающий мир вокруг. В числе таковых – трущобы Китая – хатуны Гуанчжоу и Шанхая. Ни мусора посреди улиц, ни вони вокруг общественных туалетов здесь нет. А все потому, что сами китайцы – народ очень трудолюбивый. И даже в таких условиях они не сидят сложа руки. Каждый находит себе работу, выполняя порой ее за гроши.
Отличаются даже дома в китайских хатунах. Во-первых, в силу климатических условий они сделаны из более прочных строительных материалов, во-вторых, это не единичные лачуги для одной семьи, а целые многоэтажки. На окнах, вне зависимости от этажа, везде установлены железные решетки, которые служат не столько защитой от незваных гостей, сколько в качестве сушилки для белья, коего тут развешано превеликое множество. А на улицах этих трущоб почти возле каждого дома копошатся ремесленники, парикмахеры, сапожники, торговцы, пекари, кузнецы. Получая копейки за нелегкий свой труд, они даже стараются копить и откладывать деньги на черный день. Жители хатун Китая, так же как и похожих с ними трущоб Камбоджи, Филиппин, Индонезии, верят, что человек сам строит свою судьбу.
Ярким тому примером стали недавние выборы президента в Индонезии, где победителем стал выходец из низов Джоко Видодо. Он родился в семье плотника и из-за бедности родителей стал зарабатывать на жизнь уже в раннем детстве. Сначала работал уличным разносчиком и грузчиком, а потом стал помогать отцу, изготавливая сувенирные изделия на продажу. Он смог сам поступить в Университет Гаджа Мада на специальность «инженер лесного хозяйства», после чего открыл собственный бизнес. Затем его избрали мэром родной Суракарты, а позже и губернатором Джакарты. Президентом Джокови стал уже летом прошлого года.
Конечно, если бы не личная целеустремленность и талант оратора Джоко Видодо, он бы, наверное, и не сделал такой карьеры. Но факт остается фактом. Прилагая усилия, миллионером все-таки можно стать и будучи выходцем из трущоб.
По материалам открытых интернет-источников
