Строй мир своими руками

Почем эксклюзив, господа?

Сделано с душой, связано свои­ми руками, сшито, нарисовано, вылеплено от всего серд­ца. Экс­клюзивные вещи, не штампованные на фабрике, а то, во что человек вложил искру творчества, во всем мире ценятся очень высоко. Например, в Европе и США вещи ручной работы стоят больших денег. На Западе рынок хендмейда – мощная отрасль, растущая и в онлайн-, и в офлайн-форматах. Поиск в Интернете выдает в первых строчках множество статей о том, как заработать большие деньги, продавая свои изделия в дальнее зарубежье.

Одна из наиболее часто упоминаемых – торговая площадка Etsy. Это международная платформа для мастеров со всего мира, которая сегодня конкурирует с такими гигантами, как eBay и Amazon. Авторы пуб­ликаций честно предупреж­дают: конкуренция на этой платформе очень высокая, за покупателя придется сражаться. Новичкам будет очень трудно протиснуться сквозь плотные ряды старожилов платформы, представляющих широкий ассортимент, удобную доставку и имеющих хорошую репутацию.

Есть несколько менее популярных, но более подходящих для начинающих платформ – Zibbet, Storenvy, A.C. Moore Marketplace, Stitch, относительно новая немецкая DaWanda и другие. Каждый год появляются и исчезают новые интернет-магазины товаров хенд­мейд, этот рынок в западных странах живой и динамичный. Для казах­станских мастеров также может быть удобен российский сервис «Ярмарка мастеров»
livemaster.ru. Здесь не такая жесткая конкуренция и более привычные платежные системы.

Если говорить о Казахстане, то поиск платформ для реализации своих творений дает жиденький список. А открывающиеся сайты или очевидно сделаны «на коленке», неудобны и беспорядочны, или вообще заставляют антивирусные программы заходиться криком от обилия ссылок на вирусную рекламу и небезопасные ресурсы.

Как отдушина – казахстанский стартап TrandyGo. На сайте довольно легко ориентироваться, можно выбрать товары по категориям и при необходимости связаться с командой сайта. Но эта платформа – пока исключение из правил. А в целом казахстанский рынок хендмейд в сравнении с западным делает только первые шаги, и на пути еще множество препятствий.

Один из тормозящих факторов – это цены. Например, на американском Etsy простое хлопчатобумажное платье, напоминающее домашний халат на завязке сбоку, продается за 93 доллара и несколько центов, то есть за 40 с лишним тысяч тенге. На казахстанском рынке такое платье домашнего пошива можно продать в лучшем случае в четыре раза дешевле. А скорее, уж тысяч за пять максимум, при этом выслушав множество претензий о том, что оно слишком простое, цвет не тот, сидит не так, и вообще, за такие деньги мы бы лучше в секонд-хенде пять таких платьев купили.

Персонализированный блокнот с самодельным переплетом и именем владельца, написанным на обложке красивым шрифтом, на западных сайтах продается за сумму от 20 до 50 долларов (от 8,6 до 21,5 тыс. тенге). Причем за 20 долларов дизайн прос­тенький, сделанный при помощи пары трафаретов и штампов. У нас нужно очень постараться с оформлением, чтобы продать такую тетрадку с разрисованной обложкой хотя бы за 5 тыс. тенге, а украшение золотым тиснением или авторским орнаментом может оказаться вообще себе в убыток, дорогие материалы просто не окупятся. Такая же картина с вязаными изделиями, подарками на праздники и свадьбы.

Чуть лучше дела обстоят с изделиями в национальном стиле – деревянной посудой, мебелью, сувенирами и украшениями для интерьера. Их часто заказывают в качестве подарков на юбилеи и другие праздники. А вот портреты на заказ, статуэт­ки, шкатулки и украшения на стену из шнурочков и перышек вообще «нашему человеку» непонятны, их приобретают лишь немногочисленные увлеченные коллекционеры.

Это не просто – взять и нарисовать

Пока казахстанские хендмейд-платформы и торговые сети еще созревают, мастера существуют сами по себе. Находят рынки сбыта, работают на заказ и продвигают свои творения через друзей и знакомых.

Стереотип о том, что все художники обречены на нищенское существование, успешно опровергает Марина Андранюк (Marilu Lis). Сегодня у нее своя студия, где проходят мастер-классы по различным техникам, от акварели до потали (картин с использованием тонкой золотой фольги), а еще она – известный в городе мастер по росписи стен.

Марина с детства любила рисовать, с отличием окончила художественную школу, потом – университет с красным дипломом дизайнера.

– Я благодарна своим преподавателям за то, чему они меня научили, – рассказала художница. – А дальше я продолжила развиваться самостоятельно. Когда вышла в декретный отпуск, открыла ИП и занималась дизайном интерьера, в свободное время писала картины. Мне не хватало творчества в интерьерах, а постоянные разъезды по городу в поисках плитки и унитазов, частые споры со строителями просто выматывали. Тогда я, можно сказать, по знакомству получила предложение делать роспись стен, и это оказалось то, что мне нужно. Пришел, нарисовал, получил удовольствие, и тебе за это еще и заплатили. Первое время хотелось спросить: «А что, так можно было?»

Конечно, как и многие художники, она не избежала давления общественного мнения, которое требует от каждого сознательного гражданина найти себе «нормальную» работу с окладом, согласно штатному расписанию. Она попробовала трудиться в офисе за зарплату, но больше года продержаться там не смогла. Тогда и созрело решение зарабатывать любимым делом – рисованием. Нельзя сказать, что все сразу легко и просто получилось.

Об отношении к творчеству в нашей стране художница говорит с долей грусти. Были беседы с родственниками на тему: «Ну и кому нужны твои картины? Кто их купит? За эти деньги люди пойдут и лучше купят себе палку колбасы». Были заказчики, которые искренне не понимали, за что вообще тут платить, это же просто – взять и нарисовать.

– Но однажды я закончила партию небольших картин и отвезла их в багетную мастерскую, которая находилась тогда в Музее современного искусства. Когда я пришла их забирать, меня попросили немного подож­дать и кого-то позвали. Оказалось, одной из сотрудниц музея понравилась моя картина, и она купила ее! Тогда я поняла, что есть разные люди. Для кого-то деньги равны еде, а для кого-то деньги равны красоте. Это – разные целевые аудитории, нужно просто найти свою, – считает художница.

По ее мнению, в Казахстане творческому человеку вполне возможно обеспечить себе заработок. С одной стороны, рынок для художников не развит, многое приходится делать самостоя­тельно, с другой стороны – нет агрессивной конкуренции. А еще можно не ограничиваться только одной страной и через Интернет продавать свои произ­ведения по всему миру.

– За границу продавать картины, конечно, выгоднее, там уже сформирован рынок произ­ведений искусства, есть ценители, – отметила Марина. – У нас в обществе пока нет понимания ценности картин. При этом деньги у казахстанцев на приобретение произведений искусства есть. Рекорд цены за мою картину – 1 000 долларов, и за такую сумму ее приобрели здесь, в Нур-Султане, в обычной кофейне.

Связанные одной идеей

В серьезный бизнес превратила свое хобби – вязание – Рахима Мукушева. Сегодня она руководит социальной мастерской Bergen.qz, является организатором авторского республиканского фестиваля вязания, ведет социальный проект «Геометрия добра» и новогодний – «Экоелка в стиле курак-корпе».

– У меня есть диплом экономиста, я окончила Аграрный университет (сейчас Казахский агротехнический университет им. С. Сейфуллина), но, к сожалению, ни одного дня не проработала по специальности, – рассказала Рахима Мукушева. – К вязанию пришла, когда с тремя детьми меня просто никуда не брали работать. Тогда и решила: чем тратить свои силы и время на чужой бизнес, лучше начать свой, идти к мечте, помогая другим. Так постепенно появился проект Bergen.qz – пока единственная в Казахстане социальная мастерская, объединяющая произ­водство вязаных изделий на заказ, обучение и реализацию готовой продукции.

По словам мастерицы, главная цель проекта – помочь реа­лизовать себя тем, кто по разным причинам не может себе позволить обычную работу. Это и люди с инвалидностью, и пожилые, и представители социально защищаемых категорий. Сначала будущая бизнес-леди вязала сама, потом организовала школу, обучала и помогала мастерицам найти заказы. Среди учеников были и люди, находившиеся в трудной жизненной ситуации, с психологическими проблемами.

– Можно сказать, что через вязание я спасла троих от суицида, а также было много тех, кто вышел из депрессивного состояния и тяжелого стресса, – поделилась Рахима Мукушева. – Сейчас я понимаю, насколько ценна роль вязания как части психотерапии.

По ее мнению, в Казахстане можно зарабатывать на изделиях ручной работы, главное – не лениться и ценить свой труд. Но если с первым пунктом все понятно, то со вторым – не так просто. Сама основательница проекта сталкивалась с непониманием с самого начала.

– Когда я делилась своей мечтой и целью, люди, как правило, крутили пальцем у виска и заявляли, что все бесполезно, ничего не получится, на рынке полно одежды из Китая, Турции, а все это вязаное никому не нужно, – вспоминает Рахима Мукушева.

Действительно, еще совсем недавно на товары казах­станского производства люди смотрели с подозрением и предпочитали фабричное-заграничное. Были случаи, когда труд вязальщиков обесценивали, мол, вы просто так сидите, вяжете, а мы почему должны вам за это платить?

– Такого вида деятельности, как создание вязаных изделий, вообще нет в официальных спис­ках профессий. Поэтому с каж­дым шагом приходится в разных инстанциях доказывать не просто ценность ­своей продукции, а вообще свое сущест­вование как работника, как специалиста. И рынка для нас в стране пока нет, большая часть продукции расходится через так называемое «сарафанное радио», – добавила руководитель проекта.

Медленно, но казахстанский рынок хендмейда меняется. Появляются объединения ремес­ленников, художников, рукодельниц, создаются торговые площадки. Постепенно наше общество излечивается от патологической идеи о том, что сделанное своими руками – это хобби, которое как будто ничего не стоит, не требует труда, времени, приобретения материалов. Шаг за шагом приходит понимание, что хендмейд – это продукт творчества с уникальной идеей, которая вообще-то бесценная, а не бесплатная.