Великая трагедия степи

– «Ашаршылық» – это трагедия, через которую прошел не только казахский народ, это страшная гуманитарная катастрофа для всех стран бывшего Союза. По этой причине мы к проб­леме «Ашаршылық» должны подходить прежде всего с научной точки зрения, не придавая вопросу политическую окраску, – сказал Маулен Ашимбаев.

По мнению председателя Сената, для объективной оценки произошедшего важно учитывать исторический контекст и весь спектр происходящих в тот период событий, что позволит более объективно воспринимать причинно-следственные связи. Важно знать и понимать суть политики тех времен, исследовать, как шла реализация планов большевиков, а далее сравнивать и систематизировать ошибки, которые тогда допускались властями.

– Кроме Казахстана, голод испытывало население Украины, Белоруссии, Молдовы, ряда ре­гионов России, в том числе Поволжья и Северного Кавказа. С этой точки зрения, наверное, голод нельзя назвать преступ­лением против определенной нации. В первую очередь это тяжелейшие последствия политики, проводимой властями того времени. – отметил Маулен Ашимбаев.

Кроме того, в своем выступ­лении спикер Сената отметил, что в советское время тема «Ашаршылық» всегда была закрытой, и только благодаря независимости по инициативе Елбасы Нурсултана ­Назарбаева о «белых пятнах» истории стали говорить на высоком государственном уровне. Большое внимание изучению этого воп­роса уделяет сейчас Президент страны Касым-Жомарт Токаев. «Без прошлого нет будущего», – гласит народная мудрость, а значит, и эти уроки истории нужно исследовать тщательно и максимально объективно. Такое по плечу лишь профессиональным ученым, считает председатель Сената.

– Эти факторы должны стать основой исследования по тематике «Ашаршылық». Мы должны отдать приоритет в первую очередь научным исследованиям. Потому что только ученые могут раскрыть горькую правду об «Ашаршылық» и донести ее до нашего народа. В целом общественное мнение по историческим событиям должно основываться на научном мнении, – сказал Маулен Ашимбаев.

Председатель Сената в связи с этим отметил, что на отечественных ученых-историков возлагается большая ответственность. Поэтому важно предоставить им доступ к актуальным архивным данным, в том числе соседних стран, наладить тесные контакты с учеными, изучающими данную тему, собирать воспоминания очевидцев «трагедии века», переживших суровые годы «Ашаршылық». Причем к исследовательским работам в данном направлении, по мнению Маулена Ашимбаева, принципиально важно привлекать молодое поколение историков.

Директор Института истории и этнологии им. Ш. Уалиханова ­Зиябек Кабульдинов, говоря о причинах и борьбе с последствия­ми «Ашаршылық», проанализировал один из периодов этой страшной трагедии на примере акмолинского при­ишимья. Голод в 1921–1922 годах спровоцировал целый комплекс причин. Это и хозяйственная разруха в ходе Гражданской ­войны, и погодные условия – лето 1921 года отличалось засухой, заметно снизилась урожайность зерновых, высохли многие пастбищные угодья. Ситуация усугубилась, когда государственные органы молодой советской власти усилили принудительные ­сборы продуктов питания с населения, а также привлекали людей к безвозмездному труду. Имела место экономическая ­блокада ряда зарубежных стран.

– Не имея достаточного количества семян и рабочего скота, многие крестьяне забрасывали свои поля, что привело к уменьшению земельных пашен. Тем более они знали, что хлеб все равно отберут большевики, – констатировал Зиябек Кабульдинов.

В июле 1921 года в республике вспыхнула холера. Имела место барымта.

– Принудительные сборы и бесплатные работы привели к появлению мощного очага крес­тьянского восстания в 1921 году. Так, в феврале 1921 года 25-тысячный отряд повстанцев подверг разгрому здания органов советской власти в Петропавловске, – поделился ученый.

В ходе заседания историки приводили множество цифр из архивов, характеризующих тот непростой период. При этом сошлись во мнении, что в ходе реконструкции событий предстоит ответить еще на множество воп­росов. Говорилось в том числе о недопустимости использования этой чувствительной темы в политических интересах.

Директор Института истории государства Еркин Абиль под­черкнул необходимость создания непротиворечивой, системной и избавленной от «белых пятен» картины национальной истории.

О перспективах совместного изучения темы «Ашаршылық» говорила профессор Университета штата Мэриленд (США) Сара Камерон. Она считает, что от совместной работы выиграет все научное сообщество.

– Некоторые материалы существуют, но их нелегко найти. Необходимо составить каталог мемуаров, дневниковых записей, чтобы они были доступны в цент­ральной базе данных или научном центре по изучению голода. Исследователи скажут большое спасибо, если эти материалы, часто существующие только на казахском, будут переведены на русский и английский языки, – сказала профессор.

Казахстанские вузы готовы поделиться такой информацией. Группа ученых Карагандинского университета им. Букетова приступила к осуществлению проекта «Голод 1931–1932 годов в Центральном Казахстане: причины и последствия (по материа­лам архивов и воспоминаний)».

– Казахстанский «Великий джут» стал частью общесоюзного голода 1931–1933 годов и следствием реализации сталинской силовой модели коллективизации. Несмотря на масштабность этих трагических для нашей истории событий, тема голода все еще остается малоисследованной в отечественной науке. В архивах поднят лишь первый пласт документов, огромный массив источников остается недоступным и ждет своего изучения, – отметила представитель университета Лариса Харитонова.

– К сожалению, непосредственных свидетелей тех драматических событий почти не осталось, мы рассчитываем собирать информацию у тех, кто хранит в памяти рассказы своих родителей, бабушек и дедушек с тем, чтобы зафиксировать историю с ее живыми свидетельствами, историю, написанную людьми, – добавила ученый.

Заведующая кафедрой «Ассамблея народа Казахстана» при СКУ им. М. Казыбаева, кандидат исторических наук Людмила Гривенная отметила, что, несмотря на то, что прошло 100 лет со времени тех трагических событий, причины, масштабы и последствия голода до сих пор не получили должной оценки и не представлены широкой об­щественности.

В советское время это было связано с попыткой властей скрыть правду. До сих пор архивы хранят тайны обстоятельств великой трагедии в документах под грифом «совершенно секретно». По ее словам, в отношении определения абсолютного числа погибших от голода начала 20-х годов ХХ века вопрос до сих пор остается открытым, так как не все случаи смерти регистрировались и учитывались, а часть документов была изъята из архивных фондов.

В ходе встречи ученые отмечали, что неизменными спутниками голода были обнищание населения, эпидемии и рост преступности: грабежи, самосуды, воровство, убийства. Для борьбы с голодом создавались комиссии помощи голодающим, собирались добровольные пожертвования, вводились разнообразные виды налогов. Усугубляли положение дел на селе произвол, злоупотребления и преступные действия советских, партийных и продовольственных работников. По утверждению самих крестьян, партийно-советские функционеры по преступности и жестокости в деревне превзошли действия колчаковских карателей в предыдущий период.

Вместе с учеными во встрече принимали участие министр информации и общественного развития Аида Балаева, министр образования и науки Асхат Аймагамбетов, министр культуры и спорта Актоты Раимкулова. На встрече также выступили видные ученые и общественные деятели – Талас Омарбеков, Смагул Елубай, Бейбит Койшыбаев, Берик Абдыгалиулы и другие. По итогам мероприятия участниками были приняты специальные рекомендации.

Министерству культуры и спорта совместно с Министерством образования и науки ­рекомендовано организовать сис­темные исследования в ­архивах и учреждениях статистики в целях определения реального количества жертв в начале ХХ века. Планируется поднять вопрос дос­тупа к архивным материалам, в том числе с ограничительными грифами «секретно», создать цифровую базу данных жертв «Ашаршылық».

Будет проработана возможность проведения учеными исследований в архивах других государств. Есть и ряд других предложений.