​Кто майнит под носом?

Держать ответ перед мажилисменами пришлось заместителю председателя Нацбанка РК Олегу Смолякову. По его словам, основная цель нового законопроекта – плановые изменения валютного законодательства в условиях вступления Казахстана во Всемирную торговую организацию и создания международного цент­ра приграничного сотрудничества «Хоргос» и Международного финансового центра «Астана».

Основной задачей законопроекта является расширение охвата статистического мониторинга валютных операций и сокращение использования иностранной валюты в расчетах на территории Казахстана. Реализация указанных норм позволит расширить охват информации о валютных операциях, повысить эффективность валютного контроля, в том числе для противодействия выводу денег из страны, подчеркнул Олег Смоляков. При этом законопроектом предусмотрено сохранение принципов либерального валютного режима.

Законопроектами филиалы иностранных организаций признаются в качестве резидентов, расширяется охват валютных операций трансграничного характера, усиливается валютный контроль по операциям, направленным на вывод капитала, уточняется порядок обращения валютных ценностей на территории Казахстана и перечня разрешенных между резидентами валютных операций.

Объясняя необходимость изменения статуса резидентства филиалов иностранных организаций, Олег Смоляков отметил, что по действующему в настоящее время валютному законодательству филиалы иностранных организаций являются нерезидентами и, соответственно, вправе с резидентами осуществлять валютные операции. Например, за 2016 год объем операций филиалов иностранных компаний с резидентами Казахстана, которые были совершены в иностранной валюте, составил 2,5 млрд долларов.

После вступления в ВТО ожидается увеличение количества филиалов и представительств, что приведет к увеличению платежей в иностранной валюте внутри страны, что не соответствует национальным интересам.

В связи с этим предлагается перевести расчеты филиалов иностранных организаций с казахстанскими контрагентами на тенге. Изменения не затронут компании, которым гарантирован статус нерезидента соглашения­ми, заключенными от имени государства с иностранными организациями. При этом не предусматривается ухудшение условий в отношении договоров, заключенных до введения в действие настоящего закона.

Между тем в законопроекте определен перечень валютных операций, имеющих признаки вывода денег из страны. Это предоставление резидентом финансового займа нерезиденту, не предусматривающего погашения путем зачисления денег на счета в Казахстане, предоставление нерезидентом финансового займа резиденту, не предусматривающего перевод денег на счета в Казахстане, и предоставление резидентом беспроцентного финансового займа неаффилиированному нерезиденту на срок свыше 720 дней.

Кроме того, законопроект преду­сматривает право на передачу информации по валютным операциям, содержащей банковскую тайну, Комитету государственных доходов.

На первый взгляд, подходы Нацбанка к определению признаков вывода денег из Казахстана за рубеж кажутся вполне адекватными, но не для депутатов. По их мнению, механизмы абсолютно не эффективны. Но, перед тем как об этом заявить, в частности, депутат-коммунист Владислав Косарев поинтересовался, каков объем заемных средств, который наши банки занимают у иностранных банков, и не занимаем ли мы за рубежом свои же деньги, которые там осели?

– До 2007 года банки активно занимали – порядка 50% их общего баланса – это были займы перед нерезидентами, но на данный момент, учитывая, что произошла девальвация тенге, потом мы ужесточили регулирование в отношении займов у нерезидентов, сейчас эта цифра существенно сократилась. Их доля в общих обязательствах – около 8%. Погашения идут этих займов, но существенного нового финансирования нашим банкам сейчас никто не дает, – ответил Олег Смоляков.

Ответ зампреда Нацбанка депутатов не удовлетворил.

Так, депутат Омархан Оксикбаев заявил, что, замкнув на себе контроль над валютными операциями, Нацбанк много на себя взял.

– Вы сможете с этим вопросом справиться? В этом законе четких полномочий нет. У нас нет вообще уполномоченного органа по валютному контролю в Казахстане. Нацбанк владеет полномочиями, ресурсами, которыми может полноправно и глубоко сделать валютный контроль? – спросил депутат.

Олег Смоляков признал тот факт, что у Нацбанка недостаточно возможностей для полноценного противодействия выводу капитала из Казахстана.

– По состоянию на конец года мы имеем порядка 17 миллиардов тенге задолженности по экс­портно-импортным операциям. Это та валютная выручка, которая не поступила в Республику Казахстан. Проблемная часть – это порядка 6 миллиардов. Мы не охватываем услуги, работы, поэтому реальная цифра может быть больше, – сказал зампред Нацбанка.

– А вот по ним вы какими-то полномочиями владеете, чтобы их вернуть? – спросил Омархан Оксикбаев.

– В судах такие вещи сложно доказуемы. Судебная практика очень печальна. Поэтому здесь без совместного участия Нацбанка и Министерства финансов никто не может реализовать полноценный контроль, – признался Олег Смоляков.

В ответ на это Омархан Оксикбаев назвал презентованный законопроект сырым и недоделанным.

Встревожены депутаты и манипуляциями казахстанцев с криптовалютой.

– Нацбанк, в принципе, отслеживает, что происходит с криптовалютой? То, что из частных рук, от физлиц уходят колоссальные средства на их приобретение через виртуальное пространство, а никаких резидентов на территории РК нет. Люди продают квартиры, дома, свое имущество и покупают эту криптовалюту, – констатировала, в частности, депутат Ирина Унжакова, поинтересовавшись, рассматривает ли Нацбанк криптовалюту как предмет регулирования.

В ответ Олег Смоляков отметил, что мнение Нацбанка относительно криптовалюты складывается на фоне формирующейся сейчас вокруг нее международной прак­тики.

– Та международная практика, которая сейчас формируется, неоднозначна. Кто-то более активен в стимулировании этих операций, кто-то в принципе зап­рещает такие операции. Очевидно, что криптовалюта не является валютной ценностью, потому что это некоторый финансовый продукт, это некоторая технология, то есть это не средство расчета, не средство платежа, – сказал он.

По его словам, в данное время Нацбанк изучает вопрос, каким образом регулировать криптовалюту как финансовый продукт. Однако, по словам Олега Смолякова, считать криптовалюту суррогатом денег нельзя.

– Вопрос регулирования криптовалюты более широкий. Сейчас пока мы не готовы сказать конкретно, но такая работа в Нацбанке ведется, – добавил банкир.

Такой обтекаемый ответ депутатов возмутил. Гульжана Карагусова призвала Нацбанк обратить внимание на то, что криптовалюта в Казахстане уже выполняет роль платежного средства.

– Достаточно проехать по Астане. Уже есть такие организации, инфраструктуры, торговые организации, которые принимают криптовалюту. Так что надо смот­реть правде в глаза, не только автомобили покупают на криптовалюту, некоторые рестораны принимают оплату в криптовалюте. Хотим мы признавать или не хотим, криптовалюта сейчас выполняет три функции денег – это сфера обращения, платежа и накопления, – сказала Гульжана Карагусова.

Коллегу поддержал депутат Глеб Щегельский, предупредив о последствиях столь вольного «поведения» денежного суррогата в нашей стране. Мажилисмен считает, что такое явление, как криптовалюту, пора регулировать законодательно.

– Потом, когда будет как с обманутыми дольщиками, вы начнете просить денег опять у государства, и будут создаваться комиссии, пойдут разбирательства. Уже Министерство финансов у вас майнит под носом в 4 областях, а их не знают, за что привлечь: за нарушение программного обеспечения или еще за что-то? Кого мы обманываем?

…Дальнейшее обсуждение законопроекта теперь продолжится в рабочей группе, которую возглавила член этого комитета, депутат Дания Еспаева.