«Марафон желаний» по новым правилам

Известный журналист, политолог, общественный деятель и блогер Эдуард Полетаев обширный вопрос о регламентации дея­тельности цифровых платформ предлагает разделить минимум на четыре составляющие: экономическую, политическую, правовую и профессиональную.

– Обращаться к феномену блогерства законодательная власть стала не случайно, – объясняет основания для принятия в Казахстане Закона «Об онлайн-платформах и онлайн-рекламе» Эдуард Эдуардович. – Его влияние на общественную жизнь в разных ее аспектах становится настолько значительным, что уже не может не беспокоить государство.

Похожие проблемы сегодня решаются и во внешнеполитичес­ком окружении. Не так давно в России разразился скандал с арес­том знаменитой инфоцыганки Елены Блиновской, зарабатывающей миллионы на «марафонах желаний» и скрывающей их от налогообложения. Следом, как по цепочке, потянулись прочие расследования о жизни всевозможных инстадив, тиктокеров, фейсбукеров, чьи финансовые успехи поражают не только свои­ми объемами, но и легкостью их достижения.

– Блогосфера становится сферой занятости и средством заработка для огромного количества людей, – продолжает эксперт. – Многие «уходят» в блоги, имея специальность и постоянную работу, потому что здесь они получают определенную свободу действий, могут реализовать свои интересы, в том числе коммерческие. Понятно, что топовые блогеры, представляющие на своих страницах имиджевый контент, делают это не бесплатно. И чаще всего работают они относительно легально. Во-первых, потому что налоговые органы все-таки обращают внимание на тех, кто особо заметен, а во-вторых, крупные компании, размещая рекламу у инфлюенсеров, требуют, чтобы те имели хотя бы статус ИП.

При этом, отмечает Эдуард Полетаев, существует весомый теневой сектор, где полно людей, которые гоняют так называемую «джинсу» – это термин из журналистики 90-х, когда СМИ старались скрывать рекламу под видом обычных статей. Термин устарел, а вот подход, который он описывал, – нет, и он активно используется в социальных сетях и мессенджерах.

Так что, кроме информационного влияния блогерства на общественную жизнь, наблюдается его воздействие на рынок труда, причем в большей мере на теневую часть.

– При всей разнородности и неуправляемости блогерского сегмента начинает происходить определенная его специализация, – считает Эдуард Полетаев. – Рыночные отношения даже в своей скрытой форме развиваются, и мы видим, что у блогеров появляются фактически редакционные мини-коллективы: они нанимают команды из помощников и сотрудников. YouTube-блогер, например, работает как минимум в паре с оператором. Все это увеличивает количество работников в теневом секторе, и, разумеется, государство это не может устраивать.

В дальнейшем, уверен спикер, требования к блогерам как к самозанятым гражданам будут ужесточаться. И это абсолютно справедливо в рамках норм равенства перед законом и общест­венной морали. Остается разве что открытым вопрос, какими средствами установить конт­роль над экономической частью деятельности блогосреды.

– Здесь найдутся свои решения, – считает Эдуард Полетаев. – Не исключено, что будет вменяться контроль за определенными банковскими операциями. Возможно, блогерам, зарабатывающим в Интернете, придется регистрировать юридическое лицо, чтобы находиться в легальном поле.

Амбассадоры «хайпа»

По оценкам исследовательской компании Global Web Index, среднестатистический интернет-пользователь проводит в Сети около шести часов в день, и это показатель превалирующего способа получения информации. Еще он означает, что у общества появляются новые формы прямого политического участия.

Лидеры мнения, или инфлюенсеры, – это примерно как живые бренды, которые своими предпочтениями влияют на выбор других людей. Но одно дело, когда инфлюенсер рекламирует турпакет или авиакомпанию, местный ресторан или фирменную одежду, и совсем другое, когда он влияет на политические убеждения и поведение своей многочисленной аудитории.

– Государство опять же не может оставить эту тему без внимания в интересах обеспечения безопасности и контроля, – говорит наш собеседник. – Воздействие популярных блогеров на потребительские предпочтения используется широко и едва ли имеет серьезные риски, но если они начнут формировать политический выбор, то ситуа­ция меняется. Известно ведь, насколько активно их сегодня подключают к решению задач совсем даже не коммерческого характера. Вспомним небезызвестные «арабскую весну» и серию «цветных революций» – там социальные сети сыграли не последнюю роль.

Политолог утверждает, что к политической повестке, которая стала просачиваться в соцсети, власти присматриваются не меньше двадцати лет. Вывод, который становится все более очевидным: киберпространство стало особой политичес­кой реальностью и некоторые виртуальные информационные каналы способны стать серьезным инструментом влияния на стабильность государства и его безопасность.

– Особенность ситуации сос­тоит в том, что в большинстве стран постсоветского пространства, и в Казахстане в том числе, значительная часть блогосферы имеет ярко выраженную общественно-политическую направленность, – продолжает эксперт. – А популярному блогеру, имеющему высокий социальный имидж, легко конвертировать его в политическое влияние. Что для этого нужно? Уверенность в себе, бесстрашие перед большой аудиторией – пожалуй, все. Поэтому в политической тематике частым явлением становится «хайп». Это заметно по так называемым блоговолнам, когда блогеры подключаются к обсуж­дению резонансных событий и массово распространяется информация ради создания желаемого общест­венного мнения.

Политический «троллинг» в соц­сетях – пример того же порядка. Можно припомнить дос­таточно случаев, когда с помощью блогерского давления дискредитировались знаковые фигуры: политические деятели, депутаты и госслужащие.

– Проблема, возможно, не столько в самом давлении, сколько в возможных последствиях, – развивает мысль Эдуард Полетаев. – Никто не может гарантировать, что очередная блоговолна не выйдет в офлайн-режим в виде каких-то социально-политичес­ких акций. Фактически блогерская активность, раскачивающая аудиторию в определенных целях, сродни подзабытым флешмобам. Но в отличие от митингов офлайн эти акции проходят без предварительных согласований с органами власти, они неподконт­рольны и никто не отвечает за последующий сценарий. Поэтому всегда есть опасность, что спонтанная политическая активность в интернет-пространстве может непредсказуемо развернуться.

Учиться и снова учиться

Развитие социальных сетей повлекло за собой интересный феномен сосуществования двух информационных сред – традиционной профессиональной журналистики и блогерства.

Доступный интернет-ресурс одним позволяет создавать прос­той публичный контент, другим – общественным активистам и политикам – использовать его как инструмент для популяризации своих мнений. И эти свободные возможности часто противопос­тавляются редакционной журналистике.

– Кстати, традиционная журналистика сейчас тоже переживает тяжелые времена трансформации, и в какой-то степени блогерская повестка это компенсирует – люди ищут там то, что не могут найти в традиционных массмедиа, – считает эксперт.

При этом Эдуард Эдуардович напоминает, что журналистика изначально была персональной, можно сказать, своего рода протоблогерством.

– Если вспомнить, как появлялись газеты в прошлом и позапрошлом веках, то окажется, что зачастую они были частным делом: один человек и учредитель, и редактор, и автор. Ситуация изменилась, когда государства подчинили СМИ своим интересам, в капиталистическом мире крупные издания находились в руках медиамагнатов. Теперь снова приходит сетевой персональный журнализм. Но это, на мой взгляд, нисколько не означает гибель традиционных источников информации. Скорее блогерство заставляет их видоизменяться. Возникающие в информационном пространстве новации, рост численности и влияния лидеров мнения в соцсетях ведут к тому, что воздействие их становится довольно серьезным, порой сопоставимым с ресурсом традиционных медиа, – отмечает он.

Эти обстоятельства тем более понуждают блогерство рас­ти, принимать общие правила игры, вступать с обществом и государством в нормативное взаимодействие.

– В настоящее время блогосфера переживает свою институализацию, – считает журналист. – И вполне закономерно, что на этом этапе к процессу подключается государство, принимая регламентирующие законодательные нормы. Делается это для того, чтобы наладить диалог и конструктивные взаимоотношения.

Пока блогерство не является профессией, но запрос на это у него несомненный. Деятельность блогера многофункциональна, и сейчас даже в среде высоких педагогических кадров в Казах­стане она рассматривается в качестве профессии для возможного внесения в официальный реестр.

– Хотя, думаю, потребуется время, чтобы включить этот род занятий в состав профессий интеллектуального труда, – считает Эдуард Полетаев. – Блогерство остается объектом многочис­ленных споров относительно и правового статуса, и описания деятельности, и учета дохода, и многого другого.

Другая опасность для блого­сферы, по мнению спикера, заключается в его же преимуществах.

– Дело в том, что развитие социальных сетей – довольно гибкое явление, – заключает Эдуард Полетаев. – Мы не можем знать, что ждет популярные площадки вроде Facebook, Telegram, Instagram – сколько они еще просуществуют. Известно, что случилось с ЖЖ и «Одноклассниками» – они потерялись в конкуренции. Так и вся действующая система коммуникаций в Интернете может быть побита какой-нибудь новой площадкой, или она трансформируется во что-то еще более продвинутое. Это может быть искусственный интеллект, который рассматривается как серьезная конкуренция не только блогерам, но и традиционным СМИ. Некоторые порталы уже используют его для составления информационных сообщений. Мне представляется, при таких угрозах для будущего блогосферы и массмедиа им, чтобы выжить, следует кооперироваться.