Зеленый фонд нуждается в защите

Жезказганский Ботаничес­кий сад входит в сос­тав Республиканского государственного предприятия на праве хозяйственного ведения «Институт ботаники и фитоинт­родукции» Комитета лесного хозяйства и животного мира Министерства экологии и природных ресурсов. Его история началась в далеком 1939 году, когда его заложили по предложению Каныша Сатпаева. Выдающийся ученый уже в то время знал, что скоро в полупустынном регионе возведут большое промышленное производство и города.

Чтобы обеспечить регион собственной растительной пищей, озеленить местность и смягчить климат, на опытной станции одновременно работали 13 лабораторий. Научные изыскания охватывали все сферы – воздух, воду, почву, животных, насекомых. К 1954 году все поставленные перед учеными задачи были решены. Сначала изучали древес­ные, потом овощные культуры. По мере успешной реализации поставленных задач начали ставить новые цели: приступили к научным исследованиям по изучению плодовых, цветочно-декоративных, бахчевых, кормовых культур.

На опытной станции Ботанического сада, кроме собственных региональных, выращивают и привозные виды растений, популяция которых стабильно сокращается в родных местах, где их не могут культивировать.

– До 2017 года в коллекционном фонде Ботанического сада было выращено более 1 200 видов живых растений, в гербарном фонде хранилось более 3 500 наименований растений, а в семенной базе – около 600 видов, – рассказывает директор Ботанического сада – кандидат биологических наук Жангозы Нашенов. – В 2024-м коллекция живых растений сократилась почти втрое. С каждым годом Ботанический сад будет гарантированно терять новые виды растений.

На работе сада негативно отразилось усилившееся с годами техногенное воздействие медеплавильного завода и теп­лоэлектроцентрали, которые работают в непосредственной близости к нему более 60 лет. Плюс близкое расположение к старому хвосто­хранилищу. Главная же причина гибели растений – неис­правность гидроочистных сооружений, которую не могут решить с 2017 года. Вода, предназначенная для полива драгоценного зеленого фонда региона, загрязнена фекальными массами.

– Когда создавался Ботанический сад, медьзавода и ТЭЦ еще не было, – поясняет Жангозы Болатович. – По розе ветров это место было самое удобное для научной деятельности. На сегодняшний день мы оказались в санитарной зоне города, в зоне техногенного прессинга. По сути, мы находимся в точке сброса отходов промышленных предприятий и фекальных масс. Согласно архивным документам, к примеру, от 1959 года за подписью Виктора Гурбы – тогда директора горно-металлургичес­кого комплекса, территорию Ботанического сада планировали отвести под хвостохранилище, а сад – перенести в другое место.

Этот вопрос неоднократно поднимали вплоть до 1990-х, но ситуа­ция не изменилась и с каж­дым годом только ухудшается. За десятилетия работы промышленных предприятий количество накопленных в почве и воде металлов, оксидов кратно возросло.

– К нам приезжали специалисты из России, делали забор почвы, – продолжает Жангозы Нашенов. – Концентрация одной только меди в почве превышает допустимые нормы в 50 раз. Такое состояние земли и воды ведет к гибели растений. Цифры неумолимы – мы теряем сотни видов в год. В 2017 и 2021 годах обращения к руководству региона не дали результатов. На наши запросы в департаменте экологии Карагандинской облас­ти и санэпидемиологического надзора нам отвечали, что концентрация вредных веществ… в пределах нормы.

Тогда ученые Ботанического сада не нашли поддержки у депутатов областного и городского маслихатов и в общественном совете города Жезказгана, где решили, что Жангозы Нашенов просит дополнительное финансирование. Хотя просьба заключалась в переносе сада на новое место или реконструкции хозфекальных очистных сооружений.

– Ситуация изменилась, когда была образована область Улытау, – рассказывает Жангозы Болатович. – Сегодня наш Ботанический сад – единственный в Центральном Казахстане, карагандинский был закрыт еще в 2006 году. При поддержке акима области Улытау нам выделили дополнительный участок около 19 гектаров в чистом месте на побережье Кенгирского водохранилища, куда планируем перенести научную, экспедиционную и общественную зону. Как научно-исследовательский институт, мы занимаемся изучением возможности использования растительного биоразнообразия для озеленения этого региона. Основная цель – расширить ассортимент растений для озеленения города. Действующая территория площадью 60 гектаров пригодна для создания питомника распространенных культур – тополя, карагача и других видов, которые хорошо выживают даже в текущих условиях.

Чтобы развивать питомник, в Ботаническом саду ищут возможность пробурить скважину. Из-за загрязненной воды здесь невозможно применять современные технологии орошения, не говоря уже о ресурсосберегаю­щих. Неприхотливые карагачи и тополя поливают по старинке, для полива нежных хвойных и краснокнижных видов чистую воду привозят из города, она хранится в пластиковых кубах и цистернах, установленных по периметру сада.

По подсчетам Жангозы Болатовича, в питомнике можно выращивать до 170 видов деревьев и кустарников для озеленения городов и малых населенных пунктов области. Причем опытные работы проводятся уже сейчас. Из сеянцев и семян, которые он привозит из других регионов страны, а также тех, что присылают коллеги из-за рубежа, он вырастил разные виды дубов, лип, берез, тополей. К примеру, высаженный серебрис­тый (белый) тополь за год вырос до 2,5 м в высоту.

Выращивание из сеянцев обходится в разы дешевле, чем закуп саженцев, поясняет Жангозы Нашенов. Благодаря опыту и знаниям научных сотрудников Ботанического сада здесь приживаются даже те деревья и кустарники, выращенные из семян, которые никогда не росли в нашем регионе.

– Наш Ботанический сад – это научно-исследовательская организация со статусом особо охраняемой природной территории, – отмечает директор. – Для нового участка, выделенного акиматом области, обязательным компонентом должны быть научная, общественная и экспозиционная зоны, то есть здесь можно создать парк, чтобы люди могли приходить, любоваться, отдыхать. То, о чем просили жезказганцы последние несколько десятилетий, мы хотим реализовать на новом месте. В действующем Ботаническом саду из-за состоя­ния воды и воздуха экскурсии, тем более детские, невозможны.

Оборудовать новый Ботаничес­кий сад нужно по последнему слову техники, а это означает серьезное финансирование. На средства из бюджета ученые не рассчитывают, но надеются на финансирование инвестора – корпорации «Казахмыс», которой принадлежат те самые промышленные предприятия города.

– Мы не можем развиваться, работая в таких условиях, – подчеркивает Жангозы Нашенов. – Грязная вода и почва – следствие деятельности предприятий «Казахмыса». Корпорация – правопреемник Джезказганского горно-обогатительного комбината, работники которого вместе с сотрудниками Ботанического сада в свое время озеленяли регион, создавали ветрозащитные полосы близ населенных пунктов. С развалом СССР это сотрудничест­во прекратилось.

Руководство РГП на ПХВ «Инс­титут ботаники и фитоинтродукции», в состав которого входит жезказганский Ботанический сад, и директор сада Жангозы Нашенов неоднократно обращались с просьбой о поддержке к руководству «Казахмыса». Изначально их идею одобрили, но со временем перестали отвечать на звонки и запросы. В этом году ответ все же был получен: Ботаническому саду было отказано в поддержке.

– Планируется трехсторонняя встреча руководства облас­ти, «Казахмыса» и Института ботаники и фитоинтродукции. Возможно, будут представители Комитета лесного хозяйства и Министерства экологии. Надеемся, наши доводы будут услышаны. Пока в институте готовят научное обоснование, позже будет представлено технико-экономическое. Но строительство оранжерейного комплекса, теплиц, административного здания с лабораториями в кратчайшие сроки должно иметь твердую финансовую поддержку. А выделенный участок земли в 19 гектаров по договору должен быть застроен до 2029 года, – говорит Жангозы Болатович.

В новом саду ученые намерены не только выращивать полезные, экзотические и краснокнижные растения, но и оказывать консультативную помощь аграриям, которые хотят выращивать овощные и плодово-ягодные культуры.

– Жезказган может быть зеленым, как и раньше, – считает Жангозы Нашенов. – Но требуются специалисты по озеленению. Сейчас вузы практически не готовят специалистов от земли. Я выбрал ботанику, так как родился и вырос в растениеводческом районе. Все мои земляки с детства знают, что такое растение и как за ним ухаживать. К сожалению, в Жезказгане и Сатпаеве нет сельскохозяйственных колледжей или профильного факультета в университете. В советское время здесь готовили животноводов, но и эти учебные заведения канули в Лету.

В Казахстане все же готовят дипломированных специалистов в сфере ботаники, в основном в больших городах. К сожалению, молодежь предпочитает жизнь и работу в Алматы или Астане. Тем не менее Жангозы Нашенов готов принять всех желающих с соответствующими дипломами, но без опыта работы, чтобы научить и передать им все свои знания.

– Дефицит специалистов был и есть, как и в других сферах деятельности, – отметил он. – Многие ссылаются на маленькие зарплаты, но я считаю, что со временем уже опытный специа­лист будет иметь возможность хорошо зарабатывать. Все зависит от настроя.