Благодаря и вопреки

Арман Айтпаев, несмотря на инвалидность, ведет активный образ жизни, принимает деятельное участие в общественных делах района и села.

Школа жизни

Служба в армии во все времена была почетной обязанностью и священным долгом гражданина. А еще возможностью доказать, что ты настоящий мужчина, ведь от ребят, не служивших в армии, даже девушки отворачивались.

Правда, помимо тягот службы, приходилось в той или иной мере терпеть проявления «дедовщины». И если за границей, где проходил службу автор этих строк, было более или менее терпимо, то в большом Советском Союзе неуставные отношения процветали в самых невероятных видах. Едва прошедшего курс молодого бойца-новобранца ждала суровая школа в родном подразделении, где каждый старослужащий мнил себя командиром.

Именно в таких условиях оказался в середине 90-х годов прошлого века Арман Айтпаев. Правда, уже в казахстанской воинской части внутренних войск в Актау. Его и несколько молодых солдат уже на другой день после принятия присяги старослужащие выгнали на спортплощадку и заставили отжиматься.

– После продолжительного времени мне казалось, что мое тело не выдержит таких нагрузок, – вспоминает Арман. – В это время один из старослужащих, видя, что я теряю силы, пнул меня каблуком в нижнюю часть позвоночника. От страшной боли я потерял сознание и очнулся уже в медпункте части.

В результате удара произошло защемление поясничного нерва и, возможно, смещение позвоночных дисков, из-за чего о продолжении службы речи быть не могло. Командиры решили «замять» это дело: быстро подготовили бумаги, и Армана комиссовали, чтобы избежать расследования инцидента. Мать и сестра Армана, приехавшие за ним, были рады, что он жив и не стали настаивать на поисках виновника травмы. Да и вряд ли бы его нашли, так как Арман не видел, кто из пятерых-шестерых старослужащих, стоявших за ним, пнул его.

– Бог ему судья, – говорит Арман. – Возможно, судьба его уже наказала, только я об этом не знаю и знать не хочу.

Уже по прошествии довольно длительного времени он прочитал в военном билете заключение медиков: не годен к строевой службе по причине болезни – порока сердца, которого у него и в помине не было. Тогда в Казахстане не было комитета солдатских матерей, который мог бы защитить солдата и добиться справедливости. Теперь же доказать, что молодой человек стал жертвой неуставных отношений в воинской части, невозможно.

Службу в армии называют «школой жизни». Для Армана Айтпаева она оказалась очень скоротечной.

Врачей не послушал, стал жить и ходить

Вернувшись домой, Арман, невзирая на травму, которая заживала медленно, не мог усидеть дома. Правда, о работе механизатором, на которого он выучился в местном ПТУ до службы в армии, пришлось забыть. Стал помогать сестре торговать на рынке вещами. Старался не поднимать тяжелое, но холод и сырость в неотапливаемом помещении райцентровского рынка привели к осложнению травмы, и он два года пролежал в больнице.

При выписке из больницы ему хотели подарить коляску-каталку, пояснив, что теперь ходить, возможно, не придется.

– Короче, поставили крест на мысли, что смогу передвигаться своими ногами. Я испугался и сказал, что коляску не возьму, – вспоминает он.

Врачи только развели руками. Когда через год Армана привезли на ВТЭК, врачи сами вышли к нему навстречу и оформили ему бессрочную инвалидность. Теперь ему не надо было ежегодно ездить и проходить ВТЭК. Как инвалид первой группы, он получает пенсию – 66 тыс. тенге. А те командиры, озаботившиеся собственной карьерой, лишили его солдатской пенсии, которая была бы очень кстати.

После больницы Арман еще два года лежал дома, проходил реабилитацию. Какое-то время с трудом передвигался на кос­тылях, не забывая заниматься физкультурой. Постепенно с костылей перешел на тросточку. Это была первая его значимая победа над собой.

– Если бы тогда пал духом и согласился на коляску, я бы не выкарабкался. Упорство и воля, ежедневные тренировки дали свои плоды, – уверен Арман.

Все это время он думал о своей дальнейшей жизни, о том, как в таком состоянии может стать полезным семье, времена-то были очень трудными. Как-то в руки попал отрезок кожаного плаща. Сестра приобрела недорогой кожаный плащ, который оказался длинным, и его приш­лось укоротить. Взяв отрез, Арман, лежа на кровати, долго мял его в руках, размышляя, к чему бы его приспособить. Ничего лучшего не придумав, стал рисовать на коже ромбики, квадраты, круги, сердечки и вырезать. А чтобы сшить их и превратить в какие-то предметы утвари, кроме иголки с ниткой, ничего под рукой не было. Но это стало для него отвлечением от проблем. Увлекшись работой, он за ночь изготовил ручным способом небольшую косметичку. Шил так аккуратно, что по швам на глаз невозможно было определить: вручную сшито или машинкой.

Утром он подарил свою первую работу сестре Гульнар. Тронутая вниманием братишки и порадовавшись за него, она похвасталась подарком среди коллег и подруг. Те же просто завалили Армана заказами.

Вначале для Армана это было хобби. Он не спеша выполнял мелкие заказы, постепенно набивая руки. Шил косметички, кошельки, бумажники из старой кожи, замши, кожзаменителя. Денег за работу не брал, люди благодарили коробками конфет, фруктами и другими сладостями.

Новое увлечение так захватило Армана, что он вскоре стал специа­лизироваться на изготовлении изделий только из кожи. Родные, друзья, соседи и просто знакомые приносили ему пришедшие в негодность одеж­ду и обувь, он перекрашивал «сырье» и давал вещам новую жизнь в виде кожаных аксессуаров. Не раз мама говорила сыну: «Аллах помогает тому, кто сам себе может помочь». Все так и получилось у Армана.

Не зарастет к нему народная тропа

В 2011 году Арман принял участие в областном конкурсе ручных изделий среди инвалидов. Председатель жюри был очень удивлен, когда убедился, что изделие сшито вручную. Ему подарили импортную швейную машинку, на которой он и сейчас работает. Доход, конечно, не ахти, но на жизнь хватает. Любит заниматься домашним хозяйством и готовить.

Главный его лекарь – это любимое занятие. Изделия из кожи, изготовленные Арманом, пользуются спросом не только у односельчан, к нему приезжают покупатели из города, других сел района и области. Кошельки, портмоне, барсетки, чехлы для музыкальных инструментов и для ружей, патронташи, ремни, сапожки-ичиги... Многие изделия отделаны национальным орнаментом. Такие вещи быст­ро расходятся на выставках, за ними приходят к нему домой. В последнее время Арман шьет в основном на заказ.

Друзья шутят, что у Армана можно заказать известный в мире моды бренд, отличия незначительные. «Получите сумку не от Армани, а от Армана» – эти слова часто звучат из их уст.

Арман Айтпаев не раз принимал участие в республиканских конкурсах, побеждал.

– Я был единственным мас­тером, работающим с кожей, поэтому и победил, – улыбается Арман. – Этот вид ремесла сегодня мало кого интересует. А я мог бы учить молодежь этому делу. Сегодня с уверенностью могу сказать, что кожаные изделия никогда не потеряют своей актуальности.

Арман неоднократно побеж­дал на областных смотрах-конкурсах среди людей с ограниченными возможностями, а с 2014 года ежегодно представлял область. Заняв на одном из них третье место, он получил премию в 150 тыс. тенге. На эти деньги была приведена в надлежащий вид его мастерская. В помещение провели отопление, комнаты обшили деревом. После ремонта мастерская стала называться мини-цехом по пошиву и ремонту кожевенных изделий, а хозяин открыл ИП «Айтпаев». В Переметном такой цех один, а потому у него нет конкурентов. Арман мечтает об участии в международных выставках. Знает, что подобное проводится в Турции, но попасть туда пока не получается.