Эра милосердия

– Николай Алексеевич, вами и вашими коллегами разработан действительно очень важный законопроект. Скажите, насколько сегодня в нашей стране развиты такие явления, как благотворительность, меценатство и спонсорство?

– Сегодня в стране благотворительность не приобрела еще широких масштабов. Всего 1% казахстанцев постоянно занимается благотворительной деятельностью. По данным международной организации CAF (Charitie Aid Fondation), занимающейся исследованиями в данной сфере, Казахстан за 2011 год занял 110-е место из 150 в мировом рейтинге благотворительности. Хотя я знаю многих людей, у которых есть потребность заниматься этим благим делом на системной основе.

На заседании Совета предпринимателей при Президенте РК в апреле текущего года Глава государства подчеркнул роль социальной ответственности бизнеса. «…У нас тысячи объектов в регионах требуют вложений. Мы сейчас можем посчитать, сколько за последние годы, например, наши предприниматели построили мечетей, часовен и храмов. Но редки случаи, например, строительства или ремонта за свой счет сельских домов культуры, создания новых краеведческих музеев, дворовых клубов или спортивных площадок для молодежи. Мы должны поощрять такую деятельность», – сказал тогда Нурсултан Назарбаев.

В стране нет закона, регламентирующего этот вид деятельности. Нет правового поля, нет и культурной гуманитарной среды, которая создает предпосылки, мотивацию и условия для развития благотворительности.

– Почему в законопроекте эти понятия рассматриваются как самостоятельные направления? Что есть благотворительность, что такое меценатство и спонсорство?

– В основу законопроекта положена правовая модель, согласно которой благотворительная, спонсорская и меценатская деятельность представляют собой самостоятельные направления широкого и многогранного социального явления – благотворительности. Каждое из них имеет свои организационные особенности, нуждающиеся в правовой регламентации.

Вместе с тем, первичные правовые основания такой деятельности идентичные. Это позволяет, во-первых, разграничить организационные и правовые характеристики употребляемых терминов «благотворительность», «спонсорство» и «меценатство», во-вторых, избавиться от необходимости принятия отдельных законов о благотворительной, спонсорской и меценатской деятельности.

Так, благотворительность как направление олицетворяет собой деятельность, направленную на оказание материальной помощи бедным путем проведения различных мероприятий, сборов и пожертвований, а также прямой, безвозмездной и бесплатной передачи им материальных активов от физических или юридических лиц без каких-либо предварительных условий.

Сегодня самой известной благотворительной организацией в республике можно назвать детский фонд «Бобек». В марте 2012 года ему исполнилось 20 лет.

Спонсорство традиционно, в соответствии со своей природой, связано с деятельностью физических и юридических лиц, принявших решение об оказании помощи нуждающимся только в качестве поручителя, устроителя, гаранта финансирующей стороны на условиях обязательной популяризации своего имени.

В Казахстане начала формироваться своя спонсорская среда, лидерство в которой по достоинству занимают фонд «Самрук-Казына», компании «Казах­мыс», «Казцинк», «Шеврон», «Эксон Мобил» и другие.

Меценатство – это обособленное направление благотворительности, которое наряду с нравственным началом подчиняется требованиям общественного мнения. Оно рассматривается как некая особая форма покровительствования обеспеченными людьми, желающими жить духовной жизнью, создавать для этого очаги культуры и искусства...

– Учитывался ли при разработке законопроекта зарубежный опыт?

– Да, при написании законопроекта подробно изучался опыт стран Восточной и Западной Европы, Америки, Канады, Бразилии, Австралии... При этом учитывались наши правовые и социальные реалии. В основном это касается механизма практической реализации.

Имеется несколько путей нормативно-правового закрепления этого вопроса.

Первый путь – закрепление перечня общественно-полезной деятельности и регулирование вопроса предоставления налоговых льгот для некоммерческих организаций, занимающихся ею. Преимущество такого подхода – простота администрирования. Недостаток же заключается в том, что в некоторых традициях права не допускается регулирование деятельности юридических лиц в налоговом законодательстве.

Второй путь – включение соответствующего положения в рамочное законодательство об общественных объединениях. Так принято, например, в Боснии, Болгарии и Румынии. Основной недостаток этого подхода проявляется в странах, где существуют отдельные законы для каждой организационно-правовой формы. Регулирование вопросов общественно-полезного статуса отдельно в каждом законе повышает вероятность несоответствия между режимами регулирования.

Еще в разных странах применяются такие механизмы регулирования, как процентная филантропия – правовая норма, в соответствии с которой 1–2% уплаченного налога направляется на решение целей благотворительности. Такие механизмы успешно работают в странах Восточной Европы.

Поэтому все чаще страны принимают отдельное законодательство о благотворительной деятельности для осуществления всестороннего единого подхода к регулированию различных связанных с нею вопросов.

В Венгрии в 1997 году принято законодательство об общественно-полезной деятельности, в Литве в 2002-м – закон о благотворительности и спонсорстве, в Польше в 2003-м – закон об общественно-полезной деятельности и добровольчестве. Эти законы, как правило, регулируют весь спектр вопросов, связанных с благотворительным статусом, включая определение и критерии его получения, обязанности благотворительных организаций.

– Сегодня во всех развитых странах благотворительность освобождена от налогообложения, благодаря чему культура и искусство здесь более чем наполовину финансируются за счет меценатов. Используется ли эта норма в предлагаемом вами законопроекте?

– Несомненно! Прежде всего мы стремились заложить в проект закона нормы, которые снизили бы уровень налогов на благотворителей, спонсоров и меценатов. Вполне понятно, что добиться стопроцентного избавления от налогов на благотворительную деятельность, как в США, не получится. Но ведь и там пришли к нынешнему состоянию не одномоментно.

Нам тоже придется каждый раз сопоставлять эффект, который приносит благотворительность для государства, общества и гражданина, с той суммой налогов, которые необходимо уплачивать с нее в бюджет. В конце концов такая работа принесет свои плоды.

Сейчас нет смысла говорить о каких-то цифрах, характеризующих налогообложение благотворительности, поскольку проект только вышел на орбиту обсуж­дения в государственных органах. Но мы будем доказывать, обосновывать все аспекты, которые заложены в документе.

Нам представляется, что в законопроекте мы разрешили один из парадоксов действительности. На сегодня в нашем правовом поле отсутствует юридическое толкование термина «меценат», хотя в реальности сотни и тысячи граждан занимаются деятельностью, подпадающей под классическое определение меценатства. Теперь и в нашем законодательстве будет зафиксировано такое явление со всеми вытекающими последствиями.

– Содержатся ли в законопроекте нормы, предусматривающие ответственность за спонсирование деструктивных объединений?

– Действительно, в законопроекте прописаны нормы, призванные воспрепятствовать возможному деструктивному поведению в сфере благотворительности. В первую очередь это касается благотворительной, спонсорской и меценатской деятельности иностранных организаций, фондов, иностранных граждан и лиц без гражданства, оказывающих благотворительную деятельность в Казахстане. Они регулярно должны отчитываться о проделанной работе, о тех материальных взносах, которые направляли получателям помощи...

Также в проекте прописаны нормы, касающиеся получения благотворительной помощи религиозными объединениями страны. Конкретные же нормы юридической ответственности содержатся в действующем законодательстве, в частности в УК РК, КоАП РК, ГК РК, которыми и следует руководствоваться при оценке действий благотворителей.

– Николай Алексеевич, у вас и у некоторых ваших коллег есть хорошие наработки в области благотворительности. На ваш взгляд, готово ли сегодня общество к введению подобного документа?

– Считаем, что сегодня общество готово к принятию такого закона. Для того чтобы он нормально работал, в казахстанском обществе действительно должны были сформироваться богатые крупные компании и устойчивый социально ориентированный средний и малый бизнес, а также плеяда состоя­тельных людей, желающих жить в процветающей стране, где не было бы ярко выраженного контраста между слишком богатыми и бедными.

И сегодня в Казахстане с его стремительно развивающейся экономикой есть для этого все предпосылки. Закон будет способствовать укреплению позитивной атмосферы в обществе, обеспечит развитие массовой физической культуры и спорта, патриотического, духовного и эстетического воспитания молодежи.

Идея участия в разработке данного законопроекта пришла с первого дня моего пребывания в Парламенте. В процессе рассмотрения различных нормативно-правовых актов, обсуждения актуальных проблем развития социума мы с коллегами пришли к мнению, что настало время законодательно продвигать процессы, касающиеся благотворительности. Во многом мое видение документа совпало с концепцией Дариги Назарбаевой, у которой имеется большой практический опыт поддержки разных социально незащищенных групп населения: ветеранов, детей-сирот, детей с онкологическими заболеваниями.

Дарига Нурсултановна создала гуманитарный фонд «Дегдар», постоянно организовывает благотворительные концерты. Фондом «Асар-Береке», которым она руководит, по всему Казахстану запущены передвижные медицинские комплексы, оказывающие медуслуги населению, особенно в отдаленных районах.

Большую помощь оказывает Дарига Нурсултановна общественному фонду «Вместе против рака». Недавно она поддержала инициаторов общественного движения «Ребенку нужна семья». Получил старт проект инфраструктуры инновационных социальных услуг для детей-сирот.

Коллектив, которым я руководил с 1991 года, занимался благотворительностью планово, так же, как и бизнесом. Сначала мы взяли шефство над детским домом в Усть-Каменогорске. Примерно 270 детям покупали одежду, обувь и игрушки, параллельно взяли попечительство над домом престарелых в селе Зевакино в Шемонаихинском районе, в котором было около 300 пенсионеров. Покупали видеоаппаратуру, дизельное топливо на отопление, ремонтировали кровлю...

Такую помощь мы оказывали на протяжении девяти лет, а когда окрепли, то начали финансировать и другие объекты. В 2000 году была введена в действие церковно-воскресная школа, рядом с ней в 2002–2003 годах построен Свято-Зиновьевский храм в Усть-Каменогорске.

С 2005 по 2010 год построили ипподром на 800 человек, соответствующий всем международным стандартам, в селе Винное Глубоковского района. В 2008-м организовали сначала просто школу для верховой езды, в которой дети обучались бесплатно, а потом «доработали» ее для лечения по программе «Иппотерапия» ребят с детским церебральным параличом.

Сегодня детский фонд «Актай» при поддержке акимата Восточно-Казах­станской области осуществляет реабилитацию около 80 детей и распространяет эту программу на всю территорию Казахстана. Ну и конечно, на постоянной основе мы проводили такие мероприятия, как подсыпка дорог, очистка их в зимнее время, освещение улиц, спил аварийных деревьев, выделяли помощь на лечение отдельных детишек и пенсионеров...

Вы знаете, на заре независимости было очень модно, когда бизнесмены создавали новые рабочие места, это были показательные примеры успешного бизнеса. У меня всегда было твердое убеждение, что гордиться можно также вложениями в сферу, не приносящую дохода. Мы надеемся, что разработанный нами документ станет новой точкой отсчета в развитии и пропаганде таких явлений, как милосердие и благотворительность. Надеемся на поддержку наших коллег, представителей бизнеса, Правительства и общества.

Лаура ТУСУПБЕКОВА