​ГМК-2020: траектория социальной ответственности

– Николай Владимирович, Президент страны и Государственная комиссия по чрезвычайному положению ставят перед предприятиями и отраслями экономики задачи по сохранению рабочих мест. Какие меры принимаются в сфере ГМК для их решения и как работают компании в условиях режима чрезвычайного положения?

– Сегодня на всех производственных объектах горно-металлургического комплекса усилены санитарно-профилактические меры безопасности. Производственный персонал обеспечен необходимыми средствами гигиены, организована раздача еды в специальных ланч-боксах. При любых жалобах на симптомы ОРВИ сотрудники могут остаться дома, взять отпуск. Отменены командировки, совещания и любые мероприятия, связанные с концентрацией людей в помещениях, что, соответственно, снижает риски распространения инфекции.

На всех участках, где это прак­тически возможно, введена дистан­ционная система работы. Руководители компаний осуществляют постоянную связь с местными исполнительными органами, решают при закрытии городов вопросы обеспечения «зеленых коридоров» для транс­портировки грузов, чтобы не прерывать работу производственных предприятий.

– Какие условия преду­смотрены для вахтовиков на месторождениях?

– Режим карантина применяется и на участках, где существует вахтовый метод работы. На этих объектах также соблюдаются общие меры безопасности. На шахтах в оперативном порядке организованы оснащенные всеми необходимыми средствами мед­изоляторы, куда можно поместить работника в случае подозрения на заболевание коронавирусом. В практике работы используются и системы, позволяющие пере­вести административный персонал компаний на удаленный режим работы, проводится обучение ИТ-персонала для оказания сервисной поддержки. При этом повсеместно на производствах в непрерывном режиме ведется работа по информированию работников о мерах профилактики коронавирусной инфекции. Это очень важно, если учесть, что главное противоядие от подобной напасти все же не препараты, а гигиена – мыло и вода.

– Сегодня цены на металлы упали до 30%. МВФ объявил о рецессии мировой экономики, которая все больше сползает в хаос большой депрессии. И хотя экономика нашей страны пережила не один мировой кризис, тем не менее каждый новый «шторм» – это нелегкое испытание как для предприя­тий, так и для трудовых коллективов. Какие меры принимаются на производствах ГМК для недопущения локаутов и ухудшения социального положения работников?

– Вы правы, мы не первый месяц наблюдаем снижение цен на все базовые металлы, за исключением золота. Так, c начала года цена на алюминий упала с 1 800 до 1 530 долларов за тонну (минус 15%), на медь – с 6 200 до 4 830 долларов (минус 22%), на цинк – с 2 300 до 1 860 долларов (минус 19%), цены на железную руду и ферросплавы также снижаются. Проблемы в мировой экономике, вызванные снижением цены на углеводороды, усугубляются к тому же тотальным распространением пандемии и закрытием границ целого ряда государств.

Экономика Казахстана интегрирована в глобальную систему международных торгово-экономических связей, поэтому снижение производственных процессов неизбежно в условиях падения спроса на нашу продукцию на внешних рынках, переживающих свои специфические потрясения. При этом очень важно не допустить закрытия предприятий, возобновить работу которых потом будет непросто.

В настоящее время все предприятия ГМК работают в нормальном режиме. При этом на случай возможного сокращения объемов производства на каждом производстве предусмот­рены свои антикризисные мероприятия, прорабатываются вопросы задействования временного свободного персонала на ремонтных и других работах. В целом у нас есть четкое взаимодействие между компаниями и профсоюзными организациями по принятию тех или иных важных решений. Сейчас трудно определить, каковы будут масштабы кризиса, тем не менее комплекс мер, разработанных компаниями ГМК, оценили положительно в антикризисной комиссии.

В ближайшее время наши инициативы будут рассматриваться, и мы надеемся на понимание со стороны государства. Мы уверены, что объединенные усилия Правительства, Парламента, работодателей, профсоюзов и всего общества приведут к минимизации экономических потерь от последствий глобальной пандемии и кризиса низких цен на сырьевые ресурсы, в том числе на экспортную продукцию ГМК.

– Какие проблемные вопросы в отрасли требуют своего решения на данный момент?

– На сегодня наиболее проб­лематичным для нас остается риск несвоевременной поставки продукции на экспорт, что может привести к концентрации готовой продукции на складах, росту себестоимости производства в связи с дополнительными затратами на хранение продукции и в конечном итоге к несвое­временному поступлению налогов в бюджет государства. Мировой опыт показывает, что в качестве возможного решения можно рассмотреть вариант, при котором Правительство закупает металлы в резервный фонд, поддерживая тем самым производителей, сохраняя рабочие места. Как я отметил ранее, цены на большинство металлов сейчас находятся на своих минимумах в сравнении с уровнями последних лет. Поэтому, закупив металлы сейчас и реализовав их в момент возврата цены к прежним значениям, Правительство даже получит дополнительный доход в бюджет.

На фоне сокращения объема мирового автопрома и других секторов, связанных с потреб­лением металлов, в ближайшие месяцы не исключена вероятность того, что произойдет существенное снижение спроса на продукцию отечественной металлургии. Поэтому сейчас как никогда важно осуществить все меры поддержки со стороны государства.

Есть также проблемы, связанные со сложностью приезда работников, в том числе иностранных, из-за того, что въезд на территорию РК ограничен, а отдельные города закрыты на карантин. Мы пытаемся решить данную проблему, поскольку из-за этого могут приостановиться работы на стратегически важных отраслевых проектах. Нельзя не отметить и риски срыва поставок в Казахстан респираторов и приборов тестирования, без которых обеспечивать необходимые условия безопасности на производствах невозможно. Эти проблемы существуют, но, на наш взгляд, они все решаемы, поскольку Правительство нас «слышит» и очень быстро реагирует, принимая необходимые меры.

– Кризисы приходят и уходят, а минеральные ресурсы остаются неизменными источниками экономического развития. Какие предпосылки имеются для будущего роста ГМК?

– Да, люди еще не научились создавать материальные вещи из ничего. Поэтому мы и работаем. На сегодня в республике действуют более 350 горнодобывающих и 270 металлургических компаний, в которых заняты порядка 198,5 тысячи человек. Продукция этих предприятий поставляется на мировой рынок, обеспечивая жизнедеятельность промышленных отраслей других экономик. В дальнейшей перспективе, как полагают эксперты, спрос на ряд полезных ископаемых Казах­стана будет возрастать в связи с динамикой и масштабами их потребления в мире. Поэтому горно-металлургический комплекс продолжит играть важную роль в диверсификации и росте экономики, а также в вопросах привлечения инвестиций, в том числе и иностранных.

Казахстан остается в числе мировых лидеров не только по запасам хрома, цинка, меди и свинца, но и по золоту, алюминию, марганцу. По некоторым из них республика входит в первую мировую десятку. Наибольшие перспективы для дальнейшего наращивания объемов добычи и производства конечной продукции имеют проекты по добыче меди, цинка, золота, никеля и железной руды. Эти проекты в будущем могут внести сущест­венный вклад в ВВП страны.

Эксперты подготовили прог­ноз до 2025 года по основным видам продукции, выпускаемой в ГМК Казахстана. Согласно этим данным, в среднесрочной перспективе наибольшим потенциалом роста будут обладать такие металлы, как никель и медь, в то время как динамика цен на алюминий будет более сдержанной. В соответствии с составленным экспертами рейтингом металлов, которые имеются в Казахстане, установлено, что такие полезные ископаемые, как хром, медь, золото, железная руда, свинец и цинк, имеют лучший потенциал для роста. А из тех, которые пока не добываются, но являются перспективными, – это, безусловно, кобальт и олово. Их разработка имеет как коммерческое, так и промышленное значение. К примеру, популярность никеля и кобальта расширяется с производством литий-ионных аккумуляторов, спрос на олово увеличивается с ростом потребления электронных товаров в Китае.