Личная ответственность каждого

– Зульфия Мухамедбековна, в 2004 году при поддержке Комитета по охране прав детей, МВД, ЮНИСЕФ был создан телефон доверия 150. Проект заслужил немало хороших отзывов. Расскажите о нем подробнее.

– В самом начале на этот трехзначный номер могли звонить только жители Алматы со стационарных телефонов. А через три года возможность дозвона была предоставлена по всему Казахстану.

Следующий этап, когда депутаты Мажилиса Парламента РК IV созыва, среди которых была Айгуль Соловьева, смогли продвинуть идею бесплатного трафика звонков, чтобы домой не приходили счета в несколько тысяч тенге за междугородние звонки, и родители не узнавали о том, что ребенок обращается в службу. Сначала трафик оплачивало АО «Казахтелеком», а затем к этой акции подключились мобильные операторы.

На сегодня служба работает бесплатно и круглосуточно для всех обращающихся. Это очень удобно, когда ты дома один или у тебя какая-то критическая ситуация. Любой человек может проконсультироваться у нас на казахском и русском языках. На другом конце провода работают консультанты – опытные психологи, и, поверьте, они умеют купировать кризис. Ведь зачастую человек звонит в тревожном состоянии, и порой он так волнуется, что даже не знает, как задать вопрос.

За этот период было принято 2,5 миллиона звонков, в том числе и по нарушению прав детей. Каждый случай обязательно отрабатывается соответствующими государственными структурами. Мы не публикуем в СМИ все случаи, тем не менее для нас важно, что вопросы решаются. По статистике, наибольшее число звонков поступает по вопросам конфликтов в семье, психологических проблем, проблем среди сверстников и знакомых, по наркозависимости и бытовому насилию.

К сожалению, сегодня в каждой третьей семье существует один из видов насилия – физическое, психологическое, сексуальное либо экономическое. Причем оно может происходить не только между супругами, но и между людьми, которые ведут совместный быт. То есть жертвами могут стать и зачастую становятся матери, сестры, невестки.

– Несмотря на ряд позитивных перемен, многие наши женщины до сих пор являются жертвами семейных дебоширов. И нередко их отношения заканчиваются трагедией. Может, нужны дополнительные ужесточения в законодательстве?

– Напомню, что Президент Касым-Жомарт Токаев неоднократно в Посланиях народу Казахстана говорил о криминализации правонарушений в сфере семейно-бытового насилия. Казалось бы, в этом важнейшем вопросе есть политическая воля, но почему-то не продвигается принцип введения уголовной ответственности за правонарушение именно в этой сфере. Нам непонятна эта ситуация.

Надо признать, что это огромное нежелание большей части мужчин, которые работают на уровне принятия решений, пойти на такой шаг, так называемая мужская солидарность. Второе – есть такое понятие, как криминализация населения. Ведь если будет введена уголовная ответственность, то увеличится число людей, которых поместят в исправительные учреждения.

Так вот, чтобы этого не произошло, мы предлагаем внедрять коррекционные программы по снижению уровня агрессии. Нужно направлять таких людей и на общественные работы. Ведь общественное порицание всегда сильно влияет на любого человека, его социальное положение.

Отмечу, что в нынешнем Послании мне понравился один момент, когда Глава государства сказал об ответственности министров и людей, принимающих решения. Считаю, что надо на этом сделать акцент. Если ведомство, возглавляемое конкретным руководителем, не поддерживает криминализацию правонарушений в семейно-бытовых отношениях, необходимо привлекать его к ответственности. Поймите, у нас гибнут люди в мирное время! Хотя есть международные обязательства, и не тот чиновник, который не поддержал вопрос криминализации бытового насилия, а мы с вами, как налогоплательщики, содержим этих правонарушителей, «благодаря» которым дети теряют родителей.

В этом вопросе присутствует банальное нежелание, и я расцениваю это, как саботаж. Президент лично отреагировал на вопиющий случай убийства Салтанат Нукеновой, но его необходимо из частного перевести в системный.

К слову, спустя много лет пошли звонки и от жен высокопоставленных чиновников, которые стали заявлять о фактах насилия, то есть даже они смог­ли преодолеть комплексы и страхи.

– К сожалению, правонарушения в отношении женщин совершают и представители нашей доблестной полиции…

– Существует такая проблема. Но есть человеческий фактор, поэтому однозначно необходимо повышать профессиональный уровень наших полицейских. В подобных случаях мы призываем обращаться в кризисный центр на номер 150. Любой звонок, поступающий на него, фиксируется и отслеживается. Если по нему не принимаются меры, мы, в свою очередь, бьем тревогу.

Когда правоохранительные органы будут знать, что есть общественный контроль, они будут более ответственно подходить к этим вопросам.

– Каковы итоги 20-летней работы в этой сфере?

– Отрадно, что есть позитивные изменения. В Закон РК «О профилактике бытового насилия» их внесено 16. Созданы стандарты оказания специальных социальных услуг. Мы добились того, что создаются кризисные центры. Сегодня в стране работают 16 государственных кризисных центров, а есть еще негосударственные, которые финансируются в рамках государственного социального заказа. Согласно законодательству, женщина может провести в них до шести месяцев.

Стоит отметить профессионализм людей, которые работают в этих центрах. В среднем пострадавшие пребывают там четыре месяца. За этот период решаются все проблемные вопросы: восстановление документов, определение ребенка в детский сад, в школу, трудоустройство или повышение квалификации женщины. Кризисные центры хорошо выполняют свои функции. Но очень важно, чтобы было достаточное финансирование и у подобных неправительственных организаций.

Концепцию центров поддержки семьи продвигает уполномоченный по правам ребенка Динара Закиева. Нельзя подходить к этому вопросу поверх­ностно, не продумав тщательно все нюансы. Представьте себе, что жертва бытового насилия придет ночевать в этот центр, и туда вдруг заявится и агрессор, потому что там нет охраны. В любом случае к таким вопросам нельзя подходить однобоко. Мы получим другой эффект.

Самое важное, на мой взгляд, – мы добились того, что общество перестало молчать. Сформировалась культура нулевой терпимости, люди стали сообщать о таких фактах, не проходят мимо насилия над женщиной. Но нам еще предстоит внести изменения в дейст­вующие законы, криминализировав бытовое насилие, постоянно обучая всех, кто задействован в профилактике и оказании помощи жертвам.

Кроме того, нам нужно развивать инфраструктуру по защите жертв, соз­давать программы для детей и свидетелей. Этого у нас еще нет. Но в первую очередь следует повысить уровень ответственности каждого человека за свое поведение. Надеемся, что последний трагический случай станет хорошим уроком для всех, и депутатов в том числе.