О боях, любви и... подарке

Подполковник Национальной гвардии МВД РК ­Руслан Кайыркенов – внук ветерана-фронтовика.

– В этом году моему деду по материнской линии ­Газизу ­Жапарову исполнилось бы 105 лет. Его не стало осенью 2002 года. В ту ночь я был рядом: он спал на диване, я постелил себе на полу. Ранним утром проснулся от шума и суматохи в комнате: дедушка Газиз ночью тихо ушел в вечность, – с грустью вспоминает Руслан.

За что искренне корит себя офицер, так это за то, что, как, наверное, многие дети и внуки ветеранов Великой Отечественной войны, в свое время мало интересовался подробностями военного времени. Признается: по молодости лет как-то и в голову не приходило спрашивать про бои, сколько дедом лично было уничтожено врагов, какими наградами он поощрен. Правильные вопросы накопились к более зрелому возрасту. Но спросить уже было не у кого…

– Хорошо помню семейные поездки в Степняк – к дедушке Газизу и бабушке Сапуре. Сильнее всего в память врезались воспоминания о трофейном, немецком, как я был уверен, мотоцикле с гнездом для пулемета в люльке, на котором дедушка рассекал по небольшому провинциальному городку, – рассказывает Руслан.

Еще, добавляет офицер, было привычным делом, что на каждый День Победы администрация города что-нибудь дарила деду – стиральную машину, телевизор и даже автомобиль. Сейчас, говорит, гордился бы этими моментами, а тогда принимал за данность, наивно полагая, что такого внимания удостаивается любой ветеран войны. Гораздо позже понял, что далеко не каждый, потому как не все дошли до Победы.

Наверстать упущенное и выяс­нить наконец про трофей (целый ведь мотоцикл!) у Руслана получилось уже спустя много лет, когда он, сам став военным, совсем по-иному взглянул на судьбы солдат, опаленных войной. Чтобы узнать какую-то информацию, подполковник Кайыркенов отправился в Степняк. Но, увы, найти хоть крупицы военной памяти о деде в местном архиве не удалось: основная часть хранящихся там документов – это трудовые книжки и зарплатные ведомости.

Надежда была на газетные подшивки, дедушка в те годы периодически давал интервью местной прессе. Пролистал областной «Степной маяк» и районный «Путь к коммунизму» из прошлой эпохи, делая упор на юбилейные годы, но тоже мало что выяснил.

А дальше – чистое везение! В местном военкомате – в отделе по делам обороны района ­Биржан сал Акмолинской облас­ти – Руслан случайно встретил пенсионера Серика Омарова. В 1980-х он был начальником ­Газиза Жапаровича, работавшего тогда в системе государственного страхования. Там же, в военкомате, познакомился с руководителем службы учета Лидией Томонкиной, которая в 1981 году совсем молоденькой пришла в Госстрах. Они-то и рассказали все подробности!

Выяснилось, что 20-летнего Газиза в 1940 году призвали на срочную службу в Красную армию. По распределению он был направлен в 64-й отдельный строительно-путевой (позже восстановительный) железнодорожный батальон 1-й железнодорожной бригады Особого корпуса железнодорожных войск РККА, дислоцировавшийся на тот момент в Украине и входящий территориально в Юго-­Западный фронт.

Узнал, что был Газиз Жапаро­вич ефрейтором. Его 1-я Кениг­сбергская ордена Александра Невского железнодорожная бригада была сформирована 29 марта 1932 года в Хабаровске в соответствии с постановлением Совета труда и обороны СССР. В марте 1941-го в составе корпуса была направлена в район ­Киева для усиления действующего строительства новых железнодорожных линий.

После начала войны части бригады нередко вели оборонительные бои. В ноябре 1941 года Особый корпус железнодорожных войск, в том числе 1-я бригада, вошел в состав Западного фронта, участвовал в битве под Москвой, в освобождении ­Ржева, Вязьмы. За время сражений час­ти соединения восстановили 2 932 км железнодорожных путей, 45 станций, 179 больших и средних мостов. 1 935 военнослужащих были награждены орденами и медалями, среди них и Газиз Жапаров. На его груди красовались медали «За взятие Кенигсберга» и «За взятие Вены».

Рассказали собеседники о житье-бытье дедушки Руслана и в послевоенные годы. Оказалось, он отучился на военных курсах в Ярославском училище и продолжил со своими однополчанами восстанавливать железные дороги и города на западе России.

– Дед заканчивал службу в Москве заведующим одним из военных складов. Там и влюбился в молодую красавицу Валентину, привез ее знакомиться с семьей во время одного из отпусков. Только вот не пришлась Валентина ко двору: консервативные родственники невестку не приняли, и девушка вернулась в Москву. Уже много позже Газиз узнал, что уезжала Валя, нося под сердцем ребенка. Сын Игорь родился в 1948 году. Судьба распорядилась так, что с Валентиной встретиться Газизу уже не придется. А вот сын, да еще и с внуками – Олегом и Мишей, приезжал к нему в гости в 1988 году, – продолжает делиться  Руслан.

Но беспокоил внука еще один вопрос: мотоцикл-то откуда был? Правда ли, что трофейный?

– Везде, где я побывал, в архиве, военкомате, люди первым делом вспоминали тот самый мотоцикл. Рассказывали, как ­Газиз-ата, небольшого росточка и хромавший на одну ногу после аварии, гонял на нем по местным дорогам. Только вот миф о трофейном происхождении транспортного средства все же развеялся: мотоцикл оказался… советским, модели М72, копия немецкого мотоцикла BMW R71, – улыбается офицер.

Оказалось, мотоцикл Газизу Жапарову подарили военкоматские офицеры в канун 40-летия Победы. Эта новость внука совершенно не расстроила: дед не перестал быть героем для всей семьи. Главное, говорит Руслан, удалось собрать пазлы судьбы бравого ефрейтора.