Царь-рыба возвращается в Иртыш

Всем интересно

Самая эффектная панорама осетровой фермы – с высоты. В Усть-Каменогорске при заходе самолета на посадку в иллюминаторе появляется лента реки и рядом ярко-синие модули. Сам цвет комплекса словно указывает на его экологический характер.

Помнится, в 2017 году, когда ТОО только начинало работать, его владельцы пообещали восточноказахстанцам дорогие и престижные деликатесы – черную икру, белую рыбу. Правда, призвали набраться терпения – осетры растут медленно. Что на сегодня? Решаю увидеть необычное хозяйство своими глазами.

...От областного центра до фермы примерно 20 км. На обочине установлен указатель – не заблудишься. Проезд к площадке ТОО заасфальтирован, рядом проходит линия электропередачи. Генеральный директор OstFish Ерлан Сагидолдин сразу пояс­няет: дорогу и ЛЭП построила местная исполнительная власть в рамках «Дорожной карты бизнеса». Крупный кредит тоже оформлен при поддержке государства – в «КазАгроФинансе» на льготных условиях. И в целом господдержка сопровождает проект буквально с первых шагов: помогают ученые, водники, исполнительная власть.

– Сначала рыбное хозяйство планировали разместить в черте города, однако местная вода не подошла по качеству, – говорит руководитель. – Тогда выбрали участок в Уланском районе в 20 километрах от Усть-Каменогорска.

Ерлан показывает производственную площадку: отдельно расположена установка подачи жидкого кислорода, модульные корпуса соединены друг с другом, есть рекреационная зона и… практически нигде не видно сотрудников.

– Все автоматизировано, – подтверждает директор. – Непосредственно в процессе задействовано не больше пяти работников, этого достаточно.

Внутри цеха слышен монотонный шум воды, в помещениях рядами установлены бассейны. В одних кругами ходят крупные рыбины, не меньше метра длиной, в других мельтешит молодь.

Базовое оборудование – из Латвии. Восемь лет назад вся технология была «заточена» под производство пищевой черной икры, причем в основном для экспорта.

Между тем выращивание осет­ров, как уже было сказано выше, – бизнес неспешный. В естественных условиях самки, к примеру, начинают метать икру при достижении возраста 10–11 лет. А в условиях аквакультуры – примерно с шести лет. В OstFish таким рубежом, когда первое поголовье дало икру, стал 2022 год.

Ерлан потирает руки, вспоминая, какие планы в тот момент строила компания. В Европе осетровая икра как деликатес стоит баснословно дорого, аналогичный восточноказахстанский продукт, без сомнения, мог бы составить конкуренцию.

На осетровой ферме уже побывало несколько делегаций из европейских стран, с компанией были заключены контракты. Но как только дело дошло до оформления первой экспортной партии, выяснилось: необходим так называемый еврономер – учетный номер регистрации. Также оказалось, что в силу ряда причин его регистрация приостановлена. И это еще не все. Когда казахстанская сторона вроде бы уладила все формальности, сразу возник новый барьер – отсутствие меморандума между Казахстаном и ЕС по аквакультуре…

– Меморандум, вероятно, подпишут осенью, – говорит руководитель ТОО. – Но, если честно, рассчитывать, что в Евросоюзе распахнут перед нами двери, не стоит. Там умеют защищать свой внутренний рынок. Они понимают: стоимость казахстанской икры будет значительно ниже.

Ерлан показывает модуль, полностью занятый бассейнами с мальками. Симпатичные носатенькие малыши то поднимаются к поверхности, то уходят на глубину. Еще немного, и в специальной машине с надписью на цистерне «Живая рыба» их доставят в Курчумский район, чтобы выпустить в Черный Иртыш.

Дело в том, что Обь-Иртышский бассейн – родная стихия сибирского осетра. Веками по весне рыба поднималась с Оби в Черный Иртыш на нерест. Водились такие могучие экземп­ляры, что ударом хвоста могли перевернуть рыбацкую лодку с людьми...

По воспоминаниям стариков, еще в 1950-х можно было наб­людать картину, когда одной рыбиной загружали грузовик ГАЗ-53, и с кузова чуть не до земли свисал хвост…

Естественный цикл на реке прервало строительство каскада гидроэлектростанций. Поголовье осетра, которое какое-то время оставалось в верховьях водоема, быстро выловили. Вид занесли в Красную книгу Казахстана, но фактически спасать было уже нечего – Иртыш потерял осетра.

– Когда мы слышим «осетрина», «черная икра», сразу представляется запад Казах­стана – Каспийское море, Атырау, Актау, – говорит руководитель. – Здесь же, на востоке, мы стали первыми, кто научился в промышленных масштабах получать осетровую икру, оплодотворять ее и выводить мальков. Так появилась цель: возродить популяцию в Зайсан-Иртышском бассейне.

Пилотный проект получил поддержку науки. В 2023 году компания провела первую серьез­ную акцию по зарыблению в области Абай в Жанасемейском районе. В Иртыш тогда выпустили 3 тыс. стограммовых сеголеток. За добрым делом наб­людали экологи, руководители региона, журналисты. В итоге абайцы заказали в ТОО еще одну крупную партию рыбопосадочного материала. А дальше, по словам Ерлана, «лед тронулся». К ним начали обращаться компании-природопользователи, обязанные по закону вести восстановление рыбных запасов. В прошлом году, к примеру, ферма сотрудничала с Бухтарминской ГЭС, заключала договор с крупной золотодобывающей компанией.

Начинание поддержали и в республиканском предприятии «Қазақстан су жолдары». Осенью 2024-го OstFish дважды выпус­тила в Черный Иртыш тысячи сеголеток на радость экоактивис­там и Министерству экологии и природных ресурсов.

Другими словами, осетровая ферма диверсифицировала бизнес: природоохранное направление заняло ведущую роль и, что важно, долгосрочную. Чтобы на участках Иртыша вновь появилось маточное стадо и начался естественный нерест, работу по зарыблению нужно вести на протяжении минимум десяти лет.

– В этом году у нас самый крупный объем по Восточному Казахстану, – приводит детали рабочих планов директор. – Мы должны вырастить примерно 100 тысяч сеголеток и 20 тысяч годовиков. В области Абай уже выпустили в Иртыш 13 тысяч сеголеток и две тысячи годовиков. По Павлодарской области запланирован объем примерно в 100 тысяч сеголеток и больше 10 тысяч годовиков.

От икринки до малька

Наблюдать за обитателями бассейнов можно часами. При виде человека рыбины спешат наверх, выпрашивают корм, подставляют бока для поглаживания. По словам Ерлана, осетры чувствуют биополе персонала и знают «своих» рыбоводов.

Крупных особей, которым по семь-восемь лет, держат как «дойное стадо» – для производства икры. На рыбопосадочный материал мальков выращивают до 12–20 граммов, когда они могут адаптироваться к условиям реки и уже не каждому хищнику по зубам. По данным нау­ки, выживаемость у осетровых выше, чем, например, у сиговых или карповых.

– Этому виду больше 60 миллионов лет, – поясняет глава осетровой фермы. – Он динозавров пережил. Уверен – осетры приживутся, наши дети и внуки увидят царь-рыбу в Иртыше.

Почему у белой рыбы и черной икры космическая цена? Генеральный директор дает расклад: товарная нарезка начинается от трех кило, рыбка достигает такого веса за 2,5 года. Корма – импортные, в бассейнах – замк­нутый водооборот, то есть имеются большие расходы на работу мощных электронасосов. Установлена масса аппаратуры – нужно производить контроль температуры, кислотности, гидрохимического состава воды, уровня кислорода… Рыбе обеспечивают условия, близкие к естественным, только без резких сезонных перепадов. Идеально, если в бассейнах круглый год ровная температура – примерно 18–20 градусов. Короче, получение осетрины – дорогое удовольствие.

Загруженность трех модулей годовой мощностью по 15 тонн выстроена в зависимости от сезона. С весны и до холодов в бассейнах выращивают рыбопосадочный материал, в зимний же период акцент делается на получение пищевой икры.

– На сегодня за счет доходов, которые дает производство пищевой икры, ферма закрывает все операционные расходы, – говорит бизнесмен. – За счет заработка на выращивании малька погашается и кредит. Компании еще два года предстоит рассчитываться за него, затем уже рыбоводческое товарищество сможет выйти в плюс.

…Заглядываю в отдельное помещение, предназначенное для обработки икры. Кафель, технологические столы, комплекты спецодежды, чистота. Сейчас бокс пустует, сезон начнется позже – вместе с предновогодним ажиотажем на деликатесы.

С освоением технологии, по словам генерального директора, выручили специалисты из Астрахани. Компания использует метод «гуманной икры», разработанный известным осетроводом Сергеем Подушкой. Смысл в следующем. Маточное поголовье с определенной стадией зрелости икры отправляют на «зимовку» – в отдельный бассейн. Температуру воды ежедневно понижают на один градус, а рыбе прописывают голодную диету. Жировая прослойка, окружающая икру, понемногу расщепляется. Через пару месяцев воду делают теплее, и у самок срабатывает весенний рефлекс: они готовы нереститься. В этот момент их доят через небольшой разрез. Дальше рыбин просто возвращают в воду.

– При такой методике смерт­ность осетров втрое ниже по сравнению со старым способом, когда им попросту вспарывали брюхо, – приводит подробности Ерлан. – Часть икры идет на оплодотворение, мы ее закладываем в специальные аппараты Вейса и «Осетр». Часть – на пищевую. Небольшое количество ее по заказу делаем забойным способом, потому что у гурманов именно такая икра считается премиальной. Она немного отличается уровнем жирности и текстурой.

Оптом без розницы

Немало шишек компания набила при поиске маркетинговых решений. Ерлан вспоминает, сколько сил и времени отняли попытки выйти с поставками мяса и икры на рынки Алматы и Астаны. Почти сразу стало понятно: это хлопотно, невыгодно, непродуктивно. На сегодня ТОО работает исключительно через дистрибьюторов и только с оптовыми партиями.

– Товарную осетрину, то есть на продажу, мы сейчас не произ­водим, – рассказывает руководитель. – Исключение – случаи, когда приходят заказы на забойную икру. Мы выращиваем самцов не на мясо, а для воспроизводства.

По черной икре компания вышла в крупнейшие отечественные производители, годовой объем равен полутора тоннам.

По словам генерального директора, это отличный результат с учетом дороговизны продукта. Интерес казахстанцев к деликатесу носит ярко выраженный сезонный характер – его покупают в декабре на праздники, в подарок, на Новый год. Заказы от кафе и ресторанов носят более регулярный характер, но и они малопривлекательные по объемам.

– Внутренний рынок нашей республики очень ограничен, – заключает Ерлан Сагидолдин. – Если откроется возможность для экспорта, осетровая ферма сможет нарастить производство. Потенциал есть.

Я еще раз оглядываю площадку ТОО. Здесь постепенно модернизируют бассейны – переходят с поливинилхлорида на более прочный и экологичный материал, устанавливают новые насосы, развивают рекреационную зону как побочный заработок. У аквакультуры, по словам руководителя ТОО, большие перспективы и, к сожалению, пока многочисленные проблемы. В том числе отрасль испытывает дефицит специалистов, нет конкуренции среди поставщиков кормов, по старинке ведется система учета…

– Нас по рыбоводству обгоняет не только Россия, но и Кыргызстан, – констатирует генеральный директор ТОО «OstFish». – Вместе с тем отрасль быстро развивается. Я знаю, что есть европейские инвесторы, планирующие построить в нашей республике целый осетровый завод.