В гармонии с природой

Поэт, мыслитель, историк, этнограф и востоковед Машхур Жусуп Копеев (1858–1931) считал день весеннего равноденствия, от которого берет отсчет восточный новый год, самым главным и священным праздником казахов. Историки отмечают, что первоначально Наурыз у казахов назывался Ұлыстың ұлы күні – Великий день для народа.

– В конце XVII – начале XVIII веков после бесконечных нападений джунгар казахи стали откочевывать в Центральную Азию – Хорезм, Бухару, Самарканд и Туркменистан, – рассказывает этнограф, доктор исторических наук Ахмет Токтабай. – Когда в 1756 году в союзе с Цинской империей предки одержали окончательную победу над воинственным Джунгарским государством и стали возвращаться в родные края, то к понятию «ұлыстың ұлы күні» добавили еще и Наурыз – Новруз (так называли этот праздник все родственные нам народы – узбеки, таджики, турк­мены и другие).

Особую значимость он приобрел в те времена, когда бий Старшего жуза Толе Алибекулы был беком Ташкента (1743–1749). В те годы празднование Великого дня проходило в окрестностях города на берегу реки Чирчик под огромной 800-летней чинарой.
У казахов есть пословица: «Пусть лучше после отца останется дерево, чем многочисленный скот». А эта чинара, прямой свидетель деяний Толе би, до сих пор цветет, плодоносит и укрывает людей и от летнего зноя, и от холодного осеннего дождя, вмещая под своей кроной до ста человек.

Толе би, неофициальный лидер Казахского ханства в период правления Тауке-хана, мечтал сделать казахов оседлым народом. Собирая самых авторитетных казахов под той исторической чинарой, он агитировал кочевников селиться в предместьях Туркестана, Ташкента, Присырдарьинском регионе и Семиречье. Тем самым Толе би закладывал основу устойчивости казахского общества в лице земледельцев-шаруа, которые стали частью кочевого сообщества.

– Чем отличаются казахский Наурыз от иранского, откуда он, как мы знаем из учебников истории, и пришел?

– Если говорить о дате, то она общая – новый год и в ираноязычных, и в тюркоязычных странах начинается с 22 марта. Но так было не всегда. Истоки и ритуа­лы Науруза (буквальный перевод из персидского: нау – новый, руз – день) уходят в седую старину Древнего Ирана, когда год делился на 12 месяцев по 30 дней. Двенадцатый месяц года был удлиненный, так как к нему прибавилось пять дополнительных дней. Расхождения между календарем и природными явлениями, требовавшие вставки дополнительного месяца, вызывали большие неудобства, так как первый день нового года не совпадал с днем весеннего равноденствия. И в 1085 году глава сельджукского тюрко-персидского государства султан Малик Шах (1072–1092) собрал ученых-математиков и астрономов и попросил привес­ти солнечный календарь в порядок. Комиссия во главе с Омаром Хайямом должна была добиться совпадения начала года (Науруз) с весенним равноденствием. Для этого и были введены високосные годы, состоящие из 366 дней. Год в иранском календаре Омара Хайя­ма, который до сегодняшнего дня считается самым точным, начинается в полночь 21 марта. Новый день после дня весеннего равноденствия начинается с 22 марта. В своей книге «Науруз-наме», посвященной истории празднования Нового года, Омар Хайям привел краткое изложение истории иранского календаря.

Таким образом, отличие Наурыза от других праздников, связанных с началом нового года, заключается в том, что свои истоки он берет от самой природы.

Персидские и европейские ученые, подвергая истоки празднования Наурыза глубокому анализу, утверждают также, что в основу того солнечного календаря, которым пользовались до календаря Омара Хайяма, положена последовательность 12 тридцатидневных месяцев, подготовленных пророком Заратустрой (Заратуштра, VII–VI века до н. э). К слову, точное место его рождения неизвестно, но современные ученые склоняются к тому, что Заратустра является представителем одного из кочевых народов, обитавших в том месте, где Итиль (Волга) впадал в Каспий. Поехав получать образование в Иран, он впоследствии подготовил там свой солнечный календарь.

В Иране при переходе старого года в новый по народному календарю вся семья должна собраться у накрытого стола, приготовления к которому заканчиваются обыч­но за два часа до наступления нового года. Считается, что если кто-нибудь в этот день отсутствует дома, то до следующего года он будет бездомным, скитающимся и беспризорным.

С Наурузом у иранцев связана следующая примета: если в первый день этого праздника в дом к кому-нибудь войдет первой женщина, то это плохо, если же мужчина – хорошо. Вообще же человек, который первым вошел в чей-то дом, по народным поверьям, будет хушкадам, то есть счастливым. Входящий при этом должен сказать: «Сто лет справляйте этот праздник». В том случае, если в дом никто не входит в первый день праздника, но хозяин считает себя счастливым человеком, то он сам выходит из дверей своего жилища и возвращается обратно. Считается, что все, кто радуется и веселится в Науруз, будут жить с радостью и до следующего Нового года.

В Казахском ханстве Наурыз праздновался девять дней. Отмечу также, что алашординцы Алихан Букейхан, Ахмет Байтурсынулы, Миржакип Дулатулы, Сабит Донентай, Магжан Жумабай считали вслед за Машхуром Жусупом Копеевым Наурыз главным праздником казахов. В 1921 году вышло постановление президиу­ма КазЦИК, объявившее Наурыз обязательным праздником, но прошло 5 лет, и большевики, утверждая, что он является религиозным (исламским) «пережитком прошлого», запретили его отмечать. Но на юге Казахстана продолжали, не афишируя, праздновать Наурыз мейрамы, а вот в северных регионах Казахстана в советское время даже и не знали о существовании такого праздника. Наурыз вернулся к нам в 1989 году благодаря секретарю Центрального комитета Компартии Казахстана Узбекали Жанибекову.

Празднование Наурыза в Казахстане условно можно разделить на четыре этапа.

Первый – очищение души от дурных помыслов и генеральная уборка всюду, куда достанет рука: в своем доме, дворе, улице, окрестностях аула.

Второй – церемония көрісу. Сейчас, согласно концепции, утвержденной на уровне Главы государства, празднование Наурыза в Казахстане начинается именно с него – с 14 марта, за неделю до дня равноденствия. Встречаясь после долгой зимы и поздравляя друг друга с праздником весны, казахи раньше говорили: «Бiр жасың кутты босын» – «Пусть твой новый год будет благословенным, с днем рождения тебя». Дело в том, что в традиционной культуре казахов индивидуального дня рождения не было, он для всех был единым. Эта интересная степная традиция, когда весь народ одновременно празднует свой день рождения, говорит также о равенстве людей, живущих в этом обществе, и показывает, насколько сознание у наших предков было глубоко коллективным.

Третий этап – все угощаются наурыз-коже, приготовленным из семи ингредиентов. Раньше в каж­дом казахском селении имелся большой тайказан. На праздник его устанавливали посередине аула, чтобы каждый мог внести туда свою долю наурыз-коже, после чего уважаемая аулчанка почтенного возраста наливала угощение самому старшему аулчанину, чтобы аксакал дал бата – благословил еду. Этот тайказан, объем которого порой составлял 200–300 литров, являлся символом благополучия и единения народа. Предки казахов с сакских времен поклонялись тайказану – символу благополучия, единства и солидарности тюркского народа. Геродот писал, чтобы отлить его, каждый скифский (сакский) воин отдавал медный наконечник своей стрелы. Пословица «Бір қазаннан бас, бір женнен қол шығару» появилась именно в те далекие времена. Другой его вариант – «Біз бір тайқазаннан ас ішкен ел». Я видел один такой казан на родине Оралхана Бокея – в селе Урыль Катон-Карагайского района Восточно-Казахстанской области. Принадлежал он баю Кисанды. Убегая в 30-годы от коллективизации и голода в Китай, он закопал этот казан в окрестностях аула. Зная, что теперь уже никогда не вернется на родину, бай передал через гонца весточку о том, где находится этот священный котел.

И, наконец, четвертый этап Наурыза – это игрища, в которых принимают участие и стар, и млад, и длятся они до самого рассвета. Это и качели – алтыбақан, где раскачивающиеся девушки и юноши символизировали идеи плодородия, и айтысы – импровизированные состязания акынов-острословов, и народная борьба – қазақ күресі, и игра на логику – тоғыз құмалақ, и, конечно же, конные игры – қыз-куу и бәйге.

– А откуда появилось поверье о святом старце Кыдыр-ата?

– Это мифологический герой, один из символов Наурыза – нового года. То, что иногда его сравнивают с такими предвестниками нового года, как Дед Мороз или Санта-Клаус, раздающими подарки из большого мешка, неправильно. Кыдыр-ата является носителем совсем других смыслов. В надежде, что святой старик зайдет именно в его дом, каждый житель аула за несколько дней до празднования Наурыза начинал готовиться к его приходу: приводил в порядок не только свое жилище и подворье – избавлялся от лишнего хлама, чистил вместе с соседями водоемы, улицы, но и изгонял дурные помыслы, а также желание отомстить кому-то.

Кыдыр-ата может прийти в любом обличье. Им, например, может оказаться один из сорока зашедших в твой дом гостей или же просто случайный прохожий. Однажды я, как этнограф, побывал в горах российского Алтая у проживающих там казахов. Девяностолетний старик-хозяин сказал, что я для него долгожданный Кыдыр-ата, коль решил записать его историю встречи с этим святым старцем. Он рассказал мне совершенно невероятный случай. Однажды, когда он в самом конце Великой Отечественной войны оказался по своим делам в районном центре, к нему подсел какой-то рыжебородый, светлолицый старик.

«Все мысли у меня были заняты пропавшим без вести сыном, – рассказывал мне хозяин дома. – И тот подсевший ко мне старик вдруг неожиданно сказал, чтобы я не переживал – сын скоро вернется живым и невредимым. Когда я поднял голову, рядом никого не было, старик будто бы растворился в воздухе. Но самое удивительное – вскоре мой сын вернулся живым и невредимым. Тот старик, что мне привиделся, и был, я уверен, Кыдыр-ата».

В заключение я хотел бы сказать, что Наурыз – это не просто праздник с веселыми народными гуляниями, это сближение с природой и консолидация общества, основанная на человеколюбии. В центре всех наших ценностей стоит человек и его ұрпақ – то, что он оставит после себя. Вся жизнь казаха, живущего в гармонии с природой, была подчинена тому, чтобы вырастить и оставить после себя достойных наследников. Возможно, поэтому наш народ и смог перенести все невзгоды, выпавшие на нашу долю, и выжить, сохранив в себе все самое ценное, что присуще людям.