В летнем парке зима

Зимний зоопарк встречает нас, словно соскучившийся по гостям хлебосольный хозяин. Бережно приоткрывает потайные уголки, приносит покой и умиротворение. А еще мы делаем для себя весьма интересное и неожиданное открытие – оказывается, в холодное время года жизнь здесь кипит даже сильнее, чем в теплый сезон.

Звери не прячутся в укрытиях, а доверчиво подходят совсем близко, рассматривая немногочисленных посетителей. Даже вальяжные тигры – любимцы публики – позволяют любоваться собой и проявляют интерес к восторженным зрителям.

Услышав наш разговор, откорм­ленный тигренок подбегает к клетке и, урча, усаживается напротив. Еще бы! Ведь со мной давний друг всех животных, главный «промоу­тер» и поклонник алматинского зоопарка Михаил Сорокоумов, в журналистской тусовке так и оставшийся дядей Мишей Шоломом.

Полосатый хищник сразу узнает дядю Мишу, а мне в глубине души немного завидно, что этот красавец бежит не ко мне. Тигренком этот огромный зверюга считается лишь по возрасту, а визуально он – мощный хищник, сохранивший повадки хулиганистого котенка.

Дядя Миша только официально трудится в зоопарке с 2012 года и, кажется, знает о жителях зоопар­ка все.

– Смотри, видишь, у него отметина на лбу, будто бы елочка – такая у всех тигров есть! А знаешь, что она означает? – спрашивает мой собеседник и, не дождавшись вразумительного ответа, продолжает: – Тигры наиболее почитаемы в Китае. Там львы не живут, и должность царя зверей занимает полосатый хищник. Рисунок на его лбу очень похож на иероглиф «ван», который как раз и означает «владыка».

Михаил Сорокоумов в зоопарке был и фотографом, и пресс-сек­ретарем. Как говорит сам, долж­ность значения не имеет, ему было важно находиться здесь в любом качестве. Лет шесть назад у него возникла идея сделать выставку, посвященную зоопарку, его истории и обитателям. Руководство идею похвалило, но на том поддержка и закончилась.

Устав ждать помощи, решил дейст­вовать самостоятельно. И сегодня свет увидели четыре фотоальбома, посвященные алматинскому зоопарку. На подходе – пятый. За годы трудовой деятельности в долж­ности фотокорреспондента казахстанских газет в зоопарк Михаил приезжал несчетное количество раз. И даже успел снять за работой Максима Зверева в 1986 году. А уж когда официально перешел сюда на работу, то любимому делу отдался полностью.

– Легких кадров нет, – говорит дядя Миша. – Это со стороны может показаться: делов-то, щелк­нул – и готово. А нужный кадр порой годами ждешь. Как, например, получилось с теми же тигрятами. Очень уж хотелось заснять их выпрыгивающими с брызгами из бассейна. Пока дождался, из воды выпрыгивали уже не тигрята, а огромные хищники. Помимо ожидания, и других сложностей хватает: свет не выставишь, как в студии, да и «народ» для съемок дюже капризный, не любит позировать на камеру.

С приходом Михаила Сорокоумова зоопарк словно ожил. Новости оттуда посыпались нескончаемым потоком. Уж о чем только не писали, начиная с Всемирного дня жирафа и заканчивая удивительнейшими история­ми о том, как животным чистят зубы. Позитивные публикации в сопровождении роскошных снимков не раз выходили на первых полосах газет и в прайм-тайм на телевидении. Сам Сорокоумов лишь разводит руками и очень настороженно и скромно относится к похвале, удивляясь, почему раньше не использовали такой кладезь тем, интересных для любой аудитории.

^{Утренние гигиенические процедуры в животном мире выглядеть могут по-разному}

– Вообще, не только хищников желательно снимать, запасаясь подгузниками, – шутит Сорокоумов. – Даже милые малыши сурикаты, обожающие жирненьких червяков и игры, способны здорово напугать, если не соблюдать правила безопасности. Что уж говорить о более крупных обитателях! Однажды мне представилась возможность попасть в клетку к шимпанзе Томирис, которая была ручной и очень спокойной. Как только переступил порог, сняв предварительно все, что она может с меня стащить, эта дама схватила меня за руку и потащила по клетке. Я, конечно, смекнул, что она экскурсию проводит по владениям, но в те несколько секунд испугался не на шутку. Ей исполнилось уже пять лет, и она была невероятно сильная.

Шолпан Абдибекова, руководитель отдела приматов, стоявшая рядом, предложила сделать вид, что мне больно. Я вошел в роль и, причитая, обратился к шимпанзе, мол, Томка, ты что творишь, мне же больно. Она тут же начала меня гладить и целовать. А Шолпан успела сделать тот самый, легендарный для меня кадр – Томирис вытянула губы и смачно чмокнула меня в щеку.

Зоопарк полон удивительных историй, а все сотрудники работают здесь исключительно по зову души. Других тут и быть и не может. Каждого вверенного животного знают от и до – повадки, характер, предпочтения... С обезьянами, как и полагается, веселей всего. Уж очень умны и озорны местные приматы. Шолпан Абдибекова работает здесь уже 30 лет и уходить не планирует. Говорит, и в другие места приглашали неоднократно, и зарплатами высокими манили, но она так и не смогла бросить своих подопечных.

– Я их настолько знаю, что могу даже понять, какого человека они приветствуют, ведь к каждому у них свой особый подход. Идет к нам дядя Миша Шолом, я его не вижу, но знаю, что это он. Потому что обезьяны чуют его и приветствуют издалека. Ну и он отвечает им своим фирменным приветствием – «Шолом, друзья!», – рассказывает Шолпан. – Они все чувствуют и все понимают.

У нас есть обычай – перед сном раздаем им одеяла. Они любят укрываться ночью, так теплее и уютнее. Однажды одна из обезьян решила прикорнуть пораньше и устроила нам «концерт». Не сразу, но поняли, что ей надо, после того как она показала на подоконник, где лежали одеяла, а потом постучала себя в лоб, вроде как жестом объяснила нам наш уровень интеллекта. А старушка наша одна! Вы представляете, кое-как сидит уже, а посмей ты ее старушкой назвать, криков и обид будет на неделю. А как только похвалишь да красавицей назовешь, сразу преображается и носиться по клетке начинает радостно.

Что интересно, первая публикация о строительстве зоопарка вышла в нашей газете 28 марта 1936 года, почти 90 лет назад. Снимки той статьи есть в первом альбоме Сорокоумова, который разделил их по темам – история зоопарка, эмоции и животные, пресса в зоопарке, а четвертый посвятил памяти жирафа Хана.

Очень много в альбоме того, что останется лишь на снимках. Как, например, та самая забавная проказница Томирис, любимец гостей статный жираф Хан, да и Дом хищников, простоявший здесь почти 80 лет. Все это теперь история. Немного странно, что почти за вековой период существования зоопарка таких альбомов не издавалось. А ведь у него потрясающая история, которую надо не только читать, но и смотреть.