Вопрос IT-суверенитета нужно убрать из коммерческой плоскости

4016
Интервью записала Асель Муканова

Несмотря на разное к ней отношение, система общественной и дорожной безопасности «Сергек» зарекомендовала себя надежным блюстителем правопорядка. О том, как интеллектуальная программа помогает при возникновении нештатных ситуаций, кто имеет доступ к данным и есть ли IT-суверенитет у Казахстана, мы поговорили с основателем Sergek Group Асетом Ахметовым.

фото предоставлено Sergek Group

– Что сегодня представляет собой система «Сергек»?

– Мы всегда позиционировали себя как система общественной и дорожной безопасности. Общественной – в первую очередь, поскольку большая часть камер помогает правоохранительным органам именно в поддержании правопорядка в общественных местах, а потом уже – на дорогах.

По мере запуска системы в городах формировались совершенно разные подходы. Сегодня «Сергек» – это аппаратно-программные комплексы на дорогах, камеры безопасности во дворах, интеллектуальные алгоритмы, планшеты для полицейских, приложение для автопат­рулей. Это также интеллектуальная транспортная система для управления городскими потоками, экодатчики для выявления загрязнения шума, акустические датчики.

Суперсила «Сергека» в том, что все это завязано в одной экосистеме. Управлять «единым мозгом» гораздо легче, чем разрозненными участками.

Мы представлены в Астане, Алматы, Атырау, Усть-Каменогорске, Шымкенте, Семее, Туркестане, Таразе и Актау. Готовится к запуску система в Костанае. Особенность «Сергека» в том, что если выходит обновление, то оно производится сразу во всех населенных пунктах.

– Действительно, уже невозможно представить казахстанские города без smart-систем. Это хороший инструмент не только для полиции, но и ЖКХ, ДЧС, акиматов. Как пригодился «Сергек» в сложные времена?

– Об успешности проекта в Астане говорят цифры Комитета по правовой статистике и специальным учетам Генпрокуратуры. По сравнению с 2017 годом наблюдается снижение количества зарегистрированных преступлений на 46%. Камеры в общественных местах не только предотвращают совершение прес­туплений, создавая эффект нетерпимости к любым правонарушениям, но и помогают полицейским в их раскрытии.

Благодаря повышению водительской дисциплины наблюдается снижение смертности в ДТП более чем на 40%. Если в 2017 году в авариях погибло 60 человек, то уже в первый год работы системы эта печальная цифра снизилась до 34 погибших и остается на одном уровне. Подобный эффект наблюдается и в других городах нашего присутствия.

В первые дни пандемии по просьбе акимата мы установили камеры на всех блокпостах страны.

Я лично видел, как полицейские в мороз заполняли журналы ручкой, записывая данные каждого, кто въезжал. Стали думать, как оцифровать этот процесс, и решили создать программу «Сергек-блокпост» – чтобы с помощью планшетов, которые есть у сотрудников, можно было бесконтактно сканировать удостоверение личности даже через окно автомобиля.

Эта система потом была внедрена на всех блокпостах. В ней хранилось несколько десятков миллионов записей. В случае бумажных носителей для их хранения понадобился бы не один кабинет. На тот момент разработчики работали круглосуточно, и делали мы все безвозмездно.

Что касается Кантара, то в такие моменты понимаешь, что IT-инструменты не просто прикольные безделушки, а стратегический, важный инструмент жизнедеятельности города и страны. Благодаря тому, что запись велась не только на узловой канал связи, но и на сами камеры, удалось все сохранить и передать информацию соответствующим госорганам.

При возникновении любого ЧП мы обращаемся к местным властям и спрашиваем, чем помочь. Во время пожаров в Абайской области наблюдались проб­лемы со связью. Поняли, что дополнительный канал связи не помешает, и отправили туда бригаду связистов, обеспечив генератором, палатками и прочим оборудованием.

– Поговорим о водительской дисцип­лине. Многих волнует вопрос: можно ли спрятаться от «всевидящего ока»?

– Помнится, во время запуска «Сергека» в столице в 2017 году город гудел как улей. Многие водители отказывались принимать тот факт, что ездить нужно по правилам.

Система беспристрастна к любым нарушениям. За несколько лет ее работы в Астане люди четко осознали: за любое нарушение Правил дорожного движения придется отвечать. Дисциплина повысилась настолько, что даже во времена пандемийного карантина машины не заезжали на пустые автобусные полосы.

Есть две реакции на нашу систему, когда мы приходим в новый город. Первая – «наконец-то на дорогах будет порядок», вторая – «снова поборы в казну».

На самом деле секрет прост: не нарушаешь ПДД – не платишь штрафы. Многие водители ошибочно думают, что существуют периоды, когда можно нарушать. Действительно, во время снежных метелей, когда не видно разметки, полиция может не фиксировать некоторые виды нарушений.

Но, согласно ПДД, если есть дорожный знак, дублирующий разметку, то избежать штрафа не получится. А превышение скорости – это тот вид нарушения, при котором вообще не учитываются никакие факторы.

– Расскажите, как монтируются ваши комплексы.

– В 2017 году, когда был подписан первый контракт в Астане, мы поняли, что строить инфраструктуру в Казахстане очень дорого. Камера в среднем стоит пять миллионов тенге. Но стоимость работ по установке столба, подведению к нему электричества может доходить до 50 миллионов, ведь для этого, возможно, нужно будет выкопать траншею, перекрыть дорогу, сломать и заново положить асфальт. Стандартная про­цедура занимает от девяти месяцев. И мы поняли, что нужно от этого отходить.

Практически у всех мировых систем установка видеокамеры на дороге под­разумевает размещение отдельного столба. К нему должно быть подведено электричество, Интернет. У нас такой инфраструктуры нет. В этом кроется еще одна суперсила «Сергека» – мы создали комплексы, которые можно подвесить на любую опору.

К тому же у нас нет постоянного электричества вдоль дороги, доступно только ночное освещение. Наши блоки питания ночью заряжаются, а днем питают камеры. Это как powerbank, но очень умный.

По сути, мы адаптировали комплекс для казахстанских реалий. Европейские, китайские, израильские, корейские комплексы требовали больших инвестиций по инфраструктуре. А мы намного упростили монтаж, удешевили до такой степени, что теперь камеры можно установить везде без потери качества их работы.

– Возможна ли утечка данных из баз данных или с серверов «Сергек»?

– Если мы говорим об информационной безопасности, то сертификат выдает Комитет информационной безопасности, а аудит проводит государственная техническая служба КНБ. Сертификация четко зарегулирована, ее невозможно пройти, имея недостатки.

Мы, наверное, были одними из первых, кто стал городские системы проводить через информбезопасность. У нас есть прямая заинтересованность в том, чтобы обеспечить максимальную сохранность, безопасность данных, ведь это наша репутация. Если произойдет утечка, мы ее потеряем.

Помимо прохождения экспертизы ГТС, мы придумали надстройки сверх того, чтобы исключить возможность утечки, ведь технологии не стоят на месте. Если потеряем или сделаем хранение банка наших данных «дырявым», то лишимся доверия, которое так сложно было завоевать.

Как разработчики мы имеем доступ к серверам, но у нас нет какого-то бэкдора, чтобы незаметно полазить в данных. Доступ выдается уполномоченным органом, но даже после этого все движения в системе логируются.

Не может быть такого, что кто-то зашел в систему, что-то посмотрел и это нигде не отразится. Там указан личный ЭЦП. Любой вход в систему оставляет след. Служебное расследование при необходимости займет не больше двух минут.

– В Сети появляются обвинения: мол, ваша разработка – китайская...

– Все знают, что в различных системах безопасности используются камеры мировых производителей. В большинстве своем это китайские бренды.

Мы тоже используем в своих аппаратно-программных комплексах камеры сторонних производителей. Но следует помнить, что у любого устройства, будь то мобильный телефон, телевизор или камера, есть выход к заводу-изготовителю, куда он сообщает о системных ошибках.

Камеры в наших системах лишены такой возможности. Потому что первое, что мы делаем, – меняем в них прошивку. Многое из аппаратной части собирается нашими инженерами-схемотехниками вручную, а потом по нашему прототипу заводы печатают готовые партии, например, микросхем. Все это проверяется и сертифицируется по казахстанскому законодательству.

Самое главное – программная часть, «мозги» системы, ее алгоритмы – пишется­ казахстанскими разработчиками. Ну и, естественно, все серверы и базы данных расположены в Казахстане.

IT-суверенитет в нашей сфере – вопрос национальной безопасности. И сейчас я вижу, что Казахстан может выстраивать эту политику. Это необязательно должны быть разработки именно нашей компании. Достаточно, чтобы это был кто-то, кто по-настоящему делает все в Казахстане.

Но по действующему законодательству ты можешь открыть здесь ТОО, сертифицировать какие-то иностранные технологии, назвать их по-казахски, и через полгода-год это будет считаться made in Kazakhstan. А по факту – перепакованное иностранное решение.

Технологии, особенно в такой чувствительной сфере, как безопасность граждан, должны быть независимыми. Покупая высокочувствительные, высокотехнологичные решения извне, можно потерять IT-суверенитет. Ты не знаешь, что зашито в исходном коде программ, не можешь влиять на заложенные алгоритмы. Проще контролировать то, что разработано у тебя в стране, а не за рубежом.

Я бы вообще вопрос IT-суверенитета убрал из коммерческой плоскости. Сейчас, грубо говоря, кто дал цену ниже, тот и выиграл. И вопрос нашей IT-независимости решают деньги.

– А есть ли у нас для всего этого специалисты?

– Кадров достаточно. Более того, Казахстан их даже, так сказать, экспортирует. Наша система образования может выпускать квалифицированных IT-специалистов.

Как только начинаешь делать интересные проекты, ребята идут, и не только за деньгами, но и за знаниями, профессиональным ростом. Рынок IT не ограничивается только Казахстаном, он глобален. Можно, сидя где-нибудь в Шымкенте, работать на европейскую компанию.

Но ребята все-таки задерживаются и у нас. Потому что им интересно, мы используем самые последние алгоритмы, подходы к бизнес-процессам. И завтра они спокойно могут устроиться в любую мировую корпорацию вроде Google.

– Иногда, чтобы «выстрелить» на родине, нужно завоевать успех за рубежом. Планируете ли глобальную экспансию ваших решений?

– Конечно, мы это рассматриваем. Хотя такое положение дел немного обидно.

Порядка 500 городов в мире похожи на казахстанские. Во многих развивающихся странах схожие проблемы. И наши технологии позволяют построить системы smart сity не только в Казахстане.

Но, для того чтобы работать на экс­порт, нужно быть очень обеспеченными, устойчивыми. Простейший «пилот» в Ташкенте стоил нам больше 200 тысяч долларов. Из-за пандемии он так и не перерос ни во что.

Экспортировать интеллектуальные вещи пока очень сложно. Сегодня наше решение есть в узбекском Намангане, мы пилотировались в филиппинском Багио, а в феврале этого года запустили интеллектуальную транспортную систему и решения в сфере экологии и дорожной безопасности в Индонезии. Этот проект может использоваться в дальнейшем при организации транс­портной системы в будущей столице страны Нусантаре. Так что планы по развитию есть, будем работать.

 

Популярное

Все
Дело Бишимбаева: защита требует учесть оценку российских судмедэкспертов
Дело Бишимбаева: подборка противоречий в показаниях бывшего министра
На суде Байжанов выкрикнул в адрес Бишимбаева: «Он убийца!»
Защитник Бишимбаева проявил неуважение к суду
«Қаныштай бол! Стань как Каныш!» Такое напутствие получили молодые ученые
Уральск: уровень реки может подняться в любой момент
Дефицит поливной воды ежегодно наблюдается в Кызылординской области
Идея строительства метрополитена в Алма-Ате обсуждалась еще в 60-е годы
Критическая ситуация сложилась в Кызылжарском районе Северо-Казахстанской области
Возрождение культуры чтения – часть работы по интеллектуальному развитию нации
Вторую неделю тысячи западноказахстанцев защищают Уральск от водной стихии
Адвокат Бишимбаева обвинил следователя в фальсификации доказательств
Причину смерти Нукеновой пытается поставить под сомнение защита Бишимбаева
Плотину на реке Аксай может прорвать
Токаев поручил до зимы построить дома для пострадавших в Костанайской области
Пик паводка в Петропавловске еще не прошел
Вода стремительно ворвалась в Петропавловск
«10 тысяч долларов своему психологу отдал, а толку ноль»: новые сообщения Нукеновой всплыли в суде
«Актобе» обыграл «Кайрат» в центральном матче тура КПЛ
Молодые ученые создают полезные продукты в «цвете»
Дело Бишимбаева: хроника самого громкого судебного процесса года
Колоссальный денежный приз может завоевать скакун Кабирхан из Казахстана
Дело Бишимбаева: почему свидетель удалил видео с камер наблюдения
Урбанисты хотят изменить облик Атырау
Токаев: Казахстан решительно осуждает террористический акт против мирных граждан в Москве
Дело Бишимбаева: прокурор сообщила, что его телефон не удалось разблокировать
В Атырау объявлен режим ЧС. Город ждет прихода большой воды
Закон Республики Казахстан
Целина: как это было
Овечкин забросил 848-ю шайбу в НХЛ и сократил отставание от Гретцки до 46 голов
От трех минут на заявку: как работают биометрические киоски в ЦОНах
Бишимбаев отказался признавать вину в убийстве Салтанат Нукеновой
К единственному роднику приезжают за водой со всего Усть-Каменогорска
Трагедия болью отзывается в наших сердцах – Ашимбаев о теракте в России
Совершившие теракт в Подмосковье люди задержаны – ФСБ
Рыбоохранная акция «Бекіре-2024» пройдет в Казахстане
Бахытжан Байжанов опроверг в суде показания Бишимбаева
Рыбаки утонули в Павлодарской области
Кошанов: парламентская дипломатия важна для предотвращения конфликтов в мире
Перепись архаров началась в Казахстане

Читайте также

В Алматы военнослужащие поздравили ветерана войны с 99-лети…
Убираем на бегу: в Караганде во время плоггинга собрали 150…
Коммунальщики обратились к жителям Астаны
И свой дом сберег, и соседям помог: история полицейского из…

Архив

  • [[year]]
  • [[month.label]]
  • [[day]]