​​​​​​​Что не так с ночным тарифом?

Было и прошло

Перекос в энергетической нагрузке в течение суток – общемировая проблема. Если днем и вечером потребление пиковое, то ночью станции и сети остаются недозагруженными. Именно по этой причине в мире стимулируют ночное потребление.

В США, к примеру, действует до 30 тарифных ставок – лишь бы население и бизнес больше пользовались электроэнергией ночью и меньше – днем. Во Франции – семь различных тарифов, в Германии до последнего времени тариф строго делили на ночной и дневной, и первый был на 10–12% дешевле.

В нашей стране к дифференциа­ции по зонам суток перешли в 2009 году. Как объяснили тогда в Правительстве, электроэнергия – самый скоропортящийся товар, если не использовать сразу – мигом пропадет. Другими словами, абсолютно без пользы могут быть потрачены водные ресурсы на гидроэлектростанциях, уголь, мазут или газ – на теплоэлектроцентралях.

В Восточном Казахстане в первое время цена ночного киловатт-часа была почти втрое дешевле дневного. Затем ее повысили в полтора раза, дальше сократили на час границы ночной зоны, снова подняли стоимость…

В 2017-м государство отменило сис­тему деления по зонам суток. Вице-премь­ер Роман Скляр объяснил решение сугубо экономическими причинами. Во-первых, ночное энергопотребление выросло всего на 0,5%. То есть нововведение не дало ожидаемого эффекта. А во-вторых, в связи с тем, что уровень ночного тарифа ниже себестоимости, энергетические компании получили многомиллионные убытки.

На сегодня тарифных ставок «день» – «вечер» – «ночь» нет. Но тема дифференцированных тарифов не ушла. Ее не раз поднимали в региональных палатах предпринимателей, например в Северо-Казахстанской и Восточно-Казахстанской областях. В 2019 году с соответствующим запросом к Правительству обратился мажилисмен Ерсултан Бектурганов. Словом, тех, кто ждет недорогого ночного элект­ричества, немало.

«Казахстанская правда» изу­чила мнения «за» и «против» тарифных ставок по зонам суток.

Для экологии

У пенсионера Виктора Литвинова свой дом в 23-м районе Усть-Каменогорска на левом берегу Иртыша. В 2009 году он установил электрический котел и отапливал жилье исключительно ночью по цене 2,3 тенге за киловатт-час. С 2015 года, когда зону сократили на час, а ночной тариф, наоборот, повысили в 2,5 раза, Виктор Николаевич перешел на уголь.

– Электрическое отопление стало «выскакивать» в 40–50 тысяч тенге в месяц, – рассказал пенсионер. – В нашем поселке очень многие установили элект­рокотлы, но все вернулись к угольным печкам. Никто не потянул новые суммы.

В 23-м районе десятки капитальных частных домов в два-три этажа. На отопительный сезон здесь каждая семья покупает от девяти до 15 тонн угля. При безветренной погоде в поселке в буквальном смысле «дышать темно» – его накрывает смог от печного дыма. Рядом – дачи, давно ставшие местом круглогодичного проживания, они тоже с печным отоплением. По соседству – пригород Меновное с сотнями частных домов и, соответственно, печными трубами…

– Как только в поселке перестали пользоваться котлами на электричестве, выбросы выросли в разы, – рассказал Виктор Николаевич. – Это видно невооруженным глазом. В морозы при потяге с запада копоть несет на новые жилые районы в левобережье. А здесь – крупные школы, детские сады, Центр матери и ребенка.

По данным областного департамента экологии, на сегодня суммарный вклад частного сектора и автотранспорта в загрязнение атмосферы Усть-Каменогорс­ка превышает выбросы от предприятий. Доля промышленности – примерно 55 тыс. тонн, на автотранспорт приходится 45 тыс. тонн, на бытовые печки – 14 тыс. тонн. При этом выбросы от двух последних источников идут в приземной зоне, на уровне органов дыхания.

В экологической «дорожной карте» города в числе стратегических задач значится перевод районов индивидуальной застройки на центральное отоп­ление. Но написать документ и его исполнить – это, как говорят в Одессе, две большие разницы.

К слову, в основе запроса мажилисмена Ерсултана Бектурганова два года назад также лежала тема экологии. Депутат назвал печное топливо причиной загрязнения столичного воздуха и, соответственно, многочисленных болезней дыхательных путей астанчан.

«Возможно, тенденция загрязнения атмосферного воздуха начала усугуб­ляться после отмены временных тарифов, дневного и ночного, на электроэнер­гию?» – задался вопросом депутат.

За ночной тариф, как правило, выступают владельцы хлебозаводов и крупных пекарен. По данным крупнейшего в Усть-Каменогорске хлебобулочного предприятия, доля электроэнергии в себестоимости булки составляет примерно 10–12%. Вся основная выпечка всегда ведется в ночную смену, чтобы к утру в магазинах был свежий хлеб. По словам пекарей, как только систему ставок по зонам суток убрали, цена на социальный продукт номер один автоматически поднялась.

Всего по данным ТОО «Шыгыс­энерготрейд», в 2011 году в Восточном Казахстане на тарифы по зонам суток перешли около 12 тыс. абонентов – в основном, сельские жители. А также примерно 5 тыс. предприятий – пекарни, мельницы и другие ИП и ТОО, подстроившиеся под ночной график. Все они в результате отказа от многоставочного тарифа понесли убытки.

– Невысокая стоимость ночного тарифа не должна вводить в заблуждение, – дал комментарий преподаватель университета, электротехник Владимир Попов. – Это не льгота, а средство оптимизации сетевой нагрузки. У американцев в зависимости от времени суток действует до 30 тарифных ставок – лишь бы стимулировать ночное потреб­ление. Элект­ростанции ведут генерацию круглосуточно, но в ход идет, в основном, дневная «доля». Ночью потребление падает на 40–50 процентов, а накопить энергию про запас невозможно. В соседней России, чтобы продать побольше ночного объема, действуют пять тарифных ставок. Там населению, использующему для отопления электрические котлы, снижают оплату на 30 процентов.

Эффект не виден

В 2017 году в Закон «Об элект­ро­энергетике» были внесены изменения, и за киловатт-часы стали платить по одной цене – без деления на день, вечер, ночь. Вице-министр национальной экономики Серик Жумангарин (сегодня заместитель Премьер-министра – министр торговли и интеграции РК) буквально по полочкам разложил причины.

По его словам, львиная доля бизнеса, крупные предприятия, сохранившие дневной график в силу техрегламента и трудового законодательства, вынуждены были пользоваться самой дорогой, дневной электроэнергией. То есть нововведение подкосило принцип равной конкуренции.

Кроме того, энергетические компании стали закладывать в сметы на новый тариф финансовые потери, полученные ими из-за убыточной цены на ночные киловатт-часы. В результате каждый год 1 января население и бизнес получали подорожание электроэнергии. Другими словами, большая часть потребителей платила за тех, кто тратил электричество на обогрев домов.

И, наконец, по словам Серика Жумангарина, отмена ночного тарифа никак не сказалась на экологии: по данным Казгидромета, выбросы не увеличились.

– Таким образом, вопрос возврата дифференцированных тарифов на элект­рическую энергию по зонам суток является нецелесообразным, – заключил заместитель Премьер-министра.

Против деления на дорогой «день» и дешевую «ночь» высказались в Ассоциа­ции предприятий лесной, деревообрабатывающей и мебельной промышленности Восточно-Казахстанской облас­ти. По словам исполнительного директора Владимира Резанова, практически все предприятия отрасли работают по дневному циклу, и, в случае введения ставок по зонам суток, предприниматели окажутся в невыносимых условиях. Большинство из них могут разориться.

– У меня электроэнергия в себестои­мости продукции занимает 18 процентов, – дополнительно пояснил владелец деревообрабатывающего ИП в Глубоковском районе Дамир Жанабаев. – Работают два мощных станка, очень много электроинструментов. Любое подорожание электроэнергии – удар по моему предприятию.

Казалось бы, простая история: с одной стороны есть бизнес, занятый выработкой и передачей энергии, с другой – потребители. И есть законы рынка, которые вроде бы сами должны «устаканить» цену на товар так, чтобы она устроила все стороны. Во всяком случае, в США и Европе сама жизнь заставила перейти к дифференцированным тарифам как способу рационального энергопотребления.

Однако в Казахстане что-то пошло не так. Как пояснили в свое время в ТОО «Шыгысэнерготрейд», если бы электростанции продавали ночную электроэнергию по низкой цене, потребители, в свою очередь, могли бы купить ее подешевле. Но такого нет. Продажи идут ровным графиком, независимо от времени суток, по одинаковой цене.

«На сегодня ночной тариф для нас невыгоден, – заключили энергетики. – Но, возможно, в будущем законодательство предоставит более гибкий инструмент, когда дифференцированные тарифы станут выгодны всем – энергетикам, бизнесу, населению».