Философия эгоизма
Валентина ФИРОНОВА
Устрашающая статистика
Эксперты убеждены, что психическая неуравновешенность – проблема системная. Ошеломляющие данные распространения депрессии у детей и подростков приводит психолог из Пенсильвании Тамар Чански – автор несколько книг на эту тему.
По ее словам, симптомы депрессии постоянно проявляются у 10–15% юных американцев. Клиническая депрессия диагностируется примерно у 3% детей. Среди подростков показатель вчетверо выше. Самыми быстрыми темпами она распространяется среди дошкольников. Состояние более миллиона из них считается клиническим.
Как утверждает Чански, в целом примерно в 15% случаев депрессия приводит к самоубийствам. Психические расстройства уже являются в США основным фактором потери трудоспособности, а к 2020 году они, по прогнозам, выйдут на второе место среди причин смерти.
Самоубийства – третья по частоте причина смерти молодых людей в возрасте от 15 до 24 лет и шестая для детей от 5 до 14 лет.
Пытаясь понять причины этого явления, Чански задается вопросом: «Не могут ли те ожидания и нагрузки, которые налагаются на нас стремлением к все большей и большей материальной безопасности, мостить путь к большему стрессу, тревоге и депрессии?» И тут же сама отвечает: «Наша конкурентная культура, питаемая капитализмом и рекламой, создает ощущение внутренней опустошенности и тревоги, и мы заполняем эту пустоту все новыми и новыми вещами. Если судить по лозунгу на борту грузовичка, доставляющего оборудование на детские игровые площадки, то дети наши тоже вовлечены в эту «крысиную гонку». Вот этот лозунг: «У моего ребенка воображение больше, чем у вашего!».
Внешне все это, разумеется, может восприниматься, в том числе и родителями, как свидетельство неусыпной заботы о детях. По сути же говорит скорее о потребительском отношении к ним.
Эмотивизм
О том, что индивидуализм ведет к отчужденности, неискренности, холодности в отношениях между людьми, писано-переписано. И все же не могут не удивлять итоги исследования о роли морали в жизни молодых американцев, проведенного группой специалистов Нотр-Дамского университета во главе с видным социологом Крисченом Смитом.
Оказалось, что молодые люди, по свидетельству организаторов проекта, не очень отдавали себе отчет в том, что существуют некие универсальные этические нормы, не подлежащие сомнению в цивилизованном обществе. На просьбу привести пример моральной дилеммы, с которой им лично приходилось сталкиваться, две трети либо не могли ответить вовсе, либо описывали ситуации, не имеющие с моралью ничего общего, например, называли такую: хватит ли денег снять приглянувшееся жилье.
Сильно колебались они и в вопросах разграничения добра и зла. Все, на их взгляд, зависит от личных предпочтений и вкусов, а не от каких-либо внешних авторитетов или «моральных кодексов». «Это дело личного выбора, – сказал один из опрошенных. – Человек сам все решает».
«Я бы поступал в зависимости от того, что, по-моему, может сделать меня счастливым», – признался другой.
Авторы исследования определили лейтмотив общих настроений опрошенных как крайний моральный индивидуализм и релятивизм. Иными словами, у сегодняшних представителей западного мира мораль отчуждается от своих традиционных источников и опирается уже не на какие бы то ни было общие ценности, а на личные взгляды и вкусы. Для такого явления уже придумано даже наукообразное определение – эмотивизм.
Кровавые разборки
Понятно, что проблема эта системная. Молодые люди думают и рассуждают таким образом потому, что они так воспитаны. Понятно также, что подобный подход не внушает особого доверия к моральным устоям даже тех, у кого психика в порядке. И главная причина, по наблюдениям психологов, не в том, что люди неспособны быть счастливы, а в том, что они не умеют переносить несчастье. И сильно страдают от этого.
Разумеется, любой ответ на подобный вопрос заведомо может быть лишь субъективным и условным. Но подсказки местная жизнь регулярно подбрасывает красноречивые. Вот один из наглядных примеров.
В штате Мэриленд во время задержания полицейские застрелили 16-летнего подростка. Парень жестоко расправился со своей семьей. Тела Кевина и Сары Хендрикс, а также их дочери, 12-летней Грейс, были обнаружены в их собственном доме в штате Кентукки. Как выяснилось, после убийства Джейсон Хендрикс скрылся на машине своих родителей, вооружившись четырьмя ружьями и забрав рюкзак с боеприпасами.
Развязка трагедии произошла в Балтиморе. Машина, которую вел подросток, столкнулась с другим автомобилем, после чего Хендрикс вступил в перестрелку с полицейскими и ранил одного из стражей правопорядка. Ответным огнем подросток был убит. Почему он поехал именно в Балтимор, полиции неизвестно, – у него там не было никаких родственников.
Кевин и Сара Хендрикс разводили пчел. Кроме того, Сара работала в школе. Все, кто знал погибшую семью, были шокированы, отмечая, что подросток всегда был вежливым.
Есть версия: парень разозлился на родителей из-за того, что они запретили ему пользоваться компьютером. Это произошло за несколько дней до трагедии, которая стала пострашнее шекспировской...
Страхи, страхи, страхи…
Так чего же больше всего страшатся американцы? По мнению Чански, ее взрослых пациентов одолевают в основном материальные заботы. Они беспокоятся о своих сбережениях, о работе, здоровье, жилье. Психолог также подтвердила, что постоянные перемены обостряют «ощущение нестабильности» и тем самым вносят в жизнь дополнительное напряжение.
Еще один фактор стресса, достаточно известный и традиционный, – постоянное сравнение себя с окружающими, пресловутое стремление к тому, чтобы собственная жизнь была «не хуже, чем у Джонсов». Давно подмечено, кстати, что при этом люди сравнивают «то, что у них самих внутри, с тем, что у других снаружи». То есть все свои внутренние сомнения и страхи противопоставляют чужому внешнему благополучию, отнюдь не всегда реальному.
Американец привык думать, что он хозяин своей жизни, что он может и должен ее контролировать. Когда происходит по-иному, человек попадает в тупик. Он ощущает себя неудачником. Ему кажется, будто из-за каких-то неподвластных ему причин, зачастую вполне заурядных и незначительных, рушится все его априорное «право на счастье».
Как пишет Чански, человек в подобной ситуации рассуждает примерно так: «Раз я несчастен, со мной что-то не в порядке. Нормальные люди так себя чувствовать не могут. И поделать с этим ничего нельзя. Так теперь будет всегда»...
Порочности подобной логики многие не замечают. Выводы, навязываемые самовнушением, представляются самоочевидными. Но смириться с ними, конечно, трудно. Не всем это удается. Люди страдают, ищут выход. Каждый по-своему. Боль и обида изливаются на окружающих.Хорошо еще, если не в форме насилия.
Специалист из гарвардской школы общественного здравоохранения Мэтью Миллер, профессионально изучавший подобные состояния, утверждает, что американцы как нация не так уж и склонны к насилию. По его словам, показатели насильственной преступности в США – средние для стран с высоким уровнем доходов. Дети в школах не отличаются повышенной агрессивностью. Уровень психических заболеваний – в целом тоже сопоставимый.
«Вот что у нас действительно есть, так это ружья и особенно пистолеты, – отмечает Миллер. – И показатели убийств с применением огнестрельного оружия на порядок выше, чем в схожих странах. В отличие от убийств с помощью ножей, бейсбольных бит и чего угодно другого. Так что мы не более склонны к насилию, чем остальные. Просто если уж дело до него доходит, мы убиваем».
Эксперты убеждены, что психическая неуравновешенность – проблема системная. Ошеломляющие данные распространения депрессии у детей и подростков приводит психолог из Пенсильвании Тамар Чански – автор несколько книг на эту тему.
По ее словам, симптомы депрессии постоянно проявляются у 10–15% юных американцев. Клиническая депрессия диагностируется примерно у 3% детей. Среди подростков показатель вчетверо выше. Самыми быстрыми темпами она распространяется среди дошкольников. Состояние более миллиона из них считается клиническим.
Как утверждает Чански, в целом примерно в 15% случаев депрессия приводит к самоубийствам. Психические расстройства уже являются в США основным фактором потери трудоспособности, а к 2020 году они, по прогнозам, выйдут на второе место среди причин смерти.
Самоубийства – третья по частоте причина смерти молодых людей в возрасте от 15 до 24 лет и шестая для детей от 5 до 14 лет.
Пытаясь понять причины этого явления, Чански задается вопросом: «Не могут ли те ожидания и нагрузки, которые налагаются на нас стремлением к все большей и большей материальной безопасности, мостить путь к большему стрессу, тревоге и депрессии?» И тут же сама отвечает: «Наша конкурентная культура, питаемая капитализмом и рекламой, создает ощущение внутренней опустошенности и тревоги, и мы заполняем эту пустоту все новыми и новыми вещами. Если судить по лозунгу на борту грузовичка, доставляющего оборудование на детские игровые площадки, то дети наши тоже вовлечены в эту «крысиную гонку». Вот этот лозунг: «У моего ребенка воображение больше, чем у вашего!».
Внешне все это, разумеется, может восприниматься, в том числе и родителями, как свидетельство неусыпной заботы о детях. По сути же говорит скорее о потребительском отношении к ним.
Эмотивизм
О том, что индивидуализм ведет к отчужденности, неискренности, холодности в отношениях между людьми, писано-переписано. И все же не могут не удивлять итоги исследования о роли морали в жизни молодых американцев, проведенного группой специалистов Нотр-Дамского университета во главе с видным социологом Крисченом Смитом.
Оказалось, что молодые люди, по свидетельству организаторов проекта, не очень отдавали себе отчет в том, что существуют некие универсальные этические нормы, не подлежащие сомнению в цивилизованном обществе. На просьбу привести пример моральной дилеммы, с которой им лично приходилось сталкиваться, две трети либо не могли ответить вовсе, либо описывали ситуации, не имеющие с моралью ничего общего, например, называли такую: хватит ли денег снять приглянувшееся жилье.
Сильно колебались они и в вопросах разграничения добра и зла. Все, на их взгляд, зависит от личных предпочтений и вкусов, а не от каких-либо внешних авторитетов или «моральных кодексов». «Это дело личного выбора, – сказал один из опрошенных. – Человек сам все решает».
«Я бы поступал в зависимости от того, что, по-моему, может сделать меня счастливым», – признался другой.
Авторы исследования определили лейтмотив общих настроений опрошенных как крайний моральный индивидуализм и релятивизм. Иными словами, у сегодняшних представителей западного мира мораль отчуждается от своих традиционных источников и опирается уже не на какие бы то ни было общие ценности, а на личные взгляды и вкусы. Для такого явления уже придумано даже наукообразное определение – эмотивизм.
Кровавые разборки
Понятно, что проблема эта системная. Молодые люди думают и рассуждают таким образом потому, что они так воспитаны. Понятно также, что подобный подход не внушает особого доверия к моральным устоям даже тех, у кого психика в порядке. И главная причина, по наблюдениям психологов, не в том, что люди неспособны быть счастливы, а в том, что они не умеют переносить несчастье. И сильно страдают от этого.
Разумеется, любой ответ на подобный вопрос заведомо может быть лишь субъективным и условным. Но подсказки местная жизнь регулярно подбрасывает красноречивые. Вот один из наглядных примеров.
В штате Мэриленд во время задержания полицейские застрелили 16-летнего подростка. Парень жестоко расправился со своей семьей. Тела Кевина и Сары Хендрикс, а также их дочери, 12-летней Грейс, были обнаружены в их собственном доме в штате Кентукки. Как выяснилось, после убийства Джейсон Хендрикс скрылся на машине своих родителей, вооружившись четырьмя ружьями и забрав рюкзак с боеприпасами.
Развязка трагедии произошла в Балтиморе. Машина, которую вел подросток, столкнулась с другим автомобилем, после чего Хендрикс вступил в перестрелку с полицейскими и ранил одного из стражей правопорядка. Ответным огнем подросток был убит. Почему он поехал именно в Балтимор, полиции неизвестно, – у него там не было никаких родственников.
Кевин и Сара Хендрикс разводили пчел. Кроме того, Сара работала в школе. Все, кто знал погибшую семью, были шокированы, отмечая, что подросток всегда был вежливым.
Есть версия: парень разозлился на родителей из-за того, что они запретили ему пользоваться компьютером. Это произошло за несколько дней до трагедии, которая стала пострашнее шекспировской...
Страхи, страхи, страхи…
Так чего же больше всего страшатся американцы? По мнению Чански, ее взрослых пациентов одолевают в основном материальные заботы. Они беспокоятся о своих сбережениях, о работе, здоровье, жилье. Психолог также подтвердила, что постоянные перемены обостряют «ощущение нестабильности» и тем самым вносят в жизнь дополнительное напряжение.
Еще один фактор стресса, достаточно известный и традиционный, – постоянное сравнение себя с окружающими, пресловутое стремление к тому, чтобы собственная жизнь была «не хуже, чем у Джонсов». Давно подмечено, кстати, что при этом люди сравнивают «то, что у них самих внутри, с тем, что у других снаружи». То есть все свои внутренние сомнения и страхи противопоставляют чужому внешнему благополучию, отнюдь не всегда реальному.
Американец привык думать, что он хозяин своей жизни, что он может и должен ее контролировать. Когда происходит по-иному, человек попадает в тупик. Он ощущает себя неудачником. Ему кажется, будто из-за каких-то неподвластных ему причин, зачастую вполне заурядных и незначительных, рушится все его априорное «право на счастье».
Как пишет Чански, человек в подобной ситуации рассуждает примерно так: «Раз я несчастен, со мной что-то не в порядке. Нормальные люди так себя чувствовать не могут. И поделать с этим ничего нельзя. Так теперь будет всегда»...
Порочности подобной логики многие не замечают. Выводы, навязываемые самовнушением, представляются самоочевидными. Но смириться с ними, конечно, трудно. Не всем это удается. Люди страдают, ищут выход. Каждый по-своему. Боль и обида изливаются на окружающих.Хорошо еще, если не в форме насилия.
Специалист из гарвардской школы общественного здравоохранения Мэтью Миллер, профессионально изучавший подобные состояния, утверждает, что американцы как нация не так уж и склонны к насилию. По его словам, показатели насильственной преступности в США – средние для стран с высоким уровнем доходов. Дети в школах не отличаются повышенной агрессивностью. Уровень психических заболеваний – в целом тоже сопоставимый.
«Вот что у нас действительно есть, так это ружья и особенно пистолеты, – отмечает Миллер. – И показатели убийств с применением огнестрельного оружия на порядок выше, чем в схожих странах. В отличие от убийств с помощью ножей, бейсбольных бит и чего угодно другого. Так что мы не более склонны к насилию, чем остальные. Просто если уж дело до него доходит, мы убиваем».
