Откуда берут начало гостеприимство и отзывчивость

Однако историки-обществоведы, не отрицая этих черт, утверждают, что кровь здесь ни при чем. Казахи – такой же народ, как и все другие, и каких-то особых базовых моральных качеств, которые были бы заданы природой или Всевышним, у них нет.

– Культура, которой мы гордимся, – и правильно делаем – отношения внутри коллектива, традиции и обы­чаи, связанные с гостеприимством и родством, проистекают из особенностей экономики полукочевого хозяйства, – говорит доктор исторических наук Еркин Абиль. – То есть это было вызвано не имманентными чертами, с которыми потомки кочевников якобы рождаются. Особые отношения с окружающим миром и социумом формировались таким образом, чтобы можно было выжить в определенной среде.

Накопить большие богатства кочевник не мог. Да, в удачный год можно было стать владельцем тысячных табунов, но за ними кто-то должен ухаживать – пасти, доить кобылиц и т. д. Заставить бай никого не мог, у него не было для этого ресурсов. И чтобы не потерять свое богатство в один день, он, пока нет джута, пре­вращал свой материальный капитал в социальный – проводил мероприя­тия с обильными угощениями, играми и раздачей призов. Возможно, у него сердце кровью обливалось, видя, сколько лошадей и баранов зарезали для того или иного тоя, где завязались новые контакты, но без формирования образа жомарта – щедрого человека – в степи невозможно было выжить.

Из той же серии – любовь к тоям. По гостям казахи ездили, потому что таким образом воспроизводили и поддерживали социальные отношения.

Пословица о том, что узбек, разбогатев, строит дом, а казах – женится, тоже связана с реалиями степной экономики. Очередная женитьба и следующая за этим свадьба – это не сладострастие и желание получить еще одну женщину, а механизм перераспределения богатства и его превращения в социальный капитал через обретение новых связей и родство с еще одним степным кланом.

В итоге этот большой казахский социум – берем условно казахов, хотя у других ранних кочевников было то же самое – становился как бы одной большой семьей, где все друг с другом роднились.

У каждого казаха есть три категории родственников. Свои, то есть родня со стороны отца, нагашылар – родня матери и кайнжурт – родня жены. Так создается что-то типа сетевого маркетинга, охватывающего всю степь. При этом каждый человек должен был знать свое место в сложной степной иерархии, и для этого помнить всех своих предков до седьмого колена. Даже сейчас, когда заключаются браки, казахи первым делом спрашивают, из какого рода новый человек, который войдет в семью, хотя это уже реликт, въевшийся в кровь, плоть и культуру казахов.

– Таким образом, все наши обы­чаи – встреча гостей, щедрость, госте­приимство и поддержка родни – вытекали из структуры полукочевой экономики, направленной на перераспределение богатства в «разные корзины», – говорит Еркин Абиль. – И чем богаче был каждый отдельный представитель, тем зажиточнее были все, кто связан с ним в этой сети. Сейчас гостеприимство превратилось в обычай, а раньше это была норма, простой и понятный закон степи – достойно встретить и накормить путника. Если нарушить его, то гость имел право обратиться в суд биев, и хозяину могли назначить штраф.

Для легитимации этого закона появилась даже легенда о том, что прапредок казахов разделил свое имущество на четыре части, хотя сыновей у него было трое. Каждому из них он выделил по еншi (долю в наследстве), а четвертую часть разделил еще на три части. По завету отца за счет этой четвертой части братья должны были угощать друг друга. Если же нет, то, значит, гость не получил то, что по праву принадлежит ему.

Эта социальная модель развивалась, начиная со скифов, перешла к тюркам, а далее – к «92-племенным узбекам» Золотой Орды – традицион­ному генеалогическому списку, включавшему в себя названия большинства тюркских и некоторых нетюркских племен Центральной Азии и смежных территорий. Поэтому казахи не мыслили себя в какой-то другой социальной системе, и даже если самому было впору зубы класть на полку, лучшее он отдавал тому, кто остановился в его доме.

То есть щедрость и гостеприимство – это не перманентное свойство, присущее казаху от рождения, это результат развития нашей культуры. Со временем эти обычаи стали фактически юридической нормой, хотя у других народов культура основана на совершенно других экономических и исторических реалиях.