​​​​​​​Баланс защиты от информации и потребности в ней

Сенат на пленарном заседании, рассмотрев в двух чтениях проект поправок по вопросам защиты прав ребенка, образования, информации и информатизации, внес свои дополнения и вернул его в Мажилис. Если коллеги-мажилисмены согласятся с внесенными поправками, то они будут приняты Парламентом. О том, какие это поправки и почему Сенат их внес, рассказал заместитель председателя Сената Парламента РК Аскар Шакиров.

– В последнее время в СМИ и социальных сетях обсуждается ряд норм законопроекта, направленного в том числе на защиту детей от кибербуллинга. Чем обусловлены, на Ваш взгляд, данные поправки?

– Целесообразность принятия законодательных мер по защите детей от кибербуллинга была озвучена Главой государства в 2020 году в его Послании народу Казахстана. Основанием данной инициативы явилось прежде всего следование нормам Конвенции ООН о правах ребенка (статья 17), требующим от государств законодательной защиты ребенка от информации и материалов, наносящих вред его благополучию. Кроме того, Комитет ООН по правам ребенка, начиная с 2007 года, в своих Заключительных замечаниях рекомендует Казахстану «ускорить принятие нормативных актов, не позволяющих средствам массовой информации транслировать и публиковать материалы, которые могут отрицательно сказаться на психическом, социальном и эмоциональном развитии детей».

Согласно исследованию Нацио­нального центра общест­венного здравоохранения, каждый пятый казахстанский подросток от 11 до 15 лет становится жертвой или участником буллинга, и в 12% случаев это происходит в Интернете. Казахстан входит в первую десятку стран в мире по количеству детских суицидов, которым в известной степени способствует неконтролируемый интернет-контент, целенаправленно пропагандирующий насилие, жестокость и асоциальность.

Защита детей от кибербуллинга является практической реализацией президентской реформы в правозащитной сфере в дополнение к ранее принятым законам, в частности в сфере противодействия бытовому насилию, усиления ответственности за совершение преступлений в отношении несовершеннолетних, а также реализации права детей непосредственно обращаться в Комитет ООН по правам ребенка.

В контексте изложенного новеллы обсуждаемого законопроекта являются актуальными и своевременными, так как направлены на совершенствование правовой основы защиты прав ребенка.

– Могли бы Вы высказать точку зрения Сената по данному законопроекту?

– В ходе обсуждения законопроекта в Сенате депутатами был внесен ряд поправок, в связи с чем документ возвращен в Мажилис. Прежде всего нами было проанализировано действующее законодательство на предмет необходимости внесения в него тех или иных изменений. В частности, сенаторы предложили исключить из законопроекта нормы, касающиеся компетенции уполномоченного органа по определению порядка ограничения доступа к запрещенной информации, приостановления и возобновления доступа к интернет-ресурсам, размещающим такую информацию, так как данная компетенция регламентирована статьей 41-1 Закона РК «О связи».

Также предложено рассмат­ривать заявления по фактам кибербуллинга в отношении ребенка в рамках специальной экспертной группы в целях объективности и обоснованности при принятии соответствующих решений. Кроме того, внесена поправка, касающаяся обязанности законного представителя иностранной онлайн-платформы после получения предписания уполномоченного органа принять меры в течение 24 часов по удалению информации, признанной кибербуллингом в отношении ребенка.

Следует отметить то, что еще в ходе обсуждения законопроекта в Мажилисе ряд его норм был пересмотрен. В частности, норма по открытию филиалов или представительств иностранных социальных сетей и мессенджеров была изменена на назначение вышеупомянутого законного представителя, в связи с чем обязательная регист­рация филиалов иностранных онлайн-платформ в Казахстане исключена. Наличие таких представителей позволит им более оперативно взаимодействовать с уполномоченным органом в целях принятия необходимых превентивных мер и продолжения дальнейшей деятельности.

В настоящее время уже начаты переговоры с собственниками иностранных социальных сетей и мессенджеров с разъяснением всех положений законопроекта.

Это то, что касается наиболее спорных вопросов, обсуждаемых в обществе в связи с принятием данного закона.

– Какие механизмы предусмотрены законопроектом для защиты детей от кибербуллинга?

– Действующее законодательство предусматривает привлечение в частном или частно-публичном порядке к административной и уголовной ответственности за деяния, совершенные в виде буллинга или кибербуллинга. Для возбуж­дения дела необходимо заявление потерпевшей стороны в правоохранительные органы. В настоящее время у большинства граждан, в первую очередь детей, подвергшихся кибербуллингу в социальных сетях, нет достаточной возможности самостоятельно выявлять своих преследователей для подачи на них жалобы или иска.

Принимаемый законопроект в случае выявления в отношении ребенка фактов кибербуллинга предоставляет возможность обратиться с соответствующим заявлением не только в правоохранительные органы, но также и в уполномоченный орган (Министерство информации и общественного развития). С учетом внесенных сенаторами поправок данное заявление рассматривается экспертной группой в течение трех рабочих дней. В случае подтверждения фактов кибербуллинга уполномоченный орган, как я уже сказал, предписывает нарушителю принятие мер по удалению в течение 24 часов информации, признанной кибербуллингом в отношении ребенка.

– Могли бы Вы подробнее остановиться на правомерности вводимых законодательных норм, с точки зрения международной практики?

– Правомерность принятия мер против кибербуллинга в отношении детей обусловлена общепризнанными нормами международного права. Так, согласно пункту 3 статьи 19 Международного пакта о гражданских и политических правах, пользование правом на свободное выражение своего мнения «налагает особые обязанности и особую ответственность. Оно может быть, следовательно, сопряжено с некоторыми ограничениями, которые, однако, должны быть установлены законом и являться необходимыми для уважения прав и репутации других лиц и охраны государственной безопасности, общественного порядка, здоровья или нравственности населения».

По данному вопросу был проведен, как я уже сказал, всесторонний анализ международной практики. Кстати, данная прак­тика в целом не предусматривает разделения борьбы с кибербуллингом по возрастному, половому или иному отличию.

В контексте обсуждаемого казахстанского законопроекта следует отметить, что во многих странах, в том числе в Германии, Франции, Турции, функционируют филиалы иностранных социальных сетей и мессенджеров, либо назначены их представители для взаимодействия с уполномоченными органами.

– В обществе высказывается мнение, что предлагаемые законопроектом поправки могут препятствовать свободной деятельности социаль­ных сетей, мессенджеров и ограничивать свободу слова. Каково Ваше мнение по этому поводу?

– Предлагаемый законопроект направлен в первую очередь на оперативное реагирование по фактам кибербуллинга в отношении детей, обеспечение взаимодействия законного представителя иностранной онлайн-платформы и (или) сервиса обмена мгновенными сообщениями с уполномоченным органом в области средств массовой информации. Важно иметь в виду то, что порядок и основания приостановления работы сетей и (или) средств связи закреплен в действующем законодательстве, и данный механизм законопроектом не расширяется.

Принимаемые законодательные меры по защите детей от кибербуллинга вполне адекватны современным вызовам и угрозам, прочно обосновавшимся в киберпространстве. Никто не оспорит тот факт, что свобода слова в Казахстане практичес­ки безгранична, прежде всего в интернет-пространстве. Вместе с тем государство оставляет за собой право обеспечивать безопасность своих граждан, в том числе и в вышеуказанной сфере, на основе общепринятых международно-правовых норм.

В своем Послании народу Казахстана Президент Касым-Жомарт Токаев обозначил конкретные параметры построения нового государства. Они понятны и приняты большинством казахстанцев. Наша общая задача состоит в том, чтобы воплотить эти планы в жизнь и не допус­тить повторения трагических событий в нашей истории.