Бережно хранят память о Великой Отечественной войне сотрудники алматинского филиала Государственного военно-исторического музея Вооруженных сил РК, где собрано более десяти тысяч экспонатов

Из Казахстана ушли на фронт 1 млн 366 тыс. человек. Не вернулись более 600 тыс., почти каждый второй. Каждая жизнь – это судьба конкретного человека, и, поднимаясь в свою последнюю атаку, солдаты свято верили, что Родина их не забудет.

С этих позиций оценивает наше общее прошлое старший офицер по руководству алматинским филиалом Государственного военно-исторического музея Вооруженных сил РК Алуа Байкадамова, которая с полным правом относится к категории людей, которые называют себя наследниками Победы, – по возрасту, по духу, по восприятию жизни.

Она внучка легендарного генерала Героя Советского Союза Ивана Васильевича Панфилова. А ее мать, Валентина Ивановна, была его старшей дочерью. В 18 лет в составе 316-й стрелковой дивизии, которой командовал отец, она ушла на фронт, была лейтенантом медицинской службы, прошла всю войну, трижды ранена. Награждена орденами Отечественной войны I и II степени, орденом Красной Звезды и многими медалями. Валентина Ивановна никогда не пользовалась именем отца, посвятив всю свою послевоенную жизнь сохранению памяти о войне.

Это ее стараниями в советские годы в Алма-Ате в Доме офицеров появился первый военный музей, все экспонаты которого собирала сама Валентина Ивановна. А после ее ухода из жизни эту эстафету памяти подхватила дочь Алуа Бахытжановна. Не будучи профессиональным историком или музейным работником, она сумела создать музей, в котором собраны уникальные материалы, хранящие правду о тех траги­ческих и героических годах.

– Вся экспозиция музея вы­строена хронологически – от первых и до последних дней войны. Это защита Бреста, потом Московская битва, Ленинградская, Сталинград, Курск и так далее – до Берлина. Естественно, что мы делаем упор на участие во всех этих сражениях воинов из Казахстана, – рассказывает она.

За последние годы музей значительно разросся, пополнившись не только новыми экспонатами, но и раздвинув свои границы – сейчас его экспозиции расположены на двух этажах Дома Армии, что в Парке имени 28 гвардейцев-панфиловцев.

Подвиг панфиловцев

На первом этаже расположен зал, посвященный воинам Панфиловской дивизии.

– Меня порой спрашивают: почему именно панфиловцам отведен отдельный зал? – говорит Алуа Байкадамова. – На что я отвечаю: потому что они имеют на это право. Это первое воинское соединение, из сформированных в Казахстане, которое получило звание гвардейского. Кроме того, это единственное воинское соединение во время Великой Отечественной войны и второе за всю историю Красной Армии, которое было названо по фамилии первого командира.

Это единственное воинское сое­динение, в котором сразу 28 человек получили звание Героев Советского Союза, а 11 снайперов были награждены орденом Ленина. Это единственная дивизия, которая, не будучи кадровой, разбила под Москвой четыре кад­ровые дивизии врага!

Первый памятник, который был поставлен еще во время войны, в ноябре 1942 года, в городе Фрунзе (ныне Бишкек), был памятником генералу Панфилову. Марш восьмой гвардейской Панфиловской дивизии звучал на параде Победы на Красной площади в 1945 году.

Генерал Панфилов – единственный из командиров, который был удостоен всех воинских почестей при прощании. Он погиб 18 ноября 1941 года во время боя у деревни Гусенево под Моск­вой. А уже через несколько дней, 23 ноября, 8-я гвардейская дивизия получила имя командира, стала Панфиловской.

На похоронах Панфилова присутствовали все маршалы, а ведь это было 21 ноября 1941 года. В почетном эскорте на лафете гроб с его телом провезли через всю Москву до Новодевичьего кладбища. Это была дань уважения не только выдающемуся полководцу, но и всем бойцам, кто с ним служил, кто отстоял Москву. Звания Героя Советского Союза Иван Васильевич Панфилов был удостоен посмертно.

Обидно, что о панфиловцах сегодня знают очень мало – как правило, лишь о подвиге 28 гвардейцев, еще вспоминают Бауыржана Момышулы. На самом деле история Панфиловской дивизии под Москвой только началась. В 1942 году при ликвидации Демянского котла панфиловцы наголову разбили эсесовскую дивизию «Мертвая голова», 11-ю саксонскую танковую дивизию, за что дивизия была награждена орденом Ленина.

А в апреле 1945 году в боях за Ригу в окружение попали два ее полка. Узнав об этом, Гитлер стянул туда крупные части, чтобы уничтожить панфиловское соединение. И очень правильно поступил тогда командир дивизии, который попросил разрешения сразу не прорываться из окружения, потому что это было чревато большими потерями. Они сделали это позже, через две недели, не потеряв ни одного бойца!

Многочисленные посетители музея, особенно молодежь, с большим интересом рассматривают макет штаба генерала Панфилова, воспроизведенный по описанию, которое оставил в своих воспоминаниях Бауыржан Момышулы. По сути, это деревянный блиндаж, посередине которого – сколоченный из досок стол, на нем керосиновая лампа, рядом разложены военные карты, есть даже папиросные окурки в блюдечке…

Здесь же – огромная диорама с изображением боя. Рисунок был сделан несколько лет назад по заказу музея в московской Академии военных художников им. М. Б. Грекова.

– Раньше этот зал был посвящен Московской битве, что было не совсем точным, потому что все документы, представленные в нем, рассказывали о Панфиловской дивизии, которая сначала называлась 316-я стрелковая, а после гибели командира дивизии генерал-майора Панфилова была преобразована в 8-ю гвардейскую стрелковую дивизию, поэтому сейчас этот зал называется – Восьмая гвардейская. А сама Московская битва у нас представлена в другой экспозиции, которая размещена в зале на втором этаже, – рассказывает Алуа Байкадамова. – Как известно, на защите Москвы стоя­ли пять воинских соединений, сформированных в Казахстане: Волоколамским боевым участком командовал генерал Панфилов, командир 316-й стрелковой дивизии, а Малоярославецким – командир 312-й стрелковой дивизии полковник Науменко. Эта дивизия формировалась в Актюбинске.

Но при этом мало кто знает, что 316-й дивизии были приданы два полка из училища имени Верховного Совета, так называемые кремлевские курсанты, равно как 312-й стрелковой дивизии были приданы два полка подольских курсантов, о которых не так давно снят фильм, но, к сожалению, там об этом ничего не сказано. Поэтому молодым людям надо узнавать правду о войне по до­кументам, которые хранятся в том числе в музеях, а не по художественных фильмам, где порой идет искажение истории.

Вот сейчас опять стали будировать тему 28 гвардейцев-панфиловцев – был подвиг или нет? А вы зайдите в музей и посмотрите документы, они не врут. Говорят, что, мол, количество бойцов названо неверно, на самом деле их было не 28. Но разве это главное? Главное – то, что был подвиг, и этот подвиг был массовым. Дело в том, что до сих пор многие материалы еще закрыты, когда их откроют, мы узнаем все в подробностях.

Мы рады, что хоть и через много лет, но справедливость торжествует. Скажем, в прошлом году Президент Токаев посмерт­но присвоил звание «Халық Қаһарманы» нашему знаменитому снайперу, старшему сержанту Тлеугали Абдыбекову, который уничтожил 397 фашистов! О нем у нас рассказывает специальная экспозиция. Он уроженец Жарминского края, но призывался из Туркестана.

10 марта 1943 года Тлеугали был ранен, из госпиталя вернулся в свою часть, а в феврале 1944 года получил смертельное ранение. Похоронен на братском воинском кладбище в деревне Монаково Псковской области...

Знамя Победы

– У нас в музее очень хорошая экспозиция о боях за взятие Берлина, – продолжает Алуа Байкадамова. – До сих пор спорят, где же водрузил знамя наш Рахимжан Кошкарбаев? Есть исторически подтвержденный факт, что лейтенант Кошкарбаев и красноармеец Булатов водрузили знамя над главным входом в Рейхстаг. Вот специальная экспозиция, посвященная взятию Берлина. А вот макет знамени, которое водрузил Кошкарбаев. У нас хранятся и его воспоминания о тех днях.

30 апреля 1945 года, когда советские войска подступили к Рейхстагу, лейтенанта Кошкарбаева, который был командиром 1-го стрелкового взвода 674-го стрелкового полка 150-й стрелковой дивизии, вызвал командир батальона Василий Давыдов.

«Комбат Давыдов подвел меня к окну. «Видишь, – говорит, – Рейхстаг? Подбери нужных людей, будешь водружать флаг». И передал мне темный, довольно тяжелый сверток – флаг, завернутый в черную бумагу. С группой разведчиков я выскочил из окна. Вскоре нам пришлось залечь. Начался сильный огонь. Возле меня остался один боец. Это был Григорий Булатов. Мы лежали с ним возле рва, заполненного водой. «Давай поставим свои фамилии на флаге», – предложил я ему. И мы химическим карандашом, который у меня оказался в кармане, написали: «674-й полк, 1 б-н». И вывели свои имена: «Л-т Кошкарбаев, кр-ц Булатов». Мы тут пролежали до темноты. Потом началась артподготовка, и с первыми же выстрелами мы подбежали к Рейхстагу».

250 метров до Рейхстага они ползли семь часов под шквальным огнем! При этом надо учесть, что военный совет 3-й ударной армии, которая первой оказалась в центре Берлина, учредил девять штурмовых знамен по числу дивизий, которые входили в состав армии. А знамя 674-го полка, входящего в 150-ю стрелковую дивизию, было неофициальным, поэтому флаг, водруженный Кошкарбаевым, сделали из красной немецкой перины. Тем не менее знамя 150-й дивизии официально считается Знаменем Победы, потому что бойцы именно этой дивизии первыми ворвались в Рейхстаг и водрузили флаг над его куполом.

Тогда за совершенный подвиг командование полка представило лейтенанта Кошкарбаева и красноармейца Булатова к званию Героя Советского Союза, но золотые звез­ды они не получили. Кошкарбаев был награжден орденом Красного Знамени. На долгое время подвиг этого отважного воина оказался забыт, и лишь 7 мая 1999 года Указом Президента Казахстана ему посмертно была присвоена высшая степень отличия – звание «Халық Каhарманы».

Связь в бункер Гитлера

Многие помнят фильм «Осво­бождение» Юрия Озерова, там есть фрагмент, когда боец, которого играет Леонид Куравлев, получает задание протянуть линию связи в бункер Гитлера. Но мало кто знает, что прототипом этого героя был уроженец Алма-Аты, старший сержант Михаил Коробов, о котором тоже рассказывают документы военного музея.

Примечательная деталь: на фронте у Коробова было прозви­ще «Алма-Ата» по названию его родного города, и ему действительно пришлось выполнять приказ генерала Чуйкова – установить телефон в немецкой Рейхс­канцелярии. Туда его сопровождал немецкий полковник с белым флагом, к тому времени Гитлер уже покончил с собой, и немцы, по сути, капитулировали.

Вот как об этом вспоминал Коробов: «Вошли в вестибюль, а потом лестница повела в подземелье – в бетонированный подвал Рейхсканцелярии. Тускло освещенный коридор. Сюда сползлись много раненых солдат и офицеров. Лежат сплошь головами к стенке, ногами к узкому проходу. По коридору то и дело бегают фашисты, наступая на раненых, те кричат, корчатся от боли.

Мне указали небольшую комнатку, где установить телефон. Там стояли маленький столик и стул. В дверь комнатки то и дело заглядывали фашисты и с удивлением смотрели на меня. Дескать, как он сюда попал?»

Коробов просидел в бункере с семи утра первого мая до вечера, пока его не отозвали. Когда он возвращался, по нему дали пулеметную очередь, но бойцу удалось добежать до своих. «Ну, Коробов, – говорили ему, – видно, ты в рубашке родился».

Михаил Коробов был награж­ден двумя орденами Отечественной войны II степени, орденом Красной Звезды, медалью «За отвагу», «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг.» и другими.

– Есть в нашем музее и такой экспонат – фотография, которая была сделана весной 1945 года. На ней – молодой Герой Советского Союза Сагадат Нурмагамбетов, а рядом с ним – Муса Днишев, отец известного певца Алибека Днишева, который служил в редакции газеты оккупационных советских войск в Берлине, и ему было поручено взять интервью у Нурмагамбетова. Кстати, Муса Днишев был политруком пулеметной роты и под Сталинградом водил бойцов в атаку, – говорит Алуа Байкадамова.

У нее много задумок, в том чис­ле и намерение сделать «живой музей», чтобы экспонаты были представлены в 3D-формате: летали самолеты, шли танки, грохотали взрывы... Так посетители сразу будут погружаться в атмосферу того времени.

– А чтобы молодежи и сейчас было интересно, я им даю информацию, которую называю «крючочками», которые цепляли бы за душу. Например, предлагаю девушкам поставить таймер сотовых телефонов на 40 секунд, и когда у кого-то он начинает пикать, говорю: «Тебя уже убили…» Ведь средняя продолжительность жизни санинструктора в 1941–1942 годах была всего 40 секунд!

Нынешние молодые не могут приподнять пулемет «Максим», а я говорю: «А теперь представь, что ты девушка, что на тебе промерзлая шинель, кирзовые сапоги, что на тебе винтовка, боеприпасы, и ты осталась одна – вокруг все убиты, а тебе надо перебираться от одного пулемета до другого, и ты знаешь, что ты тоже погибнешь». И вот тут у многих на глазах появляются слезы. Но ведь если эмоционально все это не прочувствовать, не пропус­тить через сердце, грош цена нашей экскурсии, – убеждена Алуа Байкадамова.

В музее всегда много посетителей, особенно в майские праздничные дни. Много молодежи, иностранных гостей, и один из них оставил в книге отзывов такую запись: «Посещение вашего музея перевернуло наше сознание». Это действительно так, потому что война длиною в четыре нескончаемых года поистине была эпохой в мировой истории – по неистовости страданий и ненависти к врагу, по числу жертв и подвигов. Это была грандиозная битва политиков, военных стратегов и рядовых многих стран мира, в которой наши солдаты стали победителями.