История одной семьи

В 2012 году учеными Института истории государства МОН РК была выпущена книга «Правда о голоде 1932–1933 годов». В ней исследователи дали обстоятельный анализ политико-правовых основ коллективизации сельского хозяйства.

В 2017 году вышла совместная монография автора этой статьи с учеными Еркешем Нурпеисовым и Алимой Ауанасовой «Смутное время. Неизвестные страницы известной истории», где были показаны идеологичес­кие и теоретичес­кие воззрения лидеров партии большевиков, ход установления их власти в Казахстане, стиль и методы руководства.

Теория ненависти

Мы исследовали такие политические постулаты, проповедуемые партией коммунистов, как «отрицание частной собственности», «деление людей на классы», «враг народа», «контрреволюция». Из миллионов семей, пострадавших в годы коллективизации, мы выбрали только одну, чтобы объяснить людям, как и почему произошла трагедия народа.

Первым свидетелем судьбы семьи Альти стал известный советский писатель Сабит Муканов. В своем романе «Школа жизни» он довольно подробно описал хозяйство Альти Барлыбаева, его семью и сыновей.

Альти, как отмечает сам писатель, в прежние годы был миллионером в степи. При всем том писатель отмечает деловую хватку Альти и его сыновей Садуакаса и Сейтака, умение вести добротное хозяйство. Были у него «батраки», по терминологии советской идеологии. Тогда еще молодой Сабит Муканов со своими спутниками переночевал в доме радушного хозяина.

И такие семьи, как семья Барлыбаевых, умеющие вести хозяйство и дающие работу окружающим, советская власть решила уничтожить как «экс­плуататорский класс», как целую социальную группу.

Лидеры большевизма, соглас­но основам теории марксизма-ленинизма, считали зажиточный слой крестьянства не только «консервативной» и «отсталой», но и препятствующей строительству социализма во всей стране категорией людей.

По указанию центра, то есть ЦК ВКП(б), весной 1928 года Нар­комземом и Колхозцентром РСФСР (Казахстан тогда был автономией в составе России) был разработан план вовлечения крестьянства в колхозы на 1928–1932 годы. 14 марта 1928 года Президиум Всероссийского центрального исполнительного комитета принимает постановление «О лишении права на землепользование и проживание в местах постоянного жительства крупных баев и скотопромышленников с семьями, имеющих 100 голов скота, ханских потомков, не­сменяемых и получивших награды волостных управителей, представителей духовенства».

На основании решений партийных комитетов и советского правительства в спешном порядке стали разрушаться единоличные хозяйства и соз­даваться колхозы. В отношении имущих слоев начались гонения. Старт коллективизации в Казахстане, видимо, был дан специальной телеграммой сек­ретаря Казкрайкома ВКП (б) Филиппа Голощекина в ЦК ВКП (б) «О решении комфракцией КазЦИКа о проведении конфискаций».

Как видно из документов, политика коллективизации шла параллельно с курсом конфис­кации имущества зажиточных крестьян.

Уже 27 августа 1928 года выходит постановление ЦИК и СНК Казахской АССР «О конфис­кации байских хозяйств», где указывается на необходимость провести в Казахской АССР изъятие имущества у баев.

Во исполнение прежних постановлений выходит постановление ЦИК и Совнаркома Казахской ССР «О выселении крупных скотоводов». Спешно составлялись и списки так называемых баев, и кулаков, подлежащих конфискации. Власть при этом не делила людей по национальностям: гонениям подвергались казахи, русские, украинцы, узбеки и татары.

Постановление пестрит политическими лозунгами «освобождения бедняцких слоев от политической зависимости», «поднятия уровня культурно отсталых национальностей», «уничтожения полуфеодальных патриархальных и родовых отношений», «советизация аула». Через два дня, то есть 30 августа 1928 года, СНК КазАССР принимает постановление «Об определении районов вселения лиц, подлежащих выселению», в котором указывает на необходимость выселения кулаков, проще говоря, имущих слоев.

Жертвы коллективизации

В течение очень короткого периода 1928–1929 годов Правительство СССР и партийные комитеты принимают срочные постановления о выселении кулаков, массовом создании колхозов. Осенью 1928 года был издан специальный Декрет о конфискации имущества крупных баев. Заметно, что все делается в страшной спешке, как будто шла война со страшным врагом. А ведь эти крестьяне составляли костяк сельских тружеников.

Возможно, из-за начавшихся притеснений советской власти Альти Барлыбаев умер в 1925 году. Но его дети и внуки полностью подпали под эти ужасные постановления об изъятии, конфискации и выселении зажиточных крестьян, принимаемых властями.

Подзаконных актов было много, например, только по трем округам – Акмолинскому, Петропавловскому и Семипалатинскому – в результате применения 107-й и 61-й статей УК РСФСР были осуждены 31 120 человек и привлечены к административной ответственности 22 307 хозяйств. Кроме того, было взыскано штрафов и изъято имущества более чем на 23 млн рублей, конфисковано скота – 53,4 тыс. голов, хлебных запасов – 631 тыс. пудов, различных строений – 258 единиц.

Этой политикой власти намеренно уничтожали наиболее энергичных и дееспособных граждан, которые как раз мог­ли поднять село.

Истребив и изгнав наиболее подготовленных людей из села, а остальных загнав в колхозы, советская власть породила трагедию крестьянства и страшный голод, унесший миллионы жизней как в Казахстане, так и в России, и в Украине.

В Казахстане с 1930 по 1932 годы, буквально в течение двух-трех лет, от голода погибло более 2 млн человек. Многие люди, уже оставшиеся без средств к существованию, покинув создаваемые колхозы и артели, стали спешно переезжать – кто в Китай, кто в Узбекистан, а кто – в сопредельные области России. Часть из них стали рабочими крупных станций, заводов или фабрик.

По воспоминаниям Сермагамбета Барлыбаева – внука Альти (это о нем писал Сабит Муканов), их семью подвергли конфискациям осенью 1928 года, прямо на зимовке, где располагалась семья. Таким образом, семья Альти Барлыбаева стала непосредственной жертвой коллективизации.

Подчеркнем, что никакого нарушения они не совершали, чужих вещей не крали. Их просто арестовали только как представителей зажиточных слоев, приписав им надуманное название «бай-кулак».

Путь испытаний

В фондах Северо-Казахстанского архива потомками Барлыбаева-Альтиева обнаружен протокол осмотра и описи имущества, принадлежащего граж­данину аула № 2 Тонкерейского района Альтиеву (Кокенову) Сайт-Ахмету. Как видно из описи, богатств у семьи не было. Простые односельчане, в том числе и русская женщина, подрабатывающая у них на дому, с возмущением встретили решения властей и поддерживали большую семью Барлыбаевых.

Семья Альти Барлыбаева подлежала выселению в Актюбинскую область. Их вместе с маленькими детьми, без вещей привели на станцию Макушино Курганской области и погрузили в железные вагоны. В числе выселенных оказались 12 человек: отец Садуакас, его жена Кулжамал, сын Саруар, дочери Малика, Кагида, младший брат Сейтахмет с женой Маржан и их детьми, Сабыр, Сермагамбет, Алмагамбет, Ануар и дочь Кабиба. Из Тонкерейского района в этот вагон переселяемых были погружены Рамазанов Абылай, брат Рамазанов Мухаметжан, Арбабаев Абдир и Жакып Кошкин.

Некогда обширный двор Барлыбаевых опустел. Весь скот был конфискован, часть передана в колхозы, которая, видимо, там же и пропала.

В вагонах было страшно холодно, женщины и дети слегли от болезней, и только печь буржуйка, добытая мужчинами на одной из станций, поддерживала жизнь. Через пять дней их выгрузили в одном из чужих сел, недалеко от станции Каратогай Актюбинской области.

Выселенных поселили в холодных домах без окон и дверей, совершенно не пригодных к зиме. Еще больше репрессированных угнетало отношение к ним местного населения. Оболваненные пропагандой партийных органов, местные жители относились к ним как к врагам.

Мне приходилось видеть в архивах много документов такого рода. Партийные комитеты, органы ОГПУ-НКВД заранее информировали места, куда прибывали раскулаченные или, например, депортированные народы, шифрованной теле­граммой: будьте осторожны и бдительны, к вам прибывают опасные лица – террористы, убийцы.

От тяжелейших условий жизни умерли Алмагамбет и Ануар. Как говорится, беда не приходит одна, и вскоре сгорел и этот несчастный дом, оставив выселенных совсем без жилья и теплой одежды. Местные органы никакой помощи им не оказали. Вскоре переселенцы добились перевода их в поселок Жайсан. Жизнь стала несколько легче, и там же Малика вышла замуж за местного парня по имени Манап. Но Манап вскоре был призван на войну, откуда не вернулся.

В 1933 году, через пять лет, каким-то образом семье Барлыбаевых разрешили выезд из мес­та поселения. Но возвращаться домой было очень опасно, так как там все еще шла охота на «байско-кулацкие элементы». На семейном совете было принято решение переселиться в Тюменскую область России, географически близкую к Казахстану.

В новых местах на переселенцев особого внимания не обращали. У всех были свои заботы. Да и людей было очень мало в лесу. Вскоре семья несколько окрепла. В 1938 году казахи из окрестных сел решили собраться вместе и создать объединение. В духе атмосферы тех времен этот колхоз был назван Парижской коммуной. Да, это так, казахский колхоз в глуши безбрежной тайги был назван таким необычным именем.

Но районное начальство начало преследовать новых «коммунаров», и вскоре колхоз распался. В 1939 году в возрасте 48 лет умер глава семьи Сейт­ахмет. В 1940 году умерли от болезни сначала Малика, а затем и Кабиба.

Семьи раскулаченных мог­ли в любой момент попасть в жернова новых репрессий. И возможно, поэтому они часто меняли место жительства. И только тоска по родным местам и обида на несправедливость истощали душу.

В 1946 году семья полностью переехала в село Дроновка, а в 1948 году вернулась в Тюмень, на территорию аула Кызыл Ту. И уже после смерти Сталина, после 20 лет вынужденной высылки семья Барлыбаевых смогла вернуться в Казахстан. И даже после развенчания культа личности советская власть не вернула им хозяйство и не сняла клеймо репрессированных.

И все же крепкой духом оказалась семья Альти Барлыбаева. Что интересно, Сабит Муканов пишет, что он видел его сыновей в 60-е годы, уже после всех ужасов депортации и преследований.

После падения советской власти Барлыбаевы-Альтиевы стали организаторами новых рыночных хозяйств в области.