Казахстанские биотехнологи научились распознавать штаммы зоонозных и особо опасных инфекций (ООИ) по их географии – местные они, завозные или же это биооружие

Как сообщила начальник управления инновационных технологий научного центра Алтын Рысбекова, кластерные анализы в Казахстане проводятся не первый год, но лаборатория, о которой идет речь, стала единственной в нашей стране, где можно изготовить диагностические препараты, которые сразу могут идентифицировать штаммы ООИ первой группы опасности.

Этот процесс, по ее словам, был ускорен пандемией COVID-19. Если раньше геномное секвенирование делалось фрагментарно, то появившийся после пандемии в ННЦООИ им. М. Айкимбаева единый секвенатор для нескольких лабораторий позволяет распознавать штаммы зоонозных (передающихся людям от животных) и особо опасных инфекций по их географии – завозные они или же из очага, расположенного на территории Казахстана.

– Секвенирование по кластерам позволяет делать статистический или информационный анализ, исследующий количественные, качественные и географические характеристики штамма, – говорит ученый. – Для сравнения можно взять еще совсем недавно считавшийся особо опасной инфекцией SARS-CoV-2 (COVID-19). Сейчас его перевели из второй в третью группу опасности, и теперь это просто опасная инфекция из категории завозных.

Алтын Рысбекова напомнила, что на тот момент, когда мир узнал об этой инфекции, еще ни одна страна не была эндемичной (географически расположенной) именно для этого вида коронавируса. Позже благодаря секвенированию начали распознавать другие варианты SARS-CoV-2, появляющиеся в разных странах. Так как они не подходили ни одному из известных кластеров, новым штаммам одной и той же инфекции стали давать разные названия – «альфа», «бета», «дельта», «гамма» и «омикрон».

Сейчас специалисты научного центра им. М. Айкимбаева занимаются разработкой тест-систем на основе полимеразной цепной реакции (ПЦР) для диагностики чумы, туляремии, холеры, конго-крымской лихорадки и такой смертельно опасной инфекции, как ГЛПС (геморрагическая лихорадка с почечным синдромом), которая в основном выделяется в Туркестанской области, но пока только у животных или же в окружающей среде.

– Когда происходит вспышка той или иной инфекции, то благодаря возможностям новой лаборатории в течение двух-трех суток мы можем определить, откуда она по­явилась – с трансграничных территорий (Кыргызстана или России), собственного очага или же это биооружие, – утверждает Алтын Рысбекова. – Кстати, что касается COVID-19, то многие предполагали, что это лабораторный штамм, но потом все-таки ученые из разных стран доказали с помощью секвенирования, что он имеет природное происхождение. Клас­теры на каждую инфекцию идут по отдельности в зависимости от региона, но за счет секвенирования мы можем отличить музейные (коллекционные) штаммы животных, полученные из одного очага, к примеру, в середине прошлого века, от свежих.

Особое внимание в новой лаборатории уделяется чуме, по которой Казахстан является самой эндемичной, то есть опас­ной территорией в СНГ: ее природные очаги имеются на 40% территории страны. Но казах­станские зоологи и эпидемиологи, как сообщила Алтын Рысбекова, каждый год проводят эпизоото­логический и эпидемиологичес­кий мониторинги для недопущения распространения этой смертельной инфекции.

Завозных случаев, связанных с распространением чумы, за годы независимости в Казахстане, по ее словам, не было ни разу.

– Были только свои, местные, с которыми мы уже научились бороться, – сказала она. – В Казахстане, напомню, есть своя противочумная вакцина, которая разработана и производится в стенах научного центра им. М. Айкимбаева.