Неуловимый Интернет

Депутат Суиндик Алдашев напомнил коллегам, что в стране были приняты различные программы – и «Информационный Казахстан-2020», и «Цифровой Казахстан»,­ и национальный проект «Технологический рывок за счет цифровизации, науки и инноваций», – которые ставили целью улучшить качество жизни населения через внедрение цифровых технологий и создание цифровой экономики будущего.

– В настоящее время данные стратегические документы утратили силу. В этих программах были определены хорошие целевые индикаторы, однако, вопреки ожиданиям, их реализация не дала ощутимых результатов и мультипликативного эффекта на развитие экономики страны. На их реа­лизацию были направлены значительные средства из рес­публиканского бюджета. Был ли проведен детальный анализ и оценка итогов реализации вышеуказанных программ? Каковы конкретные результаты их реализации? – задался вопросами сенатор.

Дать ответы на эти вопросы в Сенат пришел министр цифрового развития, инноваций и аэрокосмической промышленности (МЦРИАП) Жас­лан Мадиев. Он представил свою картину положения дел в сфере цифровизации и она, судя по его докладу, оптимистичная, а укрепление позиций Казахстана на мировом рынке серверных и вычислительных мощностей будет достигнуто путем строительства Центра обработки данных (ЦОД) ни много ни мало – мирового уровня!

– Это позволит нам интегрироваться в мировую цифровую экономику, способствовать долгосрочному росту страны, – уверен глава Минцифры.

Тогда сенаторы стали задавать дополнительные вопросы. Андрей Лукин, очевидно, не вдохновившись представленной картиной, спросил, почему в стране день ото дня возрастает угроза кибератак и утечки данных.

Жаслан Мадиев проблему признал. Рассказал, что готовятся законодательные инициативы по защите людей от цифрового мошенничества. Например, возвращение номерного фонда государства, чтобы можно было через е-Gоv оформлять биометрию при получении сим-карты и номера, а также ограничение количества сим-карт на одно лицо. Налаживается сотрудничество с мессенджер-платформами, с такими компаниями, как Telegram, Meta.

Вопрос цифровой гигиены никто не отменял, уверенно заявил министр. Сенаторы не стали ему возражать. В 2018 году распоряжением Премьер-министра в министерствах были введены должности вице-министров, ответственных за цифровое обеспечение, автоматизацию процессов. И вот на дворе 2024 год, а введение отдельных вице-министров по цифровым реформам и преобразований, судя по статистике, на социально-экономическое развитие никак не повлия­ло или повлияло ничтожно мало.

– Как Вы лично оцениваете эффективность работы института цифровых вице-министров после плачевных, на мой взгляд, показателей, есть ли результаты? – спросил сенатор.

Жаслан Мадиев констатировал, что каждый вице-министр ведет значимые цифровые проекты, запускает их в эксплуатацию. Например, по линии Министерства труда и социальной защиты населения запущены цифровые центры занятости, через которые уже трудоустраиваются 35 процентов безработных в год. По линии Министерства внутренних дел система видеонаблюдения помогла выявить более 70 процентов правонарушений в общественных местах. По линии Министерства юстиции внедрена система, исключающая физический поход к нотариусу.

Ответ главы Минцифры прокомментировал спикер Сената Маулен Ашимбаев.

– Действительно, миллиарды, триллионы выделяются на цифровизацию на протяжении последних лет, но какой от этого эффект в экономике, как это сказывается на уровне жизни людей, на качестве жизни? Цифровизация – это же не самоцель, это инструмент. Инструмент для чего? Для того, чтобы прежде всего эффективно развивалась экономика через цифровизацию, бизнес-процессы предприятий, для предоставления соответствующих услуг через «одно окно» инвесторам, чтобы в целом экономика развивалась, – сказал Мау­лен Ашимбаев.

Он напомнил, что цифровизация должна была оптимизировать социальные расходы. На деле до сих пор есть вопросы с интеграцией баз данных получателей социальных пособий, в результате до сих пор неясно, кто реально нуждается в со­циальных выплатах.

Второй вопрос, отметил спикер, связан с оптимизацией государственных расходов, повышением эффективности средств, которые тратятся из государственного бюджета. Цифровизация – это инструмент и для обеспечения безопасности людей, повышения качества жизни людей, доступа к информации, получения услуг. Каковы результаты по этим направлениям – большой вопрос. Маулен Ашимбаев привел данные, что оцифровка инвестиционной сферы должна была привести к росту инвестиций. По факту же уровень инвестиций в стране падает.

– Экономический рост шесть процентов, то есть задачу, поставленную Президентом, мы обеспечили? Пока не обеспечили. Оптимизировали социальные расходы? Нет, они растут. Обеспечили качественный интернет на селе? Нет, не обеспечили. Зачем нам сухие цифры, если из того, что говорят граждане, что мы сами видим, следует, что прорыва не произошло? Насколько цифровизация способствует решению проблем? Мы можем это как-то просчитать, посмотреть и повысить эффективность средств, которые направляются на цифровизацию? А средства направляются немалые. Насколько эффективно мы тратим средства на цифровизацию и какой эффект они дают для жизни людей в нашей стране, экономического роста, привлечения инвестиций, развития малого и среднего бизнеса, сокращения ненужных расходов, оптимизации социальных расходов? – задался воп­росом Маулен Ашимбаев.

Резюмируя свое видение развития цифровизации, спикер Сената задал, пожалуй, «главный вопрос современности». Можно много говорить о цифровизации, центрах обработки данных мирового уровня, но если в селах, а где-то и в городах, для того, чтобы «поймать» Интернет, люди вынуждены искать возвышенности или подниматься на крыши домов, о какой цифровизации можно говорить?