От Абая до Шамши

12 апреля 2019 г. 8:34

Чингиз Ташенов, Акмолинская область

– А по-другому, наверное, и быть не могло, ведь с самого детства казахский язык, по сути, был для меня родным, – говорит он. – В августе 1941 года моя бабушка со своими пятью детьми, как и другие тысячи немцев Поволжья, была депортирована в Казахстан. Здесь, в селе Баянаул Энгельсовского, а позднее Джамбульского района Северо-Казахстанской области, их встретили местные жители, без помощи и поддержки которых ссыльным людям просто невозможно было бы выжить. А знаю я об этом со слов младшего брата нашей бабушки Данилы Даниловича Шлейдера, который нам рассказывал о том, как в те тяжелые годы кров и пищу им предоставила семья Таласа Исабековича Калина. Он говорил, что мы по гроб жизни должны быть обязаны этой семье, всем казахам, спасшим депортированных немцев от верной смерти, нищенского существования, и об этом нам никогда нельзя забывать…

Наша беседа с Андреем Штиром состоялась в сельском кафе вместе с акимом Кусепского сельского округа Беркенде Бекболатовым. Разговор начался с вкусной темы про еду.

– Как и все казахи, я люблю конину, казы и карта, и хотя в своем хозяйстве мы с женой не держим лошадей, но каждый год покупаем согым и просто не мыслим без этого мяса свой обеденный стол, – говорит Андрей Адамович. – В Баянауле я окончил казахскую школу и среди моих одноклассников в основном были казахи и татары. После школы работал там электромонтером, а потом меня призвали в армию, я служил на Дальнем Востоке в войсках ПВО.

А потом наша семья переехала сюда, в Куропаткино, но о родных местах я никогда не забываю, скучаю по ним и по возможности стараюсь бывать там. Раньше в Баянауле было 240 дворов, а сейчас осталось примерно 60. Там на мусульманском кладбище рядом с казахами и татарами похоронена моя мама, другие родственники. А вот мой отец умер у себя на родине, в Саратовской области, куда уехал сразу после выхода на пенсию, но прожил только 63 года. В нашей семье было 11 детей, 8 братьев и 3 сестры, из которых осталось семеро, у меня сегодня 4 брата и 2 сестры. А когда я навещаю могилу матери, мулла читает над ней аят, мусульманскую заупокойную молитву, хотя я христианин…

– А почему вы, как многие другие ваши соплеменники, в свое время не уехали в Германию? – задаю ему вопрос, который обычно сам собой напрашивается в общении с местными немцами.

– А что там мне делать, как там жить? – отвечает вопросом на вопрос Андрей Адамович. – Здесь моя родина. Здесь я чувствую себя вполне комфортно, ведь мой дом – это Казахстан. Нет, никогда у меня не возникало такого желания, как и у моих домочадцев тоже. Хотя туда уехал брат моего отца, живут жены моих покойных братьев. Семья моя интернациональная, супруга Римма – башкирка по национальности, у меня три сына – Денис, Андрей и Михаил. Старший сын пока холостой, а младшие имеют свои семьи, подарили нам трех внучек, и старшая Элла живет с нами, ее мы с женой оставили у себя, ведь для бабушки и дедушки, что ни говори, внуки слаще детей…

Аким сельского округа Беркенде Бекболатов раньше много лет работал учителем физкультуры в куропаткинской средней школе, а потому хорошо знает детей из этой семьи.

– Все сыновья Андрея Адамовича учились очень хорошо, во многом были примером для своих сверстников, дружили со спортом, всегда защищали честь школы и района на различных соревнованиях, особенно по волейболу, – вспоминает Беркенде Нургасымович. – Но главное, что они отлично знают казахский язык, обычаи и традиции нашего народа, при этом неоднократно завоевывали награды на олимпиадах по государственному языку. К примеру, Андрей во время учебы в Красноярском агротехническом колледже занял первое место в областной олимпиаде. Вообще семья эта в селе считается образцовой, и это я уже говорю вам как аким округа, а не как школьный учитель.

– А я помню, что когда мы переехали в Куропаткино, то наши дети в первое время, приходя с улицы домой, жаловались на то, что дети здесь разговаривают по-русски, а не по-казахски, и даже просили увезти их обратно, – со смехом вспоминает Андрей Адамович. – Мой сын Андрей женат на казашке, ее зовут Майра, у них растет дочка Аделина, наша горячо любимая внучка. Живут они в Зеренде, где сын работает инженером, находится на хорошем счету у начальства. Денис же, как я, работает у нас механизатором, а младший сын Михаил живет в Кокшетау, работает наладчиком на заводе по производству кирпича, он с женой растит нашего внука. В общем, все у нас, слава богу, хорошо, а потому уезжать из Казахстана мы не собираемся.

– А я не могу не сказать о том, что свадьбу Андрея и Майры Андрей Адамович провел по казахским обычаям, с беташаром и прочими церемониями, – вступает в нашу беседу аким села. – Со своими казахскими сватами семья Штир живет дружно, они хорошо общаются, ездят друг к другу в гости на ет.

На вопрос о том, читает ли он книги, журналы и газеты на казахском языке и поет ли казахские песни, Андрей Штир отвечает утвердительно.

– Конечно, правда, сейчас у меня возникли проблемы со зрением, и поэтому теперь я больше смотрю телевизор и слушаю радио, – смущенно признается Андрей Адамович. – Из классиков предпочитаю великого Абая, люблю его стихи и, конечно, преклоняюсь перед его мудрыми «Словами назидания». Также очень люблю и знаю песни Шамши Калдаякова, но голоса и слуха у меня нет, так что по этой причине не пою. Но раньше, правда, в молодости, чего греха таить, бывало, что за праздничным столом, да еще «под это дело», конечно, голос иногда прорезался…