​От берегов Балтики до предгорий Алатау

С первого дня выхода крейсера «Киров» в море шефство над судном взяли комсомольцы Казах­стана, поэтому на его борту всегда служила казахстанская молодежь, их набиралось до трети личного состава экипажа. Потому неудивительно, что после исключения корабля из списков флота, когда 2 его носовые артиллерийские башни были установлены в Ленинграде в качестве памятника кораблю-защитнику города, одно из 100-миллиметровых орудий отправили в Алматы. Но не сразу корабельная пушка заняла свое сегодняшнее место в парке имени 28 гвардейцев-панфиловцев.

Старожилы Алматы помнят времена, когда палубное орудие красовалось на улице Чайковского, недалеко от музея комсомола Казахстана. По рассказам шеф-редактора нашей газеты Сергея Волкова, орудийная башня стояла, по сути, во дворе его родной четырехэтажки и была объектом для игр местной детворы.

На башне была закреплена таб­личка с надписью: «С 1938 года комсомол Казахстана шефствует над легендарным крейсером «Киров», который в годы Великой Отечественной войны героически сражался на защите города-героя Ленинград. Орудие крейсера передано в дар как символ подвига комсомольцев Казахстана». Редкое фото корабельной пушки наш­лось в архиве фотокорреспондента «Казах­станской правды» Юрия Беккера, казправдинец сфотогра­фировал орудие во дворе того самого дома летом 1986 года. В те дни в Алматы побывали моряки-казахстанцы с Северного флота, где тогда базировался тяжелый атомный ракетный крейсер «Киров», имя которому перешло от легендарного легкого артиллерийского крейсера Балтийского флота.

История самого судна началась в более южных широтах, на Апеннинском полуострове, где советские морские инженеры искали прототип для нового крейсера. Дело в том, что советский флот в начале 30-х прошлого века располагал лишь старыми крейсерами, построенными до революции. Помогла итальянская фирма «Ансальдо», у которой советская сторона получила полный пакет технических документов на корабль. Основой для нового судна послужил проект крейсера «Раймондо Монтекукколи», однако его улучшили доработками теоретического чертежа крейсера «Эудженио ди Савойя».

В августе 1937 года крейсер прошел испытания выходом в море, которые выявили недоделки и соп­ровождались множественными авариями. В результате главного строителя заменили другим и расстреляли, но вновь назначенный начальник тоже был арестован в том же году. Череда невезений на этом не закончилась, через год арестовали председателя комиссии по приемке корабля за то, что в ходе торпедных стрельб одна из учебных торпед развернулась и ударила в борт крейсера.

В октябре 1939 года крейсер пришел в Таллин, а затем отбыл в Лиепаю, где и базировался весь период советско-финской войны. В ходе боевых действий «Киров» выходил в море к острову Руссарэ, где завязалась артиллерийская дуэль­ с финской береговой батареей.

Начало войны крейсер встретил на рижском рейде. Во время обороны Таллина по кораблю было выпущено порядка 500 снарядов и сброшено более 300 бомб немецкими самолетами. За 5 дней авгус­та крейсер «Киров» участвовал в 36 обстрелах, а мощный огонь по позициям противника из 180-миллиметровых орудий позволил отс­тупавшим из Прибалтики войскам закрепиться на линии обороны и на длительное время задержать наступление фашистов на Ленин­град. Весь боевой путь легендарного судна можно проследить по картинам разных художников: «Крейсер «Киров» защищает Таллин», «Переход кораблей красно-знаменного Балтийского флота из Таллина в Кронштадт в авгус­те 1941 года», «Крейсер «Киров» на Неве во время блокады Ленин­града», «Город и флот в блокаде».

Во время таллинского перехода флагман отряда морских сил крейсер «Киров» вывез на своем борту Военный совет КБФ, членов Совета министров Эстонской ССР, ценнос­ти Эстонского государственного банка и Красное знамя Балтийского флота. После перехода крейсер занял позицию на рейде Кронштадта, с которой вел артиллерийский огонь по наземным силам наступавшего противника, а с сентября стоял в русле Невы, здесь для экипажа началась длительная эпопея обороны блокадного Ленинграда.

Особенно тяжело пришлось морякам в конце апреля 1942 года. Враг долго расстреливал суда на рейде артиллерийскими снарядами, затем в течение 3 часов их атаковали немецкие бомбардировщики и истребители. Наиболее сильному обстрелу подвергся крейсер «Киров», в него угодили 3 авиабомбы. Снаряды попали в запасной ­командный пункт, было перебито несколько трубопроводов и паропроводов, разрушены отдельные помещения. В погребах боеприпасов начался пожар, стали разрываться хранившиеся там снаряды, чтобы избежать гибели крейсера, несколько артиллерийских погребов приш­лось заполнить водой.

В феврале 1943 года мужество и отвага личного состава крейсера «Киров» были оценены награждением орденом Красного Знамени. Впоследствии артиллеристы крейсера «Киров» принимали участие в Ленинградско-Новгородской операции, а в июне 1944 года в ходе Выборгско-Петрозаводской операции они вели огонь из Ленинградского торгового порта по позициям финнов. Это были последние артиллерийские залпы крейсера в Великой Отечественной войне. После подрыва крейсера на оставшейся с войны донной магнитной мине он прошел ремонт и базировался в Лиепае, а в апреле 1958 года его вывели из боевого состава флота. В 1961 году героический крейсер был переквалифицирован в учебный корабль и до 1974 года совершал регулярные походы с курсантами высших военно-морских училищ по Балтийскому морю, не раз заходил в порты Польши и Восточной Германии.

Живут ли сегодня в Казахстане ветераны крейсера «Киров», нам неизвестно, но историю его у нас помнят, и традиции героического экипажа будут продолжены. В Алматы, к примеру, работает военно-патриотический клуб «Киров», названный в память о легендарном крейсере. Многие его воспитанники хотят служить во флоте.