​Промышленность в новых условиях

Ключевая фабула

Минувший год навеял немало надежд, но не принес реальных улучшений в текущее сос­тояние мировой экономики в условиях эскалации геополитических ­угроз, дальнейшей фрагментации системы международной торговли, ревальвации доллара и прочих факторов влияния. В 2016 году экономи­ческое развитие большинства стран сопровож­далось слабой инвестиционной активностью, снижением динамики международной торговли, низкой производительностью труда и растущим кредитным бременем. Все эти факторы повлияли на то, что прирост мировой экономики к концу года составил всего 2,2%.

Прогнозы на текущий год пока не содержат четко обоснованных доводов относительно стабилизации мировых рынков сырья,­ товаров и капиталов. В мире сохра­няется высокий уровень девальвационных ожиданий, хотя МВФ сулит немало перемен для тех, кто следует его рекомендациям. Но как бы ни сложилась монетарная тактика текущего периода, влияющая на политику центробанков и финансовых рынков в целом, промышленность многих стран, в том числе государств ЕАЭС, пока остается в зоне подверженности рискам кризисных явлений. В экспортоориентированных секторах экономики, обеспечивающих внешние поставки сырьевых ресурсов, сохраняются низкие темпы производственной активнос­ти и умеренные – в отраслях, ориен­тированных на внутренний рынок потребления.

Согласно данным Национальной палаты предпринимателей РК, в текущих условиях основным источником, поддерживаю­щим рост ВВП, остается внут­ренний спрос, стимулирование которого на 47% обеспечивается инвес­тициями, на 29% – запросами потребительского сектора и на 23% – государственными закупками.

Что касается экспорта, создаю­щего основную долю доходов в казну государства, то в прошлом году неблагоприятные факторы, связанные с падением спроса на основные товары Казахстана при нестабильных ценах на нефть, продолжили свое негативное влияние на общую ситуа­цию во внешнеторговой сфере. При этом сохранялась тенденция, связанная с превышением темпов снижения стоимостных объемов экспорта над импортом. По мнению экс­пертов МВФ, продолжающаяся ревальвация доллара соз­дает разрушительный риск для меж­дународной торговли, делая сырье и субпродукты дешевле, а технологии и сложные машины дороже. Это ставит многие развивающиеся рынки в заведомо невыгодное положение.

Так или иначе, но по итогам 11 месяцев 2016 года экспорт снизился на 22,2% по сравнению с аналогичным периодом предыдущего года, импорт – на 20,1%. При этом экспорт нефти сократился на 36%, газового конденсата – на 59%, что произошло в основном за счет снижения контрактных цен на поставки углеводородов.

Товарооборот со странами ЕАЭС в прошлом году также не принес ощутимых результатов для экономики. Соглас­но данным ЕЭК, за 11 месяцев 2016 года объем экс­порта казахстанской продукции на общий рынок сократился на 26,8%. Снижены объемы поставок минеральных продуктов на 42,7%, продукции химической промышленности – на 6,3%, продовольственных товаров и сельхозсырья – на 11,9%. Положительный рост на уровне 11% отмечался только по металлам и изделиям из них.

В структуре казахстанского экспорта в ЕАЭС машины, оборудование и транспортные средства составили малую толику от всего объема – 5,2%. Потенциал Беларуси в этой позиции более существенен – 27,2%. Продукция химической промышленности РК достигла 13%, металлы и изделия из них – 25,6%, текстиль, текстильные изделия и обувь – 4,2%, древесина и целлюлозные изделия – 0,5%.

Для сравнения отметим, что 27,2% (2,7 млрд долларов) экс­порта белорусских машин и оборудования, поставленных на рынок ЕАЭС, значительно превышают по стоимости казах­станский экспорт минеральных продуктов – 33,5% (1,16 млрд долларов). В целом экономи­ческий эффект Беларуси от учас­тия во взаимной торговле составил в 2016 году 10,1 млрд долларов, РФ – более 23 млрд долларов, в то время как результат Казах­стана в этом плане оказался куда более скромным – 3,4 млрд долларов. ­Несомненно, это свидетельствует о том, что в условиях деятельности в ЕАЭС вопросы диверсификации экономики для Казахстана остаются более актуальными, чем для наших партнеров – России и Беларуси. С этой точки зрения знаменательно, что приоритеты Третьей модернизации, озвученные в Послании Главы государства, ориентируют Правительство на увеличение потенциала несырьевого экспорта путем модернизации базовых отраслей промышленности, продолжения программы индустриа­лизации и расширения линейки продукции с высокой добавленной стои­мостью.

Системная модернизация

В предыдущем периоде положительный вклад в прирост экономики Казахстана оказали такие отрасли, как строительство – 0,5%, транспорт – 0,3%, сельское хозяйство – 0,3% и обрабатываю­щая промышленность – 0,7%.

Увеличению выпуска продукции обрабатывающей промышленности способствовала положительная динамика металлургической отрасли на 6,6%, что в свою очередь обус­ловлено ростом выпуска продукции цветной металлургии на 8,5%, черной металлургии – на 3,3%, фармацевтики – 2,5% и электротехники – 2,5%.

Устойчивость металлурги­ческой отрасли в условиях текущих рыночных реалий можно ­объяснить тем, что в прежние годы здесь наиболее продуктивно использовали возможности индустриальной ­программы развития. Так, за период первой пятилетки в этой сфере введено в эксплуатацию около 60 новых производств на общую сумму 2,5 млрд долларов, что обеспечило значительный прирост объемов продукции. В рамках индустриализации только в черной металлургии реализовано проектов на сумму 390 млрд тенге, в цветной металлургии – более 1 трлн тенге. При этом производительность труда в металлургической промышленнос­ти, начиная с 2010 года, выросла на 59% – с 68,2 тыс. долл./;чел. до 108,2 тыс. долл./;чел. в 2014 году.

В последние годы предприя­тия машиностроительной отрас­ли продолжают испытывать труднос­ти, связанные с кризис­ными явлениями, что привело к падению объемов производства в 2015 году на 29,1% и в 2016 году – на 15%. Производство в машиностроении за 2 года сократилось почти вдвое по сравнению с уровнем 2014 года. Также определенный спад ощутили отрасли по выпуску напитков, одежды и химической промышленности.

Согласно оценкам экспертов, большинство предприятий машиностроения практически простаи­вают или работают по единичным заказам от случая к случаю. В среднем по отрасли загрузка мощностей не превышает 50%. Лишь у нескольких предприятий из числа тех, кто имеет спецзаказы, загрузка основного оборудования близка к максимальной. Коэффициент обновления основных фондов в целом по отрасли остается сравнительно низким. Основные фонды обновляются медленно, а имеющиеся используются недос­таточно эффективно, что создает предпосылки высоких издержек, не позволяю­щих предприятиям отрасли быть конкурентоспособными на внешнем рынке.

Напомним, что порядка 90% экс­порта продукции машиност­роения Казахстана приходится на долю российского рынка. Россия является основным потребителем электрического оборудования казахстанских предприятий, доля которой в структуре экспорта достигает 90%. Она также остается единственным партнером в экспорте компьютеров, элект­ронной и оптической продукции. Машины и оборудование, производимые в Казахстане, в основном ориентированы на рынки России, Узбекистана, США и Беларуси.

По экспертным оценкам, доля импорта во внутреннем потреб­лении рынка машиностроения составляет порядка 75%. И это обстоятельство влияет на рентабельность и конкурентоспособность предприятий отрасли. В то же время это является неосвоенным полем деятельности для предприятий малого и среднего бизнеса, которые мог­ли бы обос­новаться в сфере импортозамещения.

В первом полугодии 2015 года предприятия машиностроения наиболее сильно пострадали вследствие ухудшения экономической ситуации в Российс­кой Федерации и девальвации рубля. Отмена НДС и акцизов на ввозимые автомобили усугубили состояние отечественного рынка автомобильной продукции. По итогам первого квартала 2015 года, зафиксирован рекорд­ный уровень «серого импорта» – свыше 107 тыс. новых и подержанных автомобилей поступили на территорию рес­публики по «серым» каналам. При этом порядка 74% объема теневого импорта составили подержанные автомобили.

Железнодорожное машино­строение тоже пережило значительный спад объемов производства, что связано со снижением заказов со стороны АО «НК «Казахстан темир жолы». По итогам шести месяцев 2015 года объем производства железнодорожной техники ­составил 12,8 млрд тенге, ИФО – 41,1%. При этом производство локомотивов и пассажирских вагонов свелось к минимуму, а производство грузовых вагонов снизилось на 83,4% (50 ед.). Однако в 2016 году для этого сектора возникло немало окон роста в связи с производством новых видов вагонов и перспективой экспорта продукции на рынок Ирана.

В нефтегазовом машинострое­нии также наблюдался спад производства на 16,7%, в результате чего доля этого сектора в общем объеме обрабатывающей промышленности Казахстана сократилась до 0,5%.

Между тем за предыдущие 5 лет темпы роста инвестиций в модернизацию и увеличение производительности труда в обрабатывающей промышленности были недостаточно значительными. В целом, как считают в НПП «Атамекен», с 2009 года инвестиции в обрабатывающую промышленность выросли ­на ­65,4%, предоп­ре­делив темпы роста отрасли за этот период лишь на 29,2%. С учетом этой ситуации остается надеяться, что в предстоящие годы многое в этом плане будет наверстано. В противном случае на очередном витке глобальной турбулентнос­ти отечественным компаниям реального сектора придется сожалеть об упущенных возможностях, которые имелись в русле программы индустриализации, но не были использованы продуктивно для наращивания потенциала казахстанского несырьевого экспорта.

Тенденции внутреннего рынка

По состоянию на 1 января 2017 года, в Казахстане зарегист­рировано 383,9 тыс. юридических лиц. Однако из всех зарегистрированных субъек­тов бизнеса активно действующими являются лишь 34,8% предприя­тий. Приори­тетным полем дея­тельности для предпринимательства по-прежнему остаются сфера торговли – 57,5 тыс. субъек­тов (24,4%), а также строи­тельство – 31,6 тыс. предприятий (13,4%). Малый и средний бизнес также сосредоточен в большей мере в сфере услуг, общепита и аграр­ном секторе. Это характерно не только для Казахстана, но и других стран СНГ, что во многом объясняется тем, что занятие реальным производством продукции – дело не только трудоемкое, но и чрезмерно затратное по капиталоемкости и технологическому содержанию. Поэтому здесь одной стихийностью не обойтись. Энергия предприимчивости масс, как мы убедились на практике, может вылиться куда угодно, но в меньшей степени – в реальное производство, если в этом не будет целенаправленной политики, позволяющей взращивать бизнес, который не только торгует импортом по принципу перманентного вздутия цен на товары, но и производит конкретную продукцию.

В числе существенных рисков неблагоприятных условий торговли – вероятность снижения покупательной способности населения, что только усугубит поло­жение экономики. Положение населения стран-экс­портеров нефти ухудшается из-за роста цен на импорт, что обусловлено девальвацией национальных валют в условиях валютных войн, сокращением рабочих мест в производственных секторах экономики, а также значительным давлением на бюджет из-за слабой конкурентоспособности секторов. Такое положение дел логически предопределяет необ­ходимость быстрой адаптации к новой экономической реальности, в которой сложившийся порядок вещей склонен к столь же активной перемене в зависимости от условий.

С 2010 по 2014 год торговля была главным драйвером рос­та экономики, обеспечивая до 40% прироста ВВП. Однако реа­лии текущего периода внесли в этот порядок вещей существенные коррективы. По итогам 2016 года оптовая торговля сокра­тилась на 2,7%, розничная, наоборот, увеличилась на 0,9%. В результате общий индекс торговой отрасли сократился на 1,4%. В минувшем году курс национальной валюты был стабильным, и это способст­вовало увеличению объема розничной торговли на 0,9% по сравнению с прежним годом.

Тем временем поддержка строи­тельной отрасли со стороны государства позволила не только сохранить положительную динамику ее развития, но и вывести в лидеры экономики. В прошлом году строительство стало основным драйвером роста экономики, давшим 50% прироста ВВП. Рост индекса физического объема ­произведенных работ по отношению к предыдущему году здесь вырос на 7,9%. Безус­ловно, это связано с активным строительством жилья в рамках Государственной программы инфраструктурного развития «Нұрлы жол» на ­2015­–2019 годы. По итогам двух лет реализации проектов около 90% всех построенных объектов приходится на жилые здания, а также 2,8% – на торговые объекты.

В целом в 2016 году более 70% всей экономической прибыли давали всего три отрасли: горнодобывающая промышленность – 30%, строительный сектор – 22% и обрабатывающая промышленность – 18%.

Причем впервые за многие годы высокая рентабельность в строительном секторе отодви­нула добывающий на второе мес­то. Тем не менее традиционная прибыльность добывающей отрасли по-прежнему оттягивает большую часть инвестиций на себя. И эти инвестиции имеют склонность к росту с учетом перспективы открытия и разработки новых месторождений минеральных ресурсов в стране.