​С контрабасом в обнимку

Оказалось, что зовут 19-летнюю студентку Актолкын Оразтай, и учится она на втором курсе высшего музыкального учебного заведения. В силу своего возраста она пока не привык­ла к тому, что слушатели уделяют ей столько внимания. А внимания действительно много – во всем мире женщины, играющие на контрабасе, считаются штучным товаром. Общественное мнение гласит, что это традиционно мужской инструмент: большой, тяжелый и суровый.

Актолкын окончила Республиканскую специализированную музыкальную школу им. А. Жубанова. Сначала девочка играла на виолончели, а в пятом классе ее поставили рядом с контрабасом и сказали: «Надо попробовать!»

– Помню, когда занималась на виолончели, преподаватели смотрели мне на руку и говорили: «Будущая контрабасистка», – вспоминает девушка. – У меня от природы широкая ладонь и пальчики крупные. Для контрабаса это хорошая рука.

О годах учебы в музыкальной школе Актолкын говорит с легкостью и спокойствием. Многие дети с волнением вспоминают о вступительных экзаменах в альма-матер. Особенно это свойственно будущим артистам балета, которых, как правило, поступает слишком много, да еще и экзамены нужно сдавать физически изнурительные и в три тура. Но это не наш случай. Актолкын сразу стали называть абсолютной «слухачкой», и это прозвище долгие годы служит поводом для шуток в семье. Разумеется, в развитии таланта сыграли свою роль гены и воспитание: родители девочки играют на домбре, а папа – еще и на фортепиано.

– Единственной проблемой при поступлении был тот факт, что я не подошла по возрасту для музыкальной школы имени Куляш Байсеитовой, – говорит Актолкын. – Тогда мы пошли – как сейчас помню, пешком – в школу имени Ахмета Жубанова. Педагоги проверили мой слух, музыкальность, попросили что-то спеть. Страха не было никакого. Не боялась я и виолончели, сразу поладила с этим прекрасным инструментом, удобно было играть.

Но недолго звучали в стенах жубановской школы сонаты, вариации и скерцо для виолончели в исполнении Актолкын Оразтай. Под ноги ей подложили несколько книг, поставили рядом с контрабасом и велели взять в руки смычок.

– Сначала я его испугалась! – смеется артистка. – Хоть и была высокой, но все равно инструмент оказался выше и крупнее меня. Однако отказываться не стала. Почему бы и не попробовать? С тех пор с контрабасом не расстаюсь.

Вот то, что наша героиня не расстается со своим «другом» ,– правда лишь в переносном смысле. В прямом смысле ей как раз приходится уходить от него каждый день, потому что никто контрабас с собой не носит – ни мужчины, ни женщины. Эти инструменты весят около 10 кг, перемещать их с места на место просто нет смысла.

– Я и виолончель никогда не возила домой, потому что свой инструмент не покупали. Школа обеспечивала учеников всем необходимым, – продолжает Актолкын. – А теперь и контрабас носить не приходится, один смычок в футляр положил – и все. Счастливее только пианисты: им даже смычок носить не нужно (смеется). Вот духовики, скрипачи и особенно виолончелисты, у кого свои инструменты, – те всегда с поклажей.

За своим контрабасом девушка ухаживает регулярно, каждую неделю вытирает пыль и обрабатывает дерево специальным спреем. За ее занятиями зорко наблюдает педагог Ерлан Амреев. Когда-то он тоже учился в музыкальной школе им. А. Жубанова.

– Ерлан-ага иногда очень строгим бывает, – признается ученица. – Если я вдруг по какой-то причине урок не выучу, он сердится не на шутку. Но мне нравится честность моего педагога! Она говорит о его преданности профессии. И ругает он меня, потому что хочет, чтобы я все знала и умела. Разучиваю как оркестровые, так и сольные партии для контрабаса. Конечно, контрабасисты чаще всего реализовывают свои творческие способности в оркестре, но и сольная карьера возможна. Я играла несколько раз соло. Здорово, но страшновато! Волнения больше. В оркестре ведь всегда можно спрятаться за соседа (смеется).

Бывают, конечно, у Актолкын, как и у всех людей, такие периоды, когда заниматься неохота и вообще, «контрабас – не женское дело»... Но эти ненужные мысли улетучиваются сами собой, как только она приходит на урок или репетицию студенческого симфонического оркестра и берет в руки смычок. Да и потом, сколько в мире пианисток или скрипачек? Миллионы. А контрабасисток? То-то и оно, что единицы!