Солнечный берег Николая Газеева

Пятая по счету выставка работ из частного собрания коллекционера Серика Устабекова вновь навевает романтические чувства. Рассмат­ривая графические рисунки Летнего сада, Дворцового и Троицкого мостов Санкт-Петербурга, солнечные алматинские пейзажи и горные вершины, цветы в саду и женские портреты, я невольно ловлю себя на мысли, что все эти, по словам автора, «мимолетные впечатления» воскрешают из памяти лирические строки поэта Серебряного века Осипа Мандельштама: «Нежнее нежного лицо твое, / Белее белого твоя рука. / От мира целого ты далека / И все твое – от неизбежного». 

– В путешествиях по Санкт-Петербургу я часами наблюдал и находил для своих сюжетов город ежедневный, непарадный, так было интереснее, но я скучал по Солнцу и горам, – признается художник Николай Газеев. – По возвращении в Алматы старался быть в горах как можно чаще, подолгу жить там. Все мои сюжеты с натуры связаны в основном с изображением и пониманием Солнца, в которое вовлечены деревья, камни, цветы и трава. Зритель сегодня может увидеть то, что посчастливилось мне: зимнее играющее солнце, создающее эффект радуги. Нечасто можно наблюдать, как на горном склоне за пеленой влажнос­ти светило начинает переливаться, словно миниатюрное Северное сияние.

Одной из первых экспозиций живописи автора явилась совместная с английской художницей Маргарет Боот выставка «Маленькие пейзажи Британии и Казахстана», устроенная Британским Советом по культуре. Неторопливый, немногословный от природы Николай рассказывает, что начал рисовать с детства, а путь к творчеству был традиционным, классическим: школа, художественное училище, Академия художеств в Санкт-Петербурге, поездки по морям и океанам, годы увлеченного творчества в городе на Неве. 

На альбом живописи и рисунков северной столицы России потребовались годы напряженного труда. Но художника неизбывно влекла особая алматинская культурная среда. Последние пятнадцать лет он обосновался у друзей в горах. В специально оборудованной мастерской создает образы – отражение своих ощущений от увиденных метаморфоз природы. Его влечет цветовое состояние гор и красок окружающего мира, возможность выбора сюжетов для работы с натуры, долгие наблюдения за тем, как с изменением светового дня и времен года меняется привычный пейзаж. «Когда работаешь в плотном режиме и появляются новые идеи, их нужно очень быстро реализовать. Потом сделать для себя анализ, что-то спокойно пересмотреть и начинать снова. У каждого свой путь», – говорит художник.

– Я давно с восхищением слежу за творчеством Николая Газеева, – делится наблюдениями искусствовед Ирина Юферова. – Мне кажется, что натура и конкретные пейзажи художника тут ни при чем. Он накапливает творческую креативную энергию, доводит ее до предела, и получается отчаянный бросок на холст. Такая концентрированная энергия и дух картин, особенно абстрактных, впечатляет. Известно, что все, кроме искусства, есть материя. А искусство улавливает и через материю передает тончайшие ощущения. Николай Газеев в этом, конечно, мастер. Видите, даже галерея названа его именем, и эстетский подход Серика Устабекова тоже впечатляет. Мне нравятся темно-серебряные, сдержанные работы, когда автор «беседует» со зрителем вполголоса. Для азиатских художников эта сокрытость, таинственность, недосказанность – просто находка. Ее очень любили «шестидесятники», и Николай Газеев наследует и по-своему развивает эту линию азиатской эстетики, остро понимая, что живопись должна оставаться в полушаге от тайны природы и бытия.

Осенью текущего года художник планирует выставку большого форма­та, связанную с отвлеченными человеческими образами и состояниями.

Полосу подготовила Наталья ВАЛУЙСКАЯ, Алматы, rabota.gazeta@mail.ru