Тапочки против коронакризиса

Мастерская Татьяны Чучупаловой в поселке Верх-Березовка Глубоковского района – это стопроцентный малый бизнес, созданный с нуля и даже вопреки обстоятельствам. Исторически основой поселка были рудник и обогатительная фабрика, с войлоком верх-березовцы были знакомы исключительно в виде валенок во время снежных и морозных зим.

Однако в 90-х годах прошлого века рудник закрылся, в 2013-м остановилась фабрика. Тут-то и выяснилось, что в поселке, где живут горняки и обогатители, вполне может состояться бизнес, весьма далекий от горной отрасли.

Мини-производство занимает часть помещения в много­этажке, где когда-то размещался гастроном. Сырье – фабричная шерсть от тонкорунных мериносов, оборудование – небольшая чесальная машина, деревянные емкости и валики. Ежедневно тапочки, шляпки, береты, сумки a-ля handmade расходятся по всему Казахстану и отправляются за рубеж. «Мыло, вода и золотые руки девочек, – раскрывает секрет глава производства. – Никакой химии».

А началось все с… инициативной тетушки. Творчески настроенная, легкая на подъем родственница сама увлеклась изготовлением изделий из войлока и приохотила племянницу. У Татьяны в то время складывалась типично офисная карьера: регламентированный рабочий день, замеры, чертежи, проекты… Казалось бы, к чему мечты о полном риска непредсказуемом бизнесе, когда уже есть постоянная должность в госструктуре с ежемесячной стабильной зарплатой?

Мастер только разводит руками: опасения, конечно, были. Но желание заниматься любимым делом оказалось сильнее.

– Что-то подглядывала в роликах в Интернете, что-то выясняла методом проб и ошибок, – говорит Татьяна. – Сначала делала войлочные вещи только для себя, потом в подарок родным и друзьям. А перед тем как открыть свое дело, ходила на все бизнес-тренинги и курсы по линии акимата или палаты предпринимателей. Некоторые посещали их для галочки: лишь бы время отбыть и грант получить… Мне же они реально пошли на пользу, потому что нас учили составлять тот же бизнес-план, организовывать операционный процесс, продвигать товар в торговых сетях.

На одном из таких занятий начинающая рукодельница услышала о конкурсе бизнес-идей от ПРООН в Восточном Казахстане. На суд жюри она предложила модель своего рода школы традиционных ремесел, в первую очередь по войлоку. И получила поддержку в виде гранта.

Наверное, тогда Татьяна окончательно и убедилась: она выбрала верную дорогу. Полгода постоянных мастер-классов подарили ей широкий круг знакомств и единомышленников. Затем ее включили в программу стажировок в Бишкеке, Шымкенте и Таразе.

– Невероятно активное время, – вспоминает рукодельница. – У нас была возможность участвовать в ярмарках в столице, мы побывали в домах моды. Каждый раз получали какие-то новые знания в технологии или дизайне. Я училась сама и учила других.

Точки продаж

Уже почти 4 года войлочные изделия из Верх-Березовки отправляются в розницу по Восточному Казахстану и за рубеж. В первое время практически весь объем расходился по заказам, сделанным онлайн.

Как поясняет хозяйка мастерской, стартовая партия домашней обуви и головных уборов ушла в Новосибирск, а когда появились аккаунты в соцсетях, заявки начали поступать даже из-за океана – от земляков, разъехавшихся по разным уголкам планеты. Сформировался пул постоянных клиентов, в том числе оптовых. Люди покупают по оптовой цене и перепродают в других городах.

– Нам заказывают модель, размер, количество, – поясняет мас­тер. – Делают предоплату, а мы отправляем изготовленные вещи по почте. С оплатой проблем нет, кто-то использует почтовые переводы, кто-то перечисляет деньги на карточку.

Значительную долю продаж, как правило, дают еще традиционные праздничные ярмарки в областном центре и соседних городах. Попутно работницы мастерской раздают визитки с контактами, выслушивают пожелания.

По словам Татьяны, это выгодно всем: акиматы поставили галочку в отчетах по работе с малым бизнесом, а ее небольшое предприятие расширило клиентскую базу.

Два года назад рукодельнице предложили выставлять свой ассортимент в магазине ремес­ленных изделий в Усть-Каменогорске. Эта площадка работала примерно полтора года, пока не закрылась в связи с переездом хозяйки. Между тем в верх-березовской мастерской уже «распробовали» все плюсы, когда есть постоянная торговая точка.

– Онлайн-продажи – не самый надежный канал, – отмечает предприниматель. – Часть клиентов отпугивает то, что почтовые посылки долго идут. Кто-то боится, что товар по дороге может потеряться. А своя точка – это постоянный круг покупателей.

Татьяна начала искать возможность аренды бутика и неожиданно обнаружила, что вариантов крайне мало. Если устраивало место, завышенной казалась цена. Если подходящим был размер арендной платы, точка была малопроходимой. В итоге решили ориентироваться на аренду в супермаркете. В 2019 году в цент­ре города как раз планировали открыть новый торговый дом, и в нем были свободные отделы. Верх-березовцы рассчитывали начать продажи летом, но магазин распахнул двери только зимой 2020-го.

– Февраль-март поторговали и… все. Ввели чрезвычайное положение, магазин закрылся, – вспоминает предпринимательница. Ярмарок, которые всегда давали значительную часть выручки, в нынешнем году по понятным причинам нет. Онлайн-заказы, по словам Татьяны, тоже «просели» – почтовые отправления, и так не самые быстрые, побили антирекорд тихоходности. А люди не хотят делать скидку на карантинные ограничения, не хотят долго ждать.

– Такое состояние было, – рассказывает Татьяна, – я просыпалась утром и хваталась за голову: «Что делать?» Хорошо, у нас с мужем довольно большой земельный участок. Мы посадили огурцы и стали возить их на продажу в Усть-Каменогорск как экологически чистую продукцию. Так и выживали. Сейчас по области снова ввели карантинные ограничения, но нам хотя бы разрешили работать. В принципе, наш бутик хорошо начинал: если бы не коронакризис, уже была бы определенная клиентская база. Я, например, сделала рассылку в WhatsApp, что отдел снова открылся. Но ее не каждый прочитал, а кто-то прочитал и забыл. В общем, точку еще предстоит раскручивать.

За тридевять земель

Свой ассортимент верх-березовцы тоже нарабатывали путем проб и ошибок. Ставку сделали поначалу на абсолютную натуральность, включая цвет. Например, те же тапочки валяли бежевыми, коричневыми или серыми в зависимости от сорта шерсти. От использования красителей отказались. Однако едва дело дошло до продажи, товар, что называется, не пошел. Покупатели смотрели изделия, щупали материал и… откладывали со вздохом: «Что-то они у вас серенькие, вы бы их покрасили…»

В мастерской уяснили: землякам подавай что-то яркое, красочное – оранжевое, красное, фиолетовое.

– Наши женщины любят с цветочками, бантиками, узорами – такое, чтобы радовало глаз, – улыбается Татьяна. – Может, сказывается долгая зима, хочется красок. Сегодня у нас 18 основных цветов, много дизайнерских наработок, можем выбирать. Хорошо, например, расходятся изделия с национальным орнамен­том – русским, казахским.

Идеи часто подсказывают сами заказчики. Как-то пришел клиент и попросил сделать мужские тапки в стиле хаки. Умелицы попробовали разные варианты, предложили заказчику – понравилось. Решили выпустить партию, и она «выстрелила»… Так в постоянном ассортименте мастерской появилась домашняя обувь для «настоящего полковника».

В работе верх-березовцы используют фабричную шерсть, которую везут из Тараза, за 1 600 км. Понятно, что это накладные расходы, и немалые. По словам Татьяны, они пробовали покупать сырье у местных хозяйств, но ничего не вышло. Для ручной работы нужна шерсть 1–2 сортов от овец-мериносов, она мягкая и длинная. Такую стригут со спины и боков овечек, куда попадают прямые солнечные лучи. Можно использовать кросс-брит – грубоватый сорт, подходящий для объемных форм, например цветочков или шляпок. Но в Восточном Казахстане, где занимаются только мясными породами, такого не найти.

Подготовка сырья – длительная и трудоемкая процедура. После стрижки его сортируют, чистят, моют, выдерживают часами в воде с концентрированной содой. Потом отбеливают специальными средствами, сушат. В итоге после удаления грязи и жира от общей массы остается примерно треть.

– Поэтому мы привозим готовую белую шерсть и сами красим, – поясняет предпринимательница. – Для нас это на порядок дешевле, чем если бы мы покупали окрашенный материал. А когда стало ясно, что мы хотим не пару тапок в день делать, а больше, нам понадобилась чесальная машина. Я написала письмо в ПРООН, и нас поддержали. Сейчас у цеха есть компактная чесальная установка, как раз для небольших объемов.

Валянием занимаются семь работниц. Самая востребованная продукция – тапочки. Одно время в мастерской экспериментировали с красителями, изготовленными по народным рецептам из природных материалов, тех же трав и плодов. И пробовали раскрутить этот бренд. Однако, как показала практика, это тот случай, когда овчинка выделки не стоит. Проще и дешевле покупать натуральные красители, широко предлагаемые на рынке, особенно Индией и Пакистаном.

О планах Татьяна Чучупалова говорит с осторожностью. В мире продолжается пандемия, что будет завтра – непонятно. В таких условиях сложно думать о расширении производства. Хотя возможность для этого есть, площади позволяют.

– Очень хотим, чтобы наши тапочки были в каждом доме, – заключает предприниматель. – Мы занимаемся делом, от которого сами получаем удовольствие, а покупатели – полезные вещи. Единственное – нужна стабильность, чтобы можно было расти и развиваться.