Тайны девичьего наряда
3127
Лариса МОРОЗОВА, старший научный сотрудник Южно-Казахстанского областного историко-краеведческого музея
Уникальным в коллекции областного историко-краеведческого музея является девичий бөрік, представленный в единственном экземпляре. Известно точное время его поступления в музей – 1928 год. Форма этого бөрік сопоставима с распространенной во второй половине XIX века тюбетейкой с цилиндрообразным околышем и чуть округлой тульей из четырех клиньев, бытовавшей в Северо-Западном и Восточном Казахстане. В прежние времена он принадлежал девушке из обеспеченной семьи, о чем говорят материал и декоративное оформление головного убора. Тулья сшита из четырех клиньев из красного плюша. Красный цвет для шапочки выбран не случайно: в девичьей одежде он долгое время являлся очень устойчивой традицией. Это нашло отражение и в казахской пословице «Қыздың көзі қызылда» («Взгляд девушки падает на красное»).
У многих народов мира с древности красный цвет символизировал животворящие силы природы. Красный цвет, согласно народным верованиям, связан с представлениями о нем как о способствующем благополучию, здоровью, отмечающим начало репродуктивного периода. Он ассоциировался с цветом родовой крови, с солнцем, которое в традиционном сознании наделялось оплодотворяющей силой, красный цвет символизировал радость и жизнь. Помимо этого, выполнял и функцию оберега от злых сил, так как его соотносили с огнем, культ которого существовал в Казахстане повсеместно. У казахов огню поклонялись, приносили ему жертву, им лечились, осуществляя ритуальное очищение, через него приобщались к новому дому, семейному очагу.
Высшей драгоценностью семьи почитают казахи дочерей. Об этом в своем богатейшем наследии писал выдающийся этнограф Казахстана А. Диваев: «…на девицу киргизы смотрят, как на равноправного члена семьи с мальчиками, и отдают ей должное почтение и уважают ее». Особое отношение к девушкам в обществе отмечают и современные исследователи народных традиций А. Кайбарулы и Б. Бопайулы. Девочек в казахских семьях всегда воспринимали как будущих матерей, дарительниц и продолжательниц жизни, поэтому непререкаемую традицию составил запрет притеснять и уж тем более унижать их. Бережное и уважительное отношение к девушке передают и народные поговорки: «Тонка девичья тропа», «Девичья дорога перекрывает путь сорока достойным», «На веке у девы селится вещий дар. Если она нахмурится – род натыкается на зло, улыбнется – род обретает благоденствие».
В повседневной жизни также проявлялось уважительное отношение к девушке. Юных особ прекрасного пола, пришедших в гости, непременно усаживали на төр – почетное место в доме. Хозяева дома при этом искренне верили, что «при девице – счастья на сорок возов», и надеялись, что, посидев на почетном месте, дева оставит после себя чуточку своего счастья. А если не привечаешь девушку, то в доме могут поселиться мрачные тени и холод, потому что «в каждой из девчонок – сорок нестыковок», а еще «есть в девицах лед равнодушия». Помимо этого, доброе отношение к девушке А. Диваев объясняет поверьями, сохранившимися с давних времен: «…уважение к девице… превратилось в ходячую формулу для руководства в жизни, в случае неисполнения которого хозяина ожидает несчастье – кара свыше». Об этом говорят казахские поговорки: «Потребуется сорок ишаков, чтобы вынести груз с души того, кто повинен в девичьих слезах», «Унизивший девушку поражается в своих лучших правах».
Особое положение девушки проявлялось и наличием в ее гардеробе головного убора бөрік, который традиционно носили мужчины. Головной убор в любой точке мира во все времена являлся важной составляющей одежды. Это самая выразительная и своеобразная часть национального костюма, которая играла ведущую роль в опознавательной функции одежды, передавая социальные, половозрастные и территориальные различия. Равноправное положение в обществе, возможно, и позволило девицам носить такой же головной убор, как у мужчин. Кроме того, ограничивая социальную и возрастную категории, бөрік девушкам можно было носить только до замужества. Девичья шапка, конечно, несколько отличалась от мужской по форме, материалу, крою и декору. Но именно девичий бөрік имел самые различные формы, которые менялись в течение времени.
Эволюция женских уборов за длительный исторический период вобрала в себя традиционные основы мировоззрения всех предшествующих насельников Казахстана. Древние традиции и верования прослеживаются в традиционных формах и декоре девичьего бөрік. Еще в период неолита головные уборы украшали нашивными накладками. В эпоху бронзы ювелирные украшения кожаных и шерстяных женских шапочек, налобных повязок определяли социальный и возрастной статус владелицы, а также выполняли охранную функцию. Бытовали островерхие колпаки, богато украшенные фигурными бляхами, в том числе фигурками птиц в эпоху саков (VIII–III вв. до н. э.). Реконструкция головных женских уборов кангюйских племен (II в. до н. э. – VII в.) показала, что женщины носили невысокую полусферическую или с плоским верхом шапочку, край которой украшали, помимо бляшек и подвесок, полосками фестонов позолоченной кожи и шелка. При этом нижний край шапки становился довольно объемным и напоминал бөрік.
Диадемы сарматок (III в. до н. э. – IV в.) на матерчатой или кожаной основе также украшались бляхами, в том числе в виде фигурок птиц. Женские колпаки с войлочной подкладкой и налобные повязки у племен хунну (гуннов) (I в. до н. э. – V в.) украшали мехом. Причем исследователи утверждают, что шапка из вывернутой волчьей шкуры, предшественница бөрік, была известна уже с этого времени. Формирование головных уборов продолжалось и в эпоху тюрков (VI–XII вв.): в традицию входят тюбетейкообразные шапочки и шляпы цилиндрической формы. А со времени формирования казахской народности бөрік, меняясь в ходе истории, принимает статус традиционного универсального национального казахского головного убора.
Происхождение бөрік ученые связывают прежде всего с древними верованиями. В частности, в сильного и опасного представителя животного мира – волка, которого люди в древности приняли своим тотемом. Волк был олицетворением могущества и власти, начиная со времени саков, гуннов, усуней воспринимался защитником и покровителем людей. Сакские племена проводили празднества, одевая волчьи маски и шкуры. Пройдя через тысячелетия, сохранилась и широко известная легенда о происхождении тюрков от хуннского царевича и волчицы, что отразилось в верованиях о покровительстве волка у тюрко-монгольских племен. Об этом говорит и название – бөрік, основу которого составляет слово «бөрі» – волк. Кроме того, мех придает головному убору объем, возможно, поэтому в казахском языке слово «бөріту» обозначает «вздуться, разбухнуть». Так что голову девушки покрывал необычный убор, привлекающий изяществом и в то же время представляющий сильное, агрессивное и опасное существо, которое являлось и покровителем, и почитаемым предком.
Бөрік обязательно упоминался в описаниях национальной одежды этнографами и путешественниками. Этнограф В. Радлов во второй половине XIX века отмечал: «Девушки вместо платков носят очень изящные, отороченные мехом шапочки, к которым прикрепляется несколько пушистых перышек. Разумеется, шапки самые разные, в зависимости от состоятельности их владелиц».
Генерал-лейтенант Г. Катанаев, один из учредителей и член Западно-Сибирского отдела Русского географического общества, в 1892 году проводил анкетное обследование. Так вот в подробной описи имущества казахской семьи среднего достатка приводится список личной одежды всех домочадцев, включая и дочь главы семейства: «Дочь 15 лет. Шапка – 1 шт. 8 руб.; платок – 1 шт. 60 коп.; саукула – 1 шт. 25 руб.» и т. д. В этом перечне насчитывалось три головных убора, в том числе и из приданого – сәукеле. В примечаниях дается описание шапки: «Околыш обыкновенный из выдры или лисицы; наверху кисточка из ястребей или других ярких перьев. Носится зимою и летом». Далее в списке говорится о шубе из овчины: «На приданое: тон – 1 шт. 8 руб.», стоимость которой, как видим, приравнивается к оценке борика.
С головным убором были связаны народные казахские традиции и поверья. В народе его считали счастьем семьи, дома – үйдің құты. Среди одежды головному убору отводилось особое почтение: его вешали на почетном месте или оставляли на возвышении, не давали носить кому-либо, даже шапка умершего оставалась в доме, чтобы не навлечь беды и не лишиться благополучия. Бытовали такие запреты: нельзя меняться головным убором с кем-либо, иначе будут мучить головные боли и головокружение; нельзя бросать его на пол, перешагивать через него, наступать на него, пинать и т. п.
Девичий бөрік был центральным объектом обрядов, сопровождавших изменения возрастного и социального положения девушки. Обладательницей уникального девичьего головного убора бойжеткен кыз – девушка на выданье – становилась в 13–15 лет. Для подросшей девочки бөрік изготавливали на заказ или же мать готовила свой девичий головной убор. Крепила перья филина на шапочке и надевала убор на девичью голову ее бабушка во время обряда үкі тағылған бөрік киген (размещение на бөрік перьев филина). Обязательно проводился обряд шарғың салу, где главным атрибутом была девичья шапочка. В присутствии родственниц и подруг сосватанная девушка передавала свой головной убор младшей сестре. Этот шаг означал: теперь твоя очередь найти свое счастье. Но отдавать свой бөрік было необязательно: разрешалось оставить его для своих будущих дочерей или даже для внучек.
Уникальность борика была во всем: девичью шапочку делали в единственном экземпляре, при этом отличались и ткань, и мех, и декоративные бляхи, которые изготавливали на заказ, иногда используя декоративные элементы из украшений матери или бабушки. Известно множество названий этого головного убора, которые определяются по форме тульи, меху, ткани и способам декора, выделяя самые характерные именно для этой шапки признаки. Так, меховую опушку для алтайы қызыл бөрік (красный алтайский) делали из шкуры алтайской лисицы. Повсеместно бытовал елтірі бөрік (елтірі – шкура, мерлушка) – каракулевая шапка. Головной убор с меховым отворотом из шкуры ягненка называли также сеңсең бөрік, қаракүл бөрік.
В произведении «Қамбар батыр» кәмшат бөрік сравнивали с «бриллиантом на голове». Его изготавливали на заказ дочерям богатых казахов из шкурки камчатских бобров, которых издавна ввозили в казахскую степь. Бобровый борик называли также құндыз бөрік, его делали еще и из шкурки нутрии (құндыз – бобер, нутрия). Носили қама бөрік из меха выдры, сусар бөрік из меха куницы, түлкі бөрік из меха лисицы. Определенного кроя и формы были қазақы бөрік (казахский борик), ноғай бөрік (ногайский борик), нар өркеш бөрік (в форме верблюжьего горба; нар – одногорбый верблюд, символ могущества и силы), шошақ бөрік (с высокой тульей). Материал и декор определили названия «оқалы бөрік» (оқалы – вышитый позументом), «түрме бөрік» (түрме – название ткани), «пұшпак бөрік» (пұшпак – лоскут, т. е. сшитый из лоскутков ткани или кусочков меха). Особенно пышно украшали перьями совы или филина үкілі бөрік (үкі – филин, сова). Есть и другие названия, обозначающие этот головной убор.
Предшественница борика первоначально была на сплошной меховой основе. Позже бөрік стали изготавливать, комбинируя ткань, войлок и мех, с обязательной подкладкой из шерсти или ваты. В отличие от мужского мех девичьей шапки не отворачивался наружу, меховую опушку пришивали прямо на тулью. Как показывают исследования, с начала XX века распространяется новая разновидность девичьего головного убора – из отдельно скроенного цилиндрического околыша и плоской или слегка выпуклой макушки. Шапочку делали нарядной и яркая ткань и мех. Однако следуя древним устойчивым традициям, когда на головные повязки нашивали бусины и бляшки, обеспечивая себя охранной магией амулетов, девичий бөрік также украшали серебряными бляшками, нашивками из перламутра, кораллов и бусинок в небольшом количестве, а также обязательным навершием из пучка перьев филина (үкі).
В образовавшейся на макушке шапочки крестовине можно «прочитать» различные значения. Крест – самое древнее и самое простое изображение солнца – осмысливался у казахов и многих других народов как магический оберег; одновременно он связывался с идеями плодородия. В форме бөрік присутствует и следующая ступень воспроизведения солнца – обрамление креста окружностью, созданной линией меховой опушки. Тулья бөрік показывает и другое изображение солнца: окружность с точкой в центре, которую образует крупная дисковидная бляшка с раструбом для крепления перьев. Сама бляха также воспроизводит солярный знак в виде восьмилепесткового цветка, поверхность которого богато декорирована в технике гравировки. Этот мотив символизирует еще идею вечного обновления и возрождения жизни. Здесь солярная бляха введена не случайно. Прежде всего это обусловлено давним представлением людей об их магической силе, способной стимулировать, с одной стороны, положительные явления, а с другой – защищать от всего нежелательного.
Разделение тульи на четыре части тоже глубоко символично. Это выражение горизонтального четырехстороннего строения мира. Статистическая четверка ассоциировалась в сознании народа с идеями прочности, стабильности и порядка мира, соотносилась с четырьмя стихиями, временами года, стадиями человеческой жизни.
Традиционно девичий головной убор украшен крупными серебряными бляхами, которые выполняли в первую очередь охранную функцию. Само серебро (металл почитаемый) наделялось очищающими, магическими, исцеляющими свойствами, а его белый цвет соотносили с чистотой, добротой и достатком. Многочисленные стилизованные образы декоративных блях выполнены в соответствии с казахскими национальными канонами в орнаментальном искусстве. Все элементы расположены последовательно, не переплетаясь, что связано с эстетическим принципом казахов, который заключается в ясности, лаконизме и простоте художественных решений. В народном прикладном искусстве это объясняется тем, что жизнь может запутаться, если изобразить переплетенный узор.
На меховой опушке в центре, на лицевой стороне, – бляха, вобравшая в себя космогонические, зооморфные и растительные элементы казахского орнамента. Силуэт бляхи обильно насыщен почитаемыми образами: можно увидеть полумесяц (айшық), бараньи рога (қошқар мүйіз), распахнутые крылья птицы (кұс).
И конечно, нужно сказать о навершии девичьей шапочки – перьях птицы, которые являются древнейшим элементом головного убора. К примеру, три остроконечных треугольника, изображающие головной убор каменных изваяний кимако-кыпчакского периода (IX–X вв.), некоторые исследователи трактуют как мягкую шапку, украшенную перьями птиц – орла, филина или совы. Традиция украшения головных уборов перьями сохранялась в течение всей истории племенных объединений и государств на территории Казахстана. На макушке бөрік в раструбе декоративной бляхи размещены перья филина. По поверьям они оберегали от сглаза, от порчи. Присутствие пышного үкі на шапочке одновременно информировало о том, что девушка еще не засватана.
Всегда интересно раскрывать тайны, особенно, казалось бы, в привычных, некогда повседневных вещах. Так, в традиционном казахском обществе головной убор был важной частью народного мировоззрения. В девичьей шапочке выражались природное понимание красоты, меры, цвета, пропорций и т. д. С ней связывались многие поверья, такие понятия, как счастье и благополучие. В этом головном уборе ярко проявляются и древние верования, и сформировавшиеся в течение тысячелетий казахские народные традиции. Несомненна практичная функциональность бөрік, помимо которой он передает разнородный спектр информации и заполнен знаковыми, традиционными религиозно-культовыми представлениями. Сама форма девичьей шапочки и размещенные на ней, казалось бы, декоративные элементы составляют определенную схематизированную систему образов и символов, которые призваны выполнять, помимо эстетической, философски тщательно продуманную магико-охранную функцию.
Как и яркое свечение звезды Бөрі на небосводе, которую можно увидеть на юге Казахстана в весеннее время, так и девичий бөрік дополняет и подчеркивает девичью красоту. Словом, бөрік содержит в себе весь огромный мир, традиции, благопожелания и, конечно, охраняет и бережет владелицу!
У многих народов мира с древности красный цвет символизировал животворящие силы природы. Красный цвет, согласно народным верованиям, связан с представлениями о нем как о способствующем благополучию, здоровью, отмечающим начало репродуктивного периода. Он ассоциировался с цветом родовой крови, с солнцем, которое в традиционном сознании наделялось оплодотворяющей силой, красный цвет символизировал радость и жизнь. Помимо этого, выполнял и функцию оберега от злых сил, так как его соотносили с огнем, культ которого существовал в Казахстане повсеместно. У казахов огню поклонялись, приносили ему жертву, им лечились, осуществляя ритуальное очищение, через него приобщались к новому дому, семейному очагу.
Высшей драгоценностью семьи почитают казахи дочерей. Об этом в своем богатейшем наследии писал выдающийся этнограф Казахстана А. Диваев: «…на девицу киргизы смотрят, как на равноправного члена семьи с мальчиками, и отдают ей должное почтение и уважают ее». Особое отношение к девушкам в обществе отмечают и современные исследователи народных традиций А. Кайбарулы и Б. Бопайулы. Девочек в казахских семьях всегда воспринимали как будущих матерей, дарительниц и продолжательниц жизни, поэтому непререкаемую традицию составил запрет притеснять и уж тем более унижать их. Бережное и уважительное отношение к девушке передают и народные поговорки: «Тонка девичья тропа», «Девичья дорога перекрывает путь сорока достойным», «На веке у девы селится вещий дар. Если она нахмурится – род натыкается на зло, улыбнется – род обретает благоденствие».
В повседневной жизни также проявлялось уважительное отношение к девушке. Юных особ прекрасного пола, пришедших в гости, непременно усаживали на төр – почетное место в доме. Хозяева дома при этом искренне верили, что «при девице – счастья на сорок возов», и надеялись, что, посидев на почетном месте, дева оставит после себя чуточку своего счастья. А если не привечаешь девушку, то в доме могут поселиться мрачные тени и холод, потому что «в каждой из девчонок – сорок нестыковок», а еще «есть в девицах лед равнодушия». Помимо этого, доброе отношение к девушке А. Диваев объясняет поверьями, сохранившимися с давних времен: «…уважение к девице… превратилось в ходячую формулу для руководства в жизни, в случае неисполнения которого хозяина ожидает несчастье – кара свыше». Об этом говорят казахские поговорки: «Потребуется сорок ишаков, чтобы вынести груз с души того, кто повинен в девичьих слезах», «Унизивший девушку поражается в своих лучших правах».
Особое положение девушки проявлялось и наличием в ее гардеробе головного убора бөрік, который традиционно носили мужчины. Головной убор в любой точке мира во все времена являлся важной составляющей одежды. Это самая выразительная и своеобразная часть национального костюма, которая играла ведущую роль в опознавательной функции одежды, передавая социальные, половозрастные и территориальные различия. Равноправное положение в обществе, возможно, и позволило девицам носить такой же головной убор, как у мужчин. Кроме того, ограничивая социальную и возрастную категории, бөрік девушкам можно было носить только до замужества. Девичья шапка, конечно, несколько отличалась от мужской по форме, материалу, крою и декору. Но именно девичий бөрік имел самые различные формы, которые менялись в течение времени.
Эволюция женских уборов за длительный исторический период вобрала в себя традиционные основы мировоззрения всех предшествующих насельников Казахстана. Древние традиции и верования прослеживаются в традиционных формах и декоре девичьего бөрік. Еще в период неолита головные уборы украшали нашивными накладками. В эпоху бронзы ювелирные украшения кожаных и шерстяных женских шапочек, налобных повязок определяли социальный и возрастной статус владелицы, а также выполняли охранную функцию. Бытовали островерхие колпаки, богато украшенные фигурными бляхами, в том числе фигурками птиц в эпоху саков (VIII–III вв. до н. э.). Реконструкция головных женских уборов кангюйских племен (II в. до н. э. – VII в.) показала, что женщины носили невысокую полусферическую или с плоским верхом шапочку, край которой украшали, помимо бляшек и подвесок, полосками фестонов позолоченной кожи и шелка. При этом нижний край шапки становился довольно объемным и напоминал бөрік.
Диадемы сарматок (III в. до н. э. – IV в.) на матерчатой или кожаной основе также украшались бляхами, в том числе в виде фигурок птиц. Женские колпаки с войлочной подкладкой и налобные повязки у племен хунну (гуннов) (I в. до н. э. – V в.) украшали мехом. Причем исследователи утверждают, что шапка из вывернутой волчьей шкуры, предшественница бөрік, была известна уже с этого времени. Формирование головных уборов продолжалось и в эпоху тюрков (VI–XII вв.): в традицию входят тюбетейкообразные шапочки и шляпы цилиндрической формы. А со времени формирования казахской народности бөрік, меняясь в ходе истории, принимает статус традиционного универсального национального казахского головного убора.
Происхождение бөрік ученые связывают прежде всего с древними верованиями. В частности, в сильного и опасного представителя животного мира – волка, которого люди в древности приняли своим тотемом. Волк был олицетворением могущества и власти, начиная со времени саков, гуннов, усуней воспринимался защитником и покровителем людей. Сакские племена проводили празднества, одевая волчьи маски и шкуры. Пройдя через тысячелетия, сохранилась и широко известная легенда о происхождении тюрков от хуннского царевича и волчицы, что отразилось в верованиях о покровительстве волка у тюрко-монгольских племен. Об этом говорит и название – бөрік, основу которого составляет слово «бөрі» – волк. Кроме того, мех придает головному убору объем, возможно, поэтому в казахском языке слово «бөріту» обозначает «вздуться, разбухнуть». Так что голову девушки покрывал необычный убор, привлекающий изяществом и в то же время представляющий сильное, агрессивное и опасное существо, которое являлось и покровителем, и почитаемым предком.
Бөрік обязательно упоминался в описаниях национальной одежды этнографами и путешественниками. Этнограф В. Радлов во второй половине XIX века отмечал: «Девушки вместо платков носят очень изящные, отороченные мехом шапочки, к которым прикрепляется несколько пушистых перышек. Разумеется, шапки самые разные, в зависимости от состоятельности их владелиц».
Генерал-лейтенант Г. Катанаев, один из учредителей и член Западно-Сибирского отдела Русского географического общества, в 1892 году проводил анкетное обследование. Так вот в подробной описи имущества казахской семьи среднего достатка приводится список личной одежды всех домочадцев, включая и дочь главы семейства: «Дочь 15 лет. Шапка – 1 шт. 8 руб.; платок – 1 шт. 60 коп.; саукула – 1 шт. 25 руб.» и т. д. В этом перечне насчитывалось три головных убора, в том числе и из приданого – сәукеле. В примечаниях дается описание шапки: «Околыш обыкновенный из выдры или лисицы; наверху кисточка из ястребей или других ярких перьев. Носится зимою и летом». Далее в списке говорится о шубе из овчины: «На приданое: тон – 1 шт. 8 руб.», стоимость которой, как видим, приравнивается к оценке борика.
С головным убором были связаны народные казахские традиции и поверья. В народе его считали счастьем семьи, дома – үйдің құты. Среди одежды головному убору отводилось особое почтение: его вешали на почетном месте или оставляли на возвышении, не давали носить кому-либо, даже шапка умершего оставалась в доме, чтобы не навлечь беды и не лишиться благополучия. Бытовали такие запреты: нельзя меняться головным убором с кем-либо, иначе будут мучить головные боли и головокружение; нельзя бросать его на пол, перешагивать через него, наступать на него, пинать и т. п.
Девичий бөрік был центральным объектом обрядов, сопровождавших изменения возрастного и социального положения девушки. Обладательницей уникального девичьего головного убора бойжеткен кыз – девушка на выданье – становилась в 13–15 лет. Для подросшей девочки бөрік изготавливали на заказ или же мать готовила свой девичий головной убор. Крепила перья филина на шапочке и надевала убор на девичью голову ее бабушка во время обряда үкі тағылған бөрік киген (размещение на бөрік перьев филина). Обязательно проводился обряд шарғың салу, где главным атрибутом была девичья шапочка. В присутствии родственниц и подруг сосватанная девушка передавала свой головной убор младшей сестре. Этот шаг означал: теперь твоя очередь найти свое счастье. Но отдавать свой бөрік было необязательно: разрешалось оставить его для своих будущих дочерей или даже для внучек.
Уникальность борика была во всем: девичью шапочку делали в единственном экземпляре, при этом отличались и ткань, и мех, и декоративные бляхи, которые изготавливали на заказ, иногда используя декоративные элементы из украшений матери или бабушки. Известно множество названий этого головного убора, которые определяются по форме тульи, меху, ткани и способам декора, выделяя самые характерные именно для этой шапки признаки. Так, меховую опушку для алтайы қызыл бөрік (красный алтайский) делали из шкуры алтайской лисицы. Повсеместно бытовал елтірі бөрік (елтірі – шкура, мерлушка) – каракулевая шапка. Головной убор с меховым отворотом из шкуры ягненка называли также сеңсең бөрік, қаракүл бөрік.
В произведении «Қамбар батыр» кәмшат бөрік сравнивали с «бриллиантом на голове». Его изготавливали на заказ дочерям богатых казахов из шкурки камчатских бобров, которых издавна ввозили в казахскую степь. Бобровый борик называли также құндыз бөрік, его делали еще и из шкурки нутрии (құндыз – бобер, нутрия). Носили қама бөрік из меха выдры, сусар бөрік из меха куницы, түлкі бөрік из меха лисицы. Определенного кроя и формы были қазақы бөрік (казахский борик), ноғай бөрік (ногайский борик), нар өркеш бөрік (в форме верблюжьего горба; нар – одногорбый верблюд, символ могущества и силы), шошақ бөрік (с высокой тульей). Материал и декор определили названия «оқалы бөрік» (оқалы – вышитый позументом), «түрме бөрік» (түрме – название ткани), «пұшпак бөрік» (пұшпак – лоскут, т. е. сшитый из лоскутков ткани или кусочков меха). Особенно пышно украшали перьями совы или филина үкілі бөрік (үкі – филин, сова). Есть и другие названия, обозначающие этот головной убор.
Предшественница борика первоначально была на сплошной меховой основе. Позже бөрік стали изготавливать, комбинируя ткань, войлок и мех, с обязательной подкладкой из шерсти или ваты. В отличие от мужского мех девичьей шапки не отворачивался наружу, меховую опушку пришивали прямо на тулью. Как показывают исследования, с начала XX века распространяется новая разновидность девичьего головного убора – из отдельно скроенного цилиндрического околыша и плоской или слегка выпуклой макушки. Шапочку делали нарядной и яркая ткань и мех. Однако следуя древним устойчивым традициям, когда на головные повязки нашивали бусины и бляшки, обеспечивая себя охранной магией амулетов, девичий бөрік также украшали серебряными бляшками, нашивками из перламутра, кораллов и бусинок в небольшом количестве, а также обязательным навершием из пучка перьев филина (үкі).
В образовавшейся на макушке шапочки крестовине можно «прочитать» различные значения. Крест – самое древнее и самое простое изображение солнца – осмысливался у казахов и многих других народов как магический оберег; одновременно он связывался с идеями плодородия. В форме бөрік присутствует и следующая ступень воспроизведения солнца – обрамление креста окружностью, созданной линией меховой опушки. Тулья бөрік показывает и другое изображение солнца: окружность с точкой в центре, которую образует крупная дисковидная бляшка с раструбом для крепления перьев. Сама бляха также воспроизводит солярный знак в виде восьмилепесткового цветка, поверхность которого богато декорирована в технике гравировки. Этот мотив символизирует еще идею вечного обновления и возрождения жизни. Здесь солярная бляха введена не случайно. Прежде всего это обусловлено давним представлением людей об их магической силе, способной стимулировать, с одной стороны, положительные явления, а с другой – защищать от всего нежелательного.
Разделение тульи на четыре части тоже глубоко символично. Это выражение горизонтального четырехстороннего строения мира. Статистическая четверка ассоциировалась в сознании народа с идеями прочности, стабильности и порядка мира, соотносилась с четырьмя стихиями, временами года, стадиями человеческой жизни.
Традиционно девичий головной убор украшен крупными серебряными бляхами, которые выполняли в первую очередь охранную функцию. Само серебро (металл почитаемый) наделялось очищающими, магическими, исцеляющими свойствами, а его белый цвет соотносили с чистотой, добротой и достатком. Многочисленные стилизованные образы декоративных блях выполнены в соответствии с казахскими национальными канонами в орнаментальном искусстве. Все элементы расположены последовательно, не переплетаясь, что связано с эстетическим принципом казахов, который заключается в ясности, лаконизме и простоте художественных решений. В народном прикладном искусстве это объясняется тем, что жизнь может запутаться, если изобразить переплетенный узор.
На меховой опушке в центре, на лицевой стороне, – бляха, вобравшая в себя космогонические, зооморфные и растительные элементы казахского орнамента. Силуэт бляхи обильно насыщен почитаемыми образами: можно увидеть полумесяц (айшық), бараньи рога (қошқар мүйіз), распахнутые крылья птицы (кұс).
И конечно, нужно сказать о навершии девичьей шапочки – перьях птицы, которые являются древнейшим элементом головного убора. К примеру, три остроконечных треугольника, изображающие головной убор каменных изваяний кимако-кыпчакского периода (IX–X вв.), некоторые исследователи трактуют как мягкую шапку, украшенную перьями птиц – орла, филина или совы. Традиция украшения головных уборов перьями сохранялась в течение всей истории племенных объединений и государств на территории Казахстана. На макушке бөрік в раструбе декоративной бляхи размещены перья филина. По поверьям они оберегали от сглаза, от порчи. Присутствие пышного үкі на шапочке одновременно информировало о том, что девушка еще не засватана.
Всегда интересно раскрывать тайны, особенно, казалось бы, в привычных, некогда повседневных вещах. Так, в традиционном казахском обществе головной убор был важной частью народного мировоззрения. В девичьей шапочке выражались природное понимание красоты, меры, цвета, пропорций и т. д. С ней связывались многие поверья, такие понятия, как счастье и благополучие. В этом головном уборе ярко проявляются и древние верования, и сформировавшиеся в течение тысячелетий казахские народные традиции. Несомненна практичная функциональность бөрік, помимо которой он передает разнородный спектр информации и заполнен знаковыми, традиционными религиозно-культовыми представлениями. Сама форма девичьей шапочки и размещенные на ней, казалось бы, декоративные элементы составляют определенную схематизированную систему образов и символов, которые призваны выполнять, помимо эстетической, философски тщательно продуманную магико-охранную функцию.
Как и яркое свечение звезды Бөрі на небосводе, которую можно увидеть на юге Казахстана в весеннее время, так и девичий бөрік дополняет и подчеркивает девичью красоту. Словом, бөрік содержит в себе весь огромный мир, традиции, благопожелания и, конечно, охраняет и бережет владелицу!
