Окончив школу № 17 в Ауэзовском районе Алматы на государственном языке, она решила поступать на казахское отделение переводческого факультета КазУМОиМЯ, чтобы знать три языка: казахский, английский, русский. Интересно, что до девятого класса Яна училась в русскоязычной школе. А сейчас она получает второе высшее образование на юридическом факультете Каспийского общественного университета, причем на казахском языке.
– Я вошла во вкус. Мне нравится учиться, совершенствовать свой язык. Конечно, трудно изучать юридическую литературу, но я привыкла с детства ставить цели и трудиться над собой, – призналась моя собеседница.
По ее словам, она с первых курсов института читает периодические издания на казахском языке, слушает новости, старается не забывать и казахских классиков.
– Чтение газет на казахском языке позволяет мне быть в курсе всех социально-экономических, общественных проблем, которые обсуждаются в стране, – говорит она.
А начиналось все в детстве, когда Яна училась в пятом классе. В школе и во дворе ее всегда окружали друзья из казахских семей. Ребята разговаривали между собой на родном языке, и слух Яны привыкал к нему. Кстати, об этом говорят и опытные филологи. По их мнению, для более быстрого восприятия языка необходим вначале слуховой фон. К чести Яны, она стала стараться общаться с друзьями на казахском языке. Но надо отдать должное и ее родителям, которые приняли решение, что их дочь должна ходить к репетитору и серьезно изучать язык, помимо школьной программы.
– Мы живем в Казахстане, а значит, нужно знать государственный язык, – сказали они. Я благодарна им за их настойчивость и принципиальность, – призналась она. «Мы не смогли выучить язык, а ты обязана знать его» – такой был их четкий наказ. Кстати, мама Яны, Татьяна Владимировна, – живописец, а папа, Игорь Витальевич, занимает руководящую должность на Алматинском дрожжевом заводе. Возможно, это мое субъективное мнение, но в их позиции я увидела не показную, а истинную любовь к своей стране.
Яна убеждена, что родители должны направлять своих детей и занимать в этом вопросе принципиальную позицию.
– Ведь многие отдают своих детей еще в дошкольном возрасте на курсы английского языка. Потому что они считают: знание английского языка сегодня просто необходимость. А почему у них нет такого отношения к государственному языку? – вопрошает Яна. – И почему до сих пор казахский язык не занял тех позиций, которые подобают его статусу?
Восхищаясь достижениями Яны, спросила ее, востребована ли она на рынке труда со знанием трех языков? К сожалению, оказалось, что нет. Везде, по ее словам, требуется опыт работы. На молодежную практику, говорит Яна, она не попала, хотя несколько раз обращалась в районные акиматы. Увы, в очередной раз приходится удивляться тому, что бодрые отчеты руководителей государственных организаций, ответственных за трудоустройство молодых людей, порой не соответствуют реальной ситуации. Казалось бы, девушка, владеющая в совершенстве тремя языками, должна быть нарасхват... Яна же считает, что государство должно создавать какие-то преференции тем, кто владеет казахским языком, чтобы повышать интерес к его изучению среди молодежи. А пока она усердно изучает юриспруденцию и мечтает о дипломатической работе. Пожелаем ей успехов!
Айгуль ТУРЫСБЕКОВА
