«Железный» Аюханов поставил новый балет

Галия Шимырбаева

На интервью народный артист пришел, сильно припадая на одну ногу.

– У меня травма тазобедренного сустава: упал, вовремя не пошел в больницу, – сообщил Булат Газизович. – Более того, приехал домой – закинул ногу на лестницу, полез за архивом, еще раз упал, получил трещину крестца. Уговорили на операцию, а я, дурак, доверился. Просыпаюсь – ноги онемели. Видимо, задели нерв. Медицина – центры израильские, немецкие, американские, российские – не пошла мне на пользу. Теперь с утра полдня учусь разговаривать, полдня – ходить, могу еще пару па сделать – я не хочу сдаваться. Вот поставил «Аиду».

– Почему в столь трудное время именно этот балет?

– Надо начать с того – почему именно балет-оперу? Потому что меня воспитала оперная симфоническая музыка, я с детства знал все классические оперы наизусть. «Пиковая дама», «Евгений Онегин», «Трубадур», «Травиата», «Аида», «Севильский цирюльник»… Чайковский, Верди, Бизе… Когда учился в ГИТИСе (1959–1964), на сцене Дворца съездов выступала Ла-Скала. Я не пожалел последних денег, чтобы посмотреть всех его звезд. Опера – это проверенное академическое качество. Я благодарен ей за то, что она познакомила меня с классической музыкой. Я же много лет играл вместо концертмейстера. Научился это делать и воспитал в себе осторожное отношение к классике. До, ре, ми, фа, соль, ля, си – это не просто ноты, это тональности и рисунки музыки, если бы я знал ее теорию, сам бы писал балеты.

Говорят, что классика умерла. Да ничего подобного. Она будет царить, пока есть такие, как я. Поэтому я и восстанавливаю статус «Аиды». Такой жанр, как балетная опера, – это другой ключ к пониманию образа, благодаря ей я вернул зрителей в концерт­ные залы. Я боялся браться за «Аиду», она долго лежала у меня в душе. Но я – «железный» Аюха­нов. Если поставлю задачу, то должен сделать. Причем со знаком плюс. Художник, даже постаревший, не может разрываться между бешбармаком, пловом и балетом. Что-то должно быть одно. Я выбрал балет, но нервничаю: а вдруг не получится? Сейчас проснулась ярость – как это?! У меня – и не получится? Ничего подобного!

Балет – это тонкое, рафинированное искусство, превращенное в загадку. Я в своих балетных постановках реанимирую свои молодые амбиции, потому что когда был студентом, то не полностью использовал заложенные во мне резервы. Видите, у меня запонки – серп и молот. Это в честь балета «Серп и молот», где есть партии Сталина, Карла Маркса, Ленина, где я сам танцевал некоторые партии. Теперь ставлю маленькие концертные номера, испытанные коллективом за 50 лет. Например, сюиту на музыку Клода Дебюсси хочу поставить. Если не помру, конечно. 82 года – это не шутки. Я постарел? Скажите честно?

– Не очень. Вы молоды душой, такой же боевой дух, как и раньше.

– У меня смех сквозь слезы. Карантины меня деморализовали, я на стенку лез без работы. Начал сиделкам рассказывать про оперу «Аида», про то, что такое балет, и как к нему прикос­нуться сердцем. Для меня балет – это бальзам, а постановка – это возможность показать то, что умею. А умею я много такого, чего не умеет никто. Это моя нескромность, но я постпред народной массы. Я сверкаю при свете солн­ца и даже луны, потому что никому не завидую. Сегодняшние герои вокального и балетного фронта убеждают меня не стареть быстро. Оперная и симфоническая музыка меня заряжают. Поэтому все время стараюсь слушать Марию Каллас.

Бедно ведь жить не прикажешь, а у нас получается, что бедность (на постановку «Аиды» выделено до обидного мало денег) рождает синтез творческого, бытового, наземного, небесного. Меня это стимулирует. В моей балетной «Аиде» другой образ главной героини. В опере с ее законченной совершенной драматургией каждая нота балетная, и это помогло срежиссировать мне красивый балет на слова «Пойдем же, следуй за мной, и ты узнаешь, по плечу ли тебе бороться со мной»…

Я «бабочку» (галстук. – Ред.) надел лично для Вас. Был бы я пошустрее, то привез бы их из фирменных магазинов Франции, когда получал там Сократовскую премию (международная Сократовская премия в области культуры и искусства – International Socrates Prize). А эта «бабочка» чисто моя, авторская. Дома у меня целый склад одежды и ­белья, гардероб не меньше, чем у Екатерины II, но в 82 года я снова оказался в пеленках. Меня сейчас заворачивают в одежды. Дочь говорит: «Ты должен держать марку». Даже сиделки коман­дуют мною: «То не надо, наденьте это». Иногда они ссорятся между собой за то, как одеть меня.

Да, я не паникер, я исполнительный человек. Мне нельзя мешать, когда я работаю. Для меня работа – не просто кусок хлеба, а мой облик, мое содержание. Мне не надо нравиться зрителю. Он давно в меня влюблен, а я отвечаю ему взаимностью. Я держу в своем балете только людей перспективных. Для меня перспективные – это душа и сердце, бывает так, что у балерины есть и руки, и ноги, а сердца нет. Артисты наши растут на репертуаре. Поэтому у меня иногда случаются удачи.

– Вы все такой же хулиган?

– Нет, я не хулиган. Из меня его делают. Когда подходят с дешевыми шутками, я могу в сердцах ляпнуть грубость, чтобы отстали. Вот так я защищаю искусство.

– А если бы Вы поддались когда-то влиянию однокашника Нуреева и тоже уехали от нас?

– Если бы я уехал, то кто бы воевал? Когда я окончил ­ГИТИС, для меня в Казахстане не оказалось места балетмейстера. И я уехал в Харьков, труппа там мне понравилась, но мама категоричным тоном заявила: «Ни в коем случае! Позвони министру культуры». Я позвонил. Министр, Ляйля Галимовна Галимжанова, сказала, что я – достояние респуб­лики, и что без меня балетному кораблю не сдвинуться с места. И мне доверили художественное руководство Алматинским балетным училищем. В общем, все карты в руки. Я был молодой, всего 26 лет, но уже не сопливый. Еще в те годы мы с балериной Манской и скрипачом Миклашевским организовали театр двух актеров с двумя отделениями: первое – страницы казахского эпоса, второе – концертные номера. В театре оперы и балета имени Абая, где я числился артистом балета с правом ставить спектакли, меня терроризировали, и я решил создать свой коллектив. Так при Казахконцерте появился «Молодой балет Алма-Аты». В 1975 году наш коллектив стал ансамблем классического танца, в 2003-м – Академическим теат­ром танца.

За своих артистов я всегда стоял горой. Казахи ведь доверчивый народ, часто «садятся в лужу», а я давал возможность этой луже высохнуть. В общем, от скромности я не умру. Наверху моя самонадеянность не нравилась, но терпели. Не за талант, а за осмысленное искусство. Балет – это наука, там есть много вопросов, на которые нужно искать ответы. Чем отличаются российские балеты от казахского? Почему западные балерины не умеют танцевать адажио (у них набор хореографии – лишь бы быть красивой)?

В 90-е я ездил на птицефабрики, чтобы артисты не сидели голодными, из дома таскал крупы – я же запасливый. Чтобы они бросили курить эту вонючую «Приму», покупал «Мальборо» и «Уинстон».

– Вы сами тоже курите?

– Бросил два года назад. Не бросил бы, но голова стала болеть. Я вообще много от чего отказался сейчас. Пить теперь мне можно только лекарства, волосы вот впервые за 20 лет перестал красить. Сижу сейчас на диете, хотя всегда любил поесть, и учеников своих водил в рестораны, чтобы научить вкус­но есть и пить, держать вилку и нож. Гулять так гулять – вот мой девиз!

Когда моя сестра, ныне покойная, говорила, что я не тех угощаю, отвечал, что кормлю людей не потому, чтобы заработать очки, я просто люблю тех, кто ко мне тянется, и что для меня существует только одна профессия – ЧЕЛОВЕК! Я всегда помню о том, что от сумы и тюрьмы зарекаться не надо. Бывало, пристает к тебе на улице пропащий человек, называет тебя по имени, приглядишься, а это – известный художник или композитор! А я стал знаменитым не из-за балета, а когда Нуреев убежал. Зная, что мы однокашники по Ленинградскому балетному училищу имени Агриппины Вагановой (сейчас – Академия русского балета ее имени), кэгэбэшники, ведомства всякие расспрашивали меня о нем много.

– У вас было много общего. Оба – дети репрессированных отцов, например...

– Нет, у нас одинакового было мало. Он в марте родился, а я – в сентябре. Я его таскал на оперу, он меня на симфонические концерты.

И воспитывали нас с ним по-разному. Детство у него было более суровым, сиротским, а меня, младшего, дома берегли как девочку-неженку: тяжелого не поднимай, гвозди не забивай, это не твоя профессия. До ­10-го класса я даже не знал, что должен был быть Куватовым, но у меня фамилия мамы, потому что папиных документов у нее не было и в графе «отец» стоял прочерк.

Кто-то слух пустил, что я родился в тюрьме. Нет! Я даже не знал, что отца, второго секретаря Семипалатинского крайкома партии, репрессировали. От меня скрывали, что мы – семья врага народа. Но если я враг, то кто же тогда друг? Я ведь, как человек благодарный, все время боялся подвести государство, а потому держал и держу марку.

– Будете еще выходить на сцену?

– Если бы я не хромал, я бы не вышел – выскочил. Последний раз я танцевал 14 февраля 2019 года в «Пиковой даме» – старую графиню. Плисецкая танцевала почти до последнего, но это не ориентир для меня, у меня танцует душа.

– Когда и где предполагается премьера «Аиды»?

– Она должна была состоять­ся еще в прошлом декабре, но – коронавирус…

Популярное

Все
В канал для сточных вод превратило одно из предприятий по производству напитков поливной бетонный лоток, пустив по его руслу вонючую жижу
Заслуженные мастера танца
Живет в столичном жилом массиве Уркер Алла Кужатаева. И захотела она, чтобы в молодом районе столицы Казахстана жилось хорошо
Дай воды нам, «Рубикон»!
«Медеу» собирает звезд
Нацбанк повышает ставки
Говорим – археология, подразумеваем – Самашев
Листая страницы церковной книги
Игра, пришедшая из древности
Рубим сук, на котором сидим
Это будет супердерби
Чтоб быть богатыми завтра…
Стихия как вызов профессионализму
Тепло ли тебе, город?
Детсад в… гараже
Параметры: социальные = человеческие
«Барсы» показали зубы
Виновато дерево
Любой здравомыс­лящий доктор всегда против «растворимых» супов и любых концентратов
Комиссионка: игра по своим правилам?
Закон Республики Казахстан
Мамытбеков главе Минздрава: Куда делись деньги ФСМС
В центре столицы горит девятиэтажка (Видео)
Второй котёл вышел из строя на ТЭЦ Жезказгана
Проект по разведению сайгаков в полувольных условиях инициирован на равнине Бетпақ Дала
Трагедия января – это результат четко спланированной кампании. Солидарность с этим мнением проявляет и политолог – директор Института евразийской интеграции Уразгали Сельтеев, согласившийся побеседовать с нами о печально известных событиях начала этого года
Два автомобиля провалились под лед близ Караганды
Пожилые супруги и 3-летний внук замерзли насмерть в области Абай
Человек погиб в сорвавшемся лифте в Алматы
"Одни дома": двое детей сгорели в запертом доме в Шу
В рамках программы «Архив-2025» группа ученых Центра рукописей и редких книг посетила библиотеку Устан Кудс Разави в иранском городе Мешхеде
​​​​​​​Как научиться писать книги?
Визит Касым-Жомарта Токаева в Москву завершился
Склад сайгачих рогов и уникальные самоцветы нашли полицейские в частном доме в Алматы (Видео)
За салют с крыши поста полиции житель Алматы поплатился свободой (Видео)
Серийного вора аккумуляторов задержали в Алматы
Ерболат Досаев переназначен акимом Алматы
"Озеро" с запахом химикатов появилось вблизи Атырау
Масштабную проверку в госорганах проведут по поручению Токаева
Как пиявки высосали, а теперь хотят перекинуть проблему на государство - депутат о владельцах ТЭЦ
Акимат Алматинской области сделал заявление после гибели мужчины в массовой драке
Двое рабочих упали с 14-го этажа в Астане, один погиб
Дайрабаев высказался о внешней политике Казахстана
Жительница Балхаша убила свою мать за замечание
Ребенок под защитой государства – Кошанов о позиции Токаева
Ауесбаев ответил на критику оппонентами его партии
Несмотря на потерю зрения, режиссер Станислав Цих создал свой театр и пообещал Усть-Каменогорску фестиваль мирового уровня
Закон Республики Казахстан
Бабушка попросила полицию забрать у нее 3-месячную внучку в СКО
Ильин навестил в больнице огнеборцев, пострадавших при пожаре в Астане
"Учительницу с VIP-пропуском от МВД" наказали в Каскелене – видео
Фотографии Бишимбаева, разъезжающего на внедорожнике, прокомментировал Антикор
ЧП в Экибастузе: низкие тарифы могли стать причиной аварии на ТЭЦ
В Правительстве обсудили ход исполнения Программы повышения доходов населения
Хотел спасти котёнка: мальчик провалился под лёд на реке в Астане
Где можно будет посмотреть трансляцию церемонии инаугурации Касым-Жомарта Токаева
Спецоперация в Кокшетау: задержан хозяин "склада" с наркотиками
"Был 10 лет в рабстве": видеообращение к полиции записал житель Жетысуской области
Трехмесячная девочка скончалась во время забора крови в поликлинике Жамбылской области
Дочь нашла мать убитой спустя трое суток после трагедии в СКО

Читайте также

Статьи
Чтоб быть богатыми завтра…
Статьи
Дай воды нам, «Рубикон»!
Статьи
Говорим – археология, подразумеваем – Самашев
Статьи
Листая страницы церковной книги

Архив

  • [[year]]
  • [[month.label]]
  • [[day]]