Лекарство от свободы: как эффективно бороться с «вирусом» информационной вседозволенности

Анонимные телеграм-каналы, которые могут в любой момент без доказательств обвинить кого угодно в чем угодно, не обезображивают свой контент элементарным фактчекингом и запросто проходятся по чести, достоинству и деловой репутации, с одной стороны являют собой продукт здорового стремления к свободе слова и свободе печати, с другой же используются заинтересованными лицами как средство дестабилизации общественных настроений.

Сама по себе анонимность – не преступление. Поголовная принудительная деанонимизация – не выход, да это и невозможно, но что-то предпринимать необходимость назрела явно.

#FREEDUROV

Летом 2024 года, на фоне новостей об аресте Павла Дурова во Франции, мессенджер Telegram вошел в топ-5 самых скачиваемых приложений в Европе. Продуктом, первый релиз которого, согласно данным из открытых источников, состоялся в 2013 году (а идея создания посетила Дурова двумя годами ранее), на сегодняшний день активно пользуются 950 млн человек по всему миру. Здесь стоит объяснить, что такое «активно» – это когда пользователь заходит в мессенджер как минимум один раз в месяц. За время своего существования Telegram стал одной из самых известных и влиятельных социальных платформ.

Одна из ключевых «фишек» Telegram – защита пользовательских данных. Именно отказавшись сотрудничать с российскими властями, Telegram и передислоцировался в другую страну. Отвечая на претензии французского суда, администрация Telegram заявила, что все же сотрудничает с правительствами разных стран своего присутствия, но только в тех случаях, когда считает это критически необходимым. Например, если речь идет о терроризме, распространении наркотических средств или порнографии. Суд, напомним, обвинял Павла во всех смертных грехах: от распространения фейков о российско-украинском конфликте до эксплуатации детского труда, пытаясь, по словам международных экспертов, создать таким образом прецедент, когда владельца бизнеса можно судить за действия пользователей продукта.

А кого судить?

Авторы анонимных телеграм-каналов не считают себя обязанными проверять информацию. Достоверность сведений в приоритеты не входит, только скорость и эксклюзивность. При этом найти их, а уж тем более тех, кто за ними стоит, практически невозможно. В конечном счете инфополе изобилует фейками, ложью и т.н. избирательной правдой – начиная от суицидов, на которые подталкивают детей, и заканчивая «громкими расследованиями», представляющими из себя кашу из непроверенной и откровенно ложной информации обо всем на свете.

Сколько такой грязи о Салтанат Нукеновой было по ходу суда над Бишимбаевым? То же самое повторяется с делом о убийстве Шерзата Болата. Сколько анонимных каналов занимаются откровенным разжиганием социальной, национальной, родовой, расовой или религиозной розни? Не сосчитать.

Недавно в Минцифры анонсировали открытие официального представительства Telegram в Казахстане. По словам министра, это позволит удалять неправомерный контент куда быстрее. Но и тут мы не можем просто взять, и закрыть дискуссию. Что войдет в определение «неправомерного контента»? Понятно, что нападки на власть, разжигание межнациональной розни, пропаганда суицидальных настроений. А что насчет шантажа и давления на коммерческие структуры?  

«Магаз», закладка, свобода воли

С высоких трибун Организации Объединенных Наций не единожды подчеркивается, что права, которыми человек обладает в реальной жизни, должны сообразно защищаться и онлайн. Получается, что право на обеспечение анонимности в интернете и, соответственно, использование средств шифрования, гарантируется на основании тех же постулатов о свободе, которые были изложены до массового распространения интернета в ключевых документах о правах человека. Таких как, например, Всеобщая декларация прав человека.

Еще в мае 2015 года на 29 Сессии ООН по правам человека специальный докладчик по вопросу о поощрении и защите права на свободу мнений и их свободного выражения Дэвид Кайе дал пояснение применению права на неприкосновенность частной жизни и свободу выражения мнений в интернете и выразил обеспокоенность растущей неизбирательной слежкой правительств стран мира и международных корпораций за пользователями в сети, а также запретами на использование средств шифрования и самой возможности анонимного пользования интернетом.

Большой Брат абсолютно точно не должен следить за частной жизнью граждан и иметь доступ к их конфиденциальной переписке. При этом только с января по октябрь 2024 года в Казахстане было ликвидировано 55 анонимных телеграм-каналов, через которые распространяли запрещенные психоактивные вещества.

Таких каналов, которые в народе называют «магазы» (от слова «магазин») день ото дня становится все больше и больше. Полиция едва ли не каждый день задерживает так называемых «закладчиков» и потребителей, пытаясь выйти на тех, кто в этой преступной цепочке стоит выше. И поле битвы здесь – Telegram.

Обратите внимание: в текущем году правоохранительные органы РК выявили (не в последнюю очередь и в Telegram) 22 факта распространения информации, пропагандирующей суицид. Кроме того, было обнаружено 157 фактов распространения информации, пропагандирующей насилие, из-за которых ограничено 56 интернет-ресурсов, а по оставшемуся 101 материалу направлены соответствующие уведомления. Буквально сегодня стало известно о том, что в Шымкенте заблокировали 18 анонимных телеграм-каналов, подозреваемых в связи с распространением наркотиков.

Провокация в маске

В конце июля в России одобрили поправку, согласно которой блогеров с аудиторией более 10 тысяч человек могут обязать предоставлять информацию о себе в Роскомнадзор. Снова выглядит так, будто свободе самовыражения наступают на горло. Оставляя за скобками вопросы цензуры в РФ, обратим внимание на сам механизм. Если человек достигает определенного уровня общественного влияния, и при этом не собирается нарушать закон или призывать к нарушению закона, то у него не возникнет вопроса, нужно ли предоставить свои данные компетентным органам.

«Важно понять, что анонимность не равна безнаказанности. В современном мире информация – это мощнейшее оружие. Традиционные медиа, такие как телевидение, долгие годы были главным источником информации. Однако с появлением Интернета и социальных сетей их роль изменилась, – пишет генеральный директор телеканала Atameken Business Channel Канат Сахария. – <...> существует угроза в виде анонимных источников информации, таких как телеграм-каналы и другие фейковые источники. Эти источники могут стать инструментами информационно-психологической войны, направленной на дезинформацию общества и подрыв доверия к органам власти».

Десятки телеграм-каналов, взять, к примеру, «желтый» Osek qumar, – вряд ли некая блогерша Сабина очень рада «сливу» своих откровенных видео; причем каналу лишь бы привлечь внимание, и авторы уточняют, что на видео «предположительно» Сабина, – распространяют фейки, непроверенную или заведомо ложную информацию, а затем, набрав аудиторию на «хайпе», начинают прицельную информационную войну. Пост с откровенным видео на момент публикации этого текста удален, однако, что называется, мавр сделал свое дело.

«Государственные институты должны регулировать соблюдение законов на территории страны, – говорит автор канала Shishkin_like, журналист Дмитрий Шишкин. – Анонимность сама себе не является правонарушением. Преступление – это клевета, распространение недостоверных сведений, призывы к беспорядкам. На любое нарушение закона государство должно реагировать соответствующим образом. Если сообщение в канале задело честь, достоинство и деловую репутацию некоего человека, он имеет право обратиться в суд. В таком случае государство должно устанавливать личность автора, то есть деанонимизировать канал и наказать виновного».

Президент Интернет Ассоциации Казахстана Шавкат Сабиров, в свою очередь полагает, что анонимность больше не в почете и, более того, она вызывает отторжение.

«Мы сами пришли к тому, что хотим дружить в соцсетях с теми, кого знаем, дискутировать с теми, о ком знаем, что это реальный человек. Во-первых, анонимность уходит из нашей жизни вследствие изменения нашего мировоззрения, а, во-вторых, потому что владельцы соцсетей ужесточают правила контроля, вычищая свои продукты от анонимных каналов. Ну и, в-третьих, благодаря соответствующим службам, которые борются с анонимностью. Так что если 10 лет назад анонимность была в какой-то мере даже полезна, сегодня она, к сожалению, приносит больше вреда, чем пользы», – сказал он.

Меры по борьбе

Законом о СМИ в Казахстане предусматривается свобода слова и самовыражения, однако не без оговорок. Главная среди них состоит в том, что свобода слова и самовыражения, а также свобода печати, все это ограничивается необходимостью проверять и перепроверять информацию. Существуют понятия государственной, корпоративной и частной тайны, тайны личной переписки и тайны следствия. Разглашение информации, относящейся к какой-либо из этих категорий является преступлением.

Профильное министерство за последние 5-7 лет приняло ряд мер. Так, в декабре 2017 года правительство приняло новые поправки, которые требуют от пользователей, желающих оставлять комментарии на локальных веб-сайтах, регистрации с использованием цифровой подписи или SMS-идентификации. Владельцы сайтов также обязаны хранить данные комментаторов не менее трех месяцев и по запросу предоставлять правительству информацию о пользователях. Еще раньше, в сентябре 2014 года, в Казахстане было запрещено использование сайтов и сетей (анонимайзеры), которые позволяют обходить блокировки.

Важно также упомянуть закон об обязательной регистрации SIM-карт и устройств под настоящим именем пользователя для доступа в Интернет. Согласно «Правилам оказания услуг доступа к сети Интернет» предоставление абоненту доступа к сети осуществляется только после заключения договора в письменном виде и с указанием сведений об абоненте с приложением копий документов.

Однако даже эти меры как будто бы не распространяются на Telegram. При этом администрация Telegram, как было сказано выше, идет на деятельное сотрудничество, если дело касается уголовных правонарушений. К примеру, блокируются каналы, которые распространяют наркотики и порнографию. Тогда как фейки, непроверенная или ложная информация зачастую в поле внимания ведомства не попадают. Остается надеяться, что ситуацию действительно изменит появление официального представительства мессенджера на территории Казахстана.

Анон, please

Дмитрий Шишкин говорит, что личный бренд – это важный компонент формирования доверие к каналу.

«Свобода слова же существует только до того момента, пока ты не нарушаешь чужие права или закон, – говорит Дмитрий Шишкин. – Тогда как анонимность, безусловно, развращает, у человека нет необходимости нести ответственность за свои слова и, соответственно, заниматься фактчекингом, выбирать слова. Редко, однако встречаются анонимные телеграм-каналы, которые делаются довольно достойно, по высоким журналистским стандартам, но их явное меньшинство».

Политолог Данияр Ашимбаев убежден, что помочь в решении проблемы отсутствия верификации и персонализации могли бы законодательные меры.

«К примеру, идентификация и (или) аутентификация физических лиц с использованием биометрических персональных данных. Можно сделать так, чтобы каждый казахстанец мог видеть в личном кабинете на портале госуслуг все номера телефонов, зарегистрированных на его имя, как действующих, так и прежних, – говорит он. – Надо совершенствовать нормативно-правовую базу, чтобы выработать механизм по пресечению этого информационного пиратства».

Стремление сохранить анонимность может быть только у тех, кто боится ответственности за свои слова и действия. Анонимность чаще всего используется, по словам Ашимбаева, в основном для совершения разного рода преступлений, и поэтому любые аргументы в ее защиту как минимум неуместны. Любые более-менее крупные источники информации никак не могут быть анонимными.

Слово депутатам

Традиционные медиа, вызывающие доверие хотя бы тем фактом, что есть с кого спросить, теряют популярность и, как следствие, аудиторию по той простой причине, что не позволяют себе выдавать в эфир фейки. А значит делают, выражаясь журналистским сленгом, «старости», а не новости. А чем больше «не успевают» традиционные СМИ, не прячущие лица, – не получая верифицированных ответов вовремя, только запреты на ровном месте, – тем меньше стоило бы удивляться огромному числу анонимных каналов, считает депутат Мажилиса Асхат Аймагамбетов.

«Информация в любом случае выходит. И если появляется неправильная информация, прежде всего это проблема с коммуникацией. Если ты убегаешь от журналистов, если ты не подготовлен, если тебе твой пресс-секретарь заранее хотя бы не пробрифовал, если ты не понимаешь, что у тебя это могут спросить, и ты вышел неподготовленным, не надо обвинять СМИ, надо обвинять прежде всего себя, если ты не готов. Поэтому, я думаю, что со СМИ никаких проблем нет, наоборот, мы должны всячески их защищать и, если информация достоверная будет появляться через медиа традиционные, тогда у нас и Telegram-каналы и другие ресурсы будут тем самым терять свое влияние. Поэтому, я думаю, что в этом направлении нам нужно работать», – говорит он.