Молчать нельзя помочь

– Не всегда у жертвы бытового насилия есть возможность и смелость рассказать о ситуа­ции, попросить помощи. Как в таких случаях можно помочь себе самостоятельно? Может быть, есть какие-то техники успокоения?

– Первое, что должна знать жертва домашнего насилия, – успокаиваться не нужно! Ни одна из убитых жен не думала, что будет убита и оставит детей сиротами. В ситуации насилия нужно не успокаиваться, а относиться к происходящему так, будто на дом вот-вот сойдет лавина: осознать, что необходимо бежать.

Самостоятельно придется помогать себе в любом случае, так как в нашей стране сильно развит victim blaming – обвинение жертвы семейно-бытового насилия, изнасилования в том, что она стала жертвой. Это значит, что с большой долей вероятнос­ти, если женщина начнет просить помощи или рассказывать о происходящем, люди, включая близких родственников, скажут «сама виновата».

Именно поэтому жертва бытового насилия должна знать адреса, телефоны кризисных центров и центров помощи пострадавшим от домашнего насилия. Важно понимать: на самом деле она не контролирует ситуацию. Чаще всего женщины не осознают, что уже увязли дос­таточно глубоко, ведь после каждого акта насилия агрессор начинает демонстрировать candy show (сладкое шоу): делает все для перемирия, ведет себя ласково. И женщина забывает о предшествующих побоях, оскорбле­ниях, унижениях, финансовом насилии.

– Что же следует делать?

– Жертва должна иметь возможность самостоятельно обратиться в кризисный центр. Ни в коем случае никому не сообщать об этом, не спрашивать разрешения, не запугивать агрессора решением уйти.

Следующий шаг: в отсутствие мужа она должна быстро собрать вещи, документы, детей и, немедленно выбросив
SIM-карту, покинуть дом, лучше – оказаться в кризисном центре.

Если вам это кажется чрезвычайной мерой, приведу факты: почти 63% от всех закрываемых убийств в нашем и сопредельных государствах – на почве домашнего насилия. То есть большая доля всех убийств совершается дома, супругами. Какие могут быть техники самоуспокоения, когда жертва в зоне смертельного риска?

Поэтому, если нет четкого понимания, что женщина становится жертвой семейного насилия, ей важно начать фиксировать в календаре, когда и как были совершены в отношении нее насильственные действия, фото­графировать побои, записывать на диктофон любой семейный конфликт, если есть возможность. Позже это станет не просто свидетельством, а доказательством того, что над ней совершаются акты домашнего насилия. Оказать себе реальную помощь женщина может, обратившись к юристам-общест­венникам.

– Даже при наличии поддерж­ки и понимания извне человек, столкнувшийся с насилием в семье, находит разные причины, чтобы не обращаться за помощью. В чем корень этих причин? Есть ли действенный способ, чтобы перебороть себя и «разорвать круг»?

– Причина первая – victim blaming. Вторая – отсутствие крепкой законодательной базы в вопросах семейного насилия. Недостаточно бывает позвонить и сказать: «Муж на меня кидается». В ответ можно услышать: «Как только он вас изобьет или убьет – тогда и обращайтесь». Так что пока не принят конкретный закон о домашнем насилии, этот порочный круг не разорвать.

Еще одна проблема – уже для следственных органов: когда жертва пишет заявление на агрессора, после примирения она же его чаще всего забирает. А в США, к примеру, отозвать такое заявление нельзя.

Затронем психологическую сторону: как правило, жертвы бытового насилия вырастают в семье с насилием. И если подросток жил в условиях, где папа поколачивал маму, то с большой вероятностью он будет сам агрессором или жертвой, потому что такая модель поведения становится «нормальной».

Третья причина – поведение агрессора. Он понимает, что жерт­ва напугана, обижена, разозлена, в ход идут акции candy show, но они становятся все короче, и этот порочный круг «насилие – извинение – снова насилие» двигается все быстрее. Именно поэтому жертва должна иметь как минимум календарь и фотографии, так как не всегда есть возможность сразу обратиться за помощью или снять побои.

Модель «агрессор – жертва» – это отношения глубочайшей созависимости. Поэтому, пос­кольку жертва день ото дня слышит, что ни на что не способна, зачастую не имеет источника дохода, ей элементарно некуда идти, она остается. Назови человека много раз бесполезным и ничтожным – и он сам в это поверит. Так работает эффект выученной беспомощности, когда жертва перестает предпринимать попытки по изменению ситуации.

– Зачастую люди вне семьи видят происходящее и либо бездействуют, либо не знают, как помочь, что сказать. И если желание помочь все же есть, то как действовать, чтобы не навредить еще больше? Здесь ведь важны не только искренние намерения, но и правильно подобранные слова…

– Нет тут задачи правильно подобрать слова. Важно показать: у тебя проблема, я ее вижу и готов помочь, я на твоей стороне. Возьмем классическую ситуацию: слышим звуки ссоры, драки соседей. Мы можем вызвать полицию, приезжает наряд и разбирается с ситуацией. Анонимный звонок – самая простая действенная помощь, при этом ни агрессор, ни жертва не знают, кто из соседей звонил.

Попытка вмешаться в такие конфликты небезопасна для вас: вы не знаете степень вменяемос­ти и адекватности человека, кидающегося на супругу и детей.

В США на дверях большинства соседей есть значок в виде глаза, означающий, что здесь проживают люди, способствую­щие созданию правового государства: при первых признаках преступления они обратятся в полицию и сообщат о странных действиях. Именно благодаря этому создаются правовые государства. А у нас таких людей называют «стукач»…

К тому же часто понятие «помощь» люди не до конца понимают. Помощь начинается с того, что вы говорите: можешь позвонить в любое время, я приеду, заберу тебя, оплачу встречу с юристом, помогу деньгами. Реальная поддержка – это когда вы готовы приехать даже вместе с полицией, взять эту плачущую избитую жертву и ее детей под свою опеку или отвезти в безо­пасное место. Просто говорить о чем-то – еще не помощь. Это все равно что сказать: «Ты растолстел, тебе надо худеть…»