Нетепличные условия

Председатель Ассоциации теп­лиц Туркестанской области и Шымкента Мырзахмет Снабаев утверждает, что производители тепличных овощей сейчас испытывают значительные затруднения, из-за которых привычный бизнес становится убыточным. А какой хозяйственник будет работать без прибыли? Вот и сокращаются площади по выращиванию овощей в закрытом грунте.

В 2022 году произошло резкое увеличение показателя неис­пользуемых теплиц – на 232,4 га. Больше всего их простаивает нынче в Туркестанской области – на площади 217 га! Затем идет Алматинская область со своими шестью гектарами.

По полтора-два гектара свободных площадей есть практически в каждой области, имеющей теп­лицы. Между тем доля выращиваемых тепличных овощей составляет всего 3,8% от общего их объема, производимого в стране в течение года.

Подавляющее их большинство возделывается под открытым небом. Это позволяет обеспечить рекомендуемую норму потребления овощей на одного человека и даже экспортировать излишки.

При годовой норме в 118 кило на человека производство овощей в республике достигло 245,7 килограмма. Тепличные овощи также входят в этот показатель и составляют 9,3 килограмма на человека.

Часть продукции из открытого грунта в сезон сбора урожая продается на экспорт, в зимнее же время, напротив, наблюдается дефицит свежих овощей. Расчеты показывают, что существующий объем выращивания тепличных овощей в Казахстане удовлетворяет внутреннюю потребность населения только в течение 13 дней, тогда как период межсезонья на большей территории страны длится около 210 дней!

Вот и получается, что сейчас около 96% потребности в овощах в период межсезонья республика покрывает за счет импорта.

Тенденцию сокращения объема отечественной тепличной продукции подтверждает и статистика. Если в 2018 году на одного казахстанца приходилось по 9,6 кило тепличных овощей, в 2019-м – 11,7, в 2020-м – 13,3, в 2021-м – 13,5, то в прошлом году этот показатель упал до 9,3 килограмма... Произошел откат до уровня ниже четырехлетней давности. В период межсезонья отечественное производство не просто не обеспечило внутреннюю потребность населения, но и пошло на снижение.

Предприниматель Болатбек Нижаметдинулы считает, что тепличный бизнес оказался заг­нанным в тупик в силу ряда проб­лем, требующих безотлагательного решения.

– Безоговорочная вера дехканина в поддержку со стороны государства, желание трудиться, отсутствие у мелких тепличных хозяйств специалистов, которые могли бы просчитать все на перс­пективу, спрогнозировать и смоделировать возможный сценарий развития событий, а также не­стабильные тарифы обернулись для тепличников серьезными проблемами, – комментирует ситуацию Болатбек Нижаметдин­улы. – Добавьте сюда отсутствие серьезной профессиональной подготовки и – ты уже в долговой яме. До тех пор, пока не окажется отрасль приоритетной, порядка в сельском хозяйстве страны и движения вперед не будет. Более того, с каждым годом эта сфера начнет становиться все менее привлекательной для сельчан.

– Правильно вопрос ставит Болатбек. Конкретно скажите уже: нужны или не нужны теплицы в стране, – поддерживает позицию предпринимателя отраслевой эксперт Кирилл Павлов. – Если нет, люди зафиксируют убытки, распустят по домам десятки тысяч рабочих и отдадут рынок тепличных овощей импорту. Тем более не зря же соседи, понимая, насколько наши производители в неравных с ними условиях, несколько лет подряд демпингуют на казахстанском овощном рынке.

А условия и в самом деле неравные. К дикой разнице в стоимости газа и электричества добавились еще и проблемы с дефицитом угля.

Мои собеседники предлагают провести серьезный анализ ситуации в отрасли, результатом которого станет введение не декларативной, а реальной поддержки бизнеса. Это тем более важно, что акиматами облас­тей на ближайшие несколько лет заявлено 46 инвестиционных проектов. В текущем году предполагается строительство 22 теплиц, в 2024-м – 13, в ­2025-м – пяти и в 2026 году – шести.

К примеру, агропромышленный холдинг «ЭКО-культура», лидирующий в тепличной отрас­ли России, уже в текущем году намерен начать в Туркестанской области сооружение тепличных комплексов общей площадью более 500 га!

Сейчас ведется работа по подведению инфраструктуры. Инвестиционный проект, реализуемый в Келесском районе, предусматривает создание около 1 000 рабочих мест. Кроме того, инвесторы совместно с российскими вузами намерены начать подготовку квалифицированных специалистов в области возделывания аграрной продукции в закрытом грунте.

Для эффективного претворения в жизнь этого крупного и еще 45 проектов необходимо создать соответствующие условия, чтобы спустя пару-тройку лет у аграриев не наступило разочарование в этом бизнесе как малопродуктивном...

Кредиты, уголь и цена

Тепличные хозяйства, в отличие от тех, что возделывают культуры в открытом грунте, не входят в программу льготного кредитования, по которой средства выделяются из респуб­ликанского бюджета. По действующей программе «Кең дала» через Аграрную кредитную корпорацию финансируются весенне-полевые и уборочные работы по различным сельскохозяйственным культурам, включая овощи, выращиваемые в открытом грунте.

– Льготный кредит для производителей сельскохозяйственной продукции предоставляется по ставке не более 5% годовых, – делает расклад Мырзахмет Снабаев. – В текущем году Аграрной кредитной корпорации из республиканского бюджета на эти цели выделено 140 миллиардов тенге со сроком погашения в 2023-м (до 20 декабря – 70 млрд тенге) и в 2024-м (до 1 декабря – 70 млрд тенге). Этот график погашения позволяет профинансировать и тепличников, учитывая, что выращивание овощей в теплицах производится в другие сроки, нежели при посадке в открытом грунте. Все, что для этого требуется, это дать нам право на получение льготных кредитов по программе «Кең дала». Есть ли шанс, что нас услышат? Не знаю, ведь про драконовский тариф на электроэнергию мы говорим не первый год, но только без толку!

Владельцы теплиц в один голос заявляют, что возделывание овощей в закрытом грунте – очень дорогостоящее дело. И в первую очередь сетуют на стоимость энергоносителей. 34 тенге за 1 кВт•ч – такую цену платят за электроэнергию аграрии Туркестанской области. Это в разы дороже, чем у соседей и земледельцев других стран, поставляющих свои томаты, огурцы и прочую витаминную продукцию на рынок Казахстана.

– Если нам нужны теплицы и десятки тысяч рабочих мест на юге страны, то надо решать воп­рос с тарифом на энергоносители и наличием топлива. Ведь в десятки раз доходит разница, – оперирует цифрами Кирилл Павлов. – В Туркменистане, например, для фермеров 1 кВт•ч электроэнергии стоит три тенге, а у нас – 34. Газ для теплиц в Узбекистане обходится в 11 тысяч тенге, а у нас – в 36 тысяч, и то в трубе нет необходимого давления. В Туркменистане – 45 тенге... Я не оговорился, не тысяч, просто – 45 тенге. О какой конкуренции вы говорите? О какой суперприбыли, в которой то и дело пытаются обвинить наших аграриев? Может, следует несколько поумерить аппетиты монополистов, а главное, убрать посредников с энергетического рынка хотя бы там, где речь идет о продовольственной безопаснос­ти? Или перейдем на импорт даже там, где можем сами себя обеспечить...

Тарифы энергоснабжающих организаций неподъемны для субъектов агробизнеса. Да и постоянный их рост не позволяет просчитать рентабельность бизнеса, который может запросто рухнуть при очередном повышении расценок.

Болатбек Нижаметдинулы предлагает в этой связи вспомнить ситуацию 2017 года, когда в угоду монополистам решили отказаться от дифференцированных тарифов. Никто не подумал, что отмена ночного тарифа, который был в два раза ниже дневного, пустит под откос немало производителей, включая владельцев теплиц.

– Среди тех, кто тогда ушел в большой минус, естественно, оказались и тепличные хозяйства, для которых ночная подсветка – залог урожая, – считает Болатбек Нижаметдинулы. – Они-то именно на дифференцированный тариф рассчитывали, когда составляли свои бизнес-планы. Сейчас же общий тариф приводит к убыточности производства. Да, государство сейчас субсидирует отрасль частичным возмещением затрат на строительство теплиц. Но этого крайне мало для того, чтобы дело оказалось в итоге успешным. Это не бонус. Наоборот, наличие субсидирования только подчеркивает сложность данного вида предпринимательства. Помощь от государства стоит воспринимать скорее как скидку, которую предстоит отработать.

«Купившись» на субсидии, сельские жители не особо вникают в тонкости и детали ведения тепличного хозяйства, не про­считывают до конца риски, из-за которых можно потерять все.

Фермерами неоднократно поднимался вопрос субсидирования части затрат на электроэнергию. В Ассоциации теплиц Туркестанской области и Шымкента просчитали, что субсидирование промышленных теплиц в размере 50% от стоимости электроэнергии обойдется примерно в 3–4 млрд тенге в год.

В областном управлении сельского хозяйства выход из ситуации видят в разработке государственной программы развития тепличной отрасли, предусмат­ривающей в том числе и 50-процентное возмещение фактичес­ких затрат на энергоносители.

В регионе к тому же самая высокая цена на уголь и природный газ. Как следствие, часть промышленных теплиц, а также практически все фермерские теплицы отапливаются углем, поиском которого всю зиму заняты в Южном Казахстане.

Тепличники в какой-то мере уже привыкли, что наравне с другими потребителями в зимний период испытывают дефицит угля и рост его стоимости. Нынче, не найдя возможности его закупить в разгар грянувших морозов, многие владельцы теп­лиц потеряли урожай овощей, которые попросту замерзли. «Разбор полетов» и поиски виновных продолжаются до сих пор...

Мой вопрос о том, как сложившаяся ситуация отразится на перспективах развития отрас­ли, адресованный областным чиновникам, ответственным за поставку угля, так и остался без ответа. Неудивительно, ведь угля по-прежнему на всех не хватает, несмотря на то, что передвижение каждого вагона сегодня отслеживается чуть ли не на уровне областного акимата.

Между тем по-прежнему остается открытым вопрос защиты внутреннего рынка. В первую очередь речь идет о демпинге со стороны узбекских и турк­менских торговцев овощей. В ассоциации говорят о случаях контрабанды, необходимости ужесточения фитосанитарного контроля и сбыта.

К примеру, среднегодовая отпускная цена тепличных огурцов составляет 500 тенге. На прилавке она достигает в среднем 1,5 тыс. тенге, а в новогодние праздники доходит до 2,5 тыс. тенге. Понятное дело, разница «оседает» в карманах посредников и торговых сетей, закупающих товары через свои аффилированные компании.

При этом крупные теплицы могут и готовы обеспечить периодичность поставок в необходимых объемах и надлежащего качества. Такое прямое сотрудничество позитивно скажется не только на получении производителями справедливой оплаты, но и снизит цену на прилавках. Пока же прибыль достается перекупщикам и торговцам тепличных овощей, а обвинения в дороговизне звучат почему-то в адрес исключительно овощеводов.