Уже некоторое время в стране центры занятости населения действуют по-новому. То есть они по-прежнему стараются помочь найти вам работу, теперь как-то лучше, что ли…
Почему лучше? И почему это «лучше» происходит на самом деле? Скорее всего, одной из причин стало то, что частников допустили к общегосударственной базе данных вакансий и соискателей. Все услуги соискателям предоставляются бесплатно, государство платит частным агентствам занятости, а те ищут работу для казахстанцев.
Частные агентства занятости в регионах обретают своеобразный государственный заказ на трудоустройство граждан. В целом по стране такие агентства в прошлом году получили более миллиарда тенге. Понятно, что госзаказ следует отрабатывать, иначе было бы неправильно.
Однако не о правильности действий агентств сейчас поговорим. А об ответственности самих соискателей. Часто бывает так, что, придя однажды в центр занятости по месту проживания, люди знакомятся с условиями и... теряются.
То есть они не растерялись от множества требований, там и принести-то с собой надо удостоверение, трудовую книжку и документ об образовании. Они просто исчезли вдали. Но, принимая соискателя в поле внимания, центр как госструктура справедливо рассчитывает на взаимный интерес. Если человек пришел в центр занятости без желания работать, надо бы понимать: мало что получится.
А вот предложение рабочих мест будет. Так же как и предоставление возможности бесплатного переобучения либо переквалификации. Кстати, не так давно городской сайт писал, что вакансий в Астане множество, а переобучиться на пекаря или швею можно за 3–6 месяцев. Ровно такие же возможности у соискателей в регионах.
Ведь пекарем может работать как 18-летняя девушка, так и отец семейства. На Западе так строится семейный бизнес, когда в одну и ту же булочную люди приходят за булочками, славящимися вкусом не один десяток лет.
Другое дело, что у нас есть такие люди, кому нужна работа, но они предпочитают страдать и жаловаться на бедность, а не прикладывать собственные усилия к улучшению своего быта и росту профессионализма.
Каждому следует знать, что центр занятости – трудовой посредник, он соединит соискателя и работодателя, отправит на переподготовку, расскажет, как заняться индивидуальным бизнесом. Но ходить на работу ни за кого не будет. Так же как и упрашивать, мол, на собеседование пора бы.
Между тем государство проводит и социальные измерения, чтобы понять, насколько верный выбран подход к оказанию услуг по трудоустройству. Так, озвучены результаты независимого социологического опроса от Центра изучения общественного мнения (ЦИОМ).
Там была цель: оценить результаты взаимодействия с безработными после обращения в центр занятости; понять, насколько удовлетворены соискатели; выявить сдерживающие факторы либо стимулирующие. Результаты опроса показали, что 50% обратившихся нашли своего работодателя. Цифры такие: 32% работают в местах, куда их трудоустроили через центр занятости; 18% трудятся по специальности, которую получили при переобучении; 13% нашли работу сами.
Итак, ищущим работу надо брать за себя ответственность. Работа есть. А на работе бывает карьерный рост вкупе с прибавкой к оплате труда.
Кстати, в Казахстане многим более двух сотен центров занятости с немалой, так скажем, пропускной способностью. Наверняка большая часть или хотя бы половина из зарегистрированных 400 тыс. безработных найдет с их помощью место приложения собственных рабочих рук.
Все колонки автора
Почему лучше? И почему это «лучше» происходит на самом деле? Скорее всего, одной из причин стало то, что частников допустили к общегосударственной базе данных вакансий и соискателей. Все услуги соискателям предоставляются бесплатно, государство платит частным агентствам занятости, а те ищут работу для казахстанцев.
Частные агентства занятости в регионах обретают своеобразный государственный заказ на трудоустройство граждан. В целом по стране такие агентства в прошлом году получили более миллиарда тенге. Понятно, что госзаказ следует отрабатывать, иначе было бы неправильно.
Однако не о правильности действий агентств сейчас поговорим. А об ответственности самих соискателей. Часто бывает так, что, придя однажды в центр занятости по месту проживания, люди знакомятся с условиями и... теряются.
То есть они не растерялись от множества требований, там и принести-то с собой надо удостоверение, трудовую книжку и документ об образовании. Они просто исчезли вдали. Но, принимая соискателя в поле внимания, центр как госструктура справедливо рассчитывает на взаимный интерес. Если человек пришел в центр занятости без желания работать, надо бы понимать: мало что получится.
А вот предложение рабочих мест будет. Так же как и предоставление возможности бесплатного переобучения либо переквалификации. Кстати, не так давно городской сайт писал, что вакансий в Астане множество, а переобучиться на пекаря или швею можно за 3–6 месяцев. Ровно такие же возможности у соискателей в регионах.
Ведь пекарем может работать как 18-летняя девушка, так и отец семейства. На Западе так строится семейный бизнес, когда в одну и ту же булочную люди приходят за булочками, славящимися вкусом не один десяток лет.
Другое дело, что у нас есть такие люди, кому нужна работа, но они предпочитают страдать и жаловаться на бедность, а не прикладывать собственные усилия к улучшению своего быта и росту профессионализма.
Каждому следует знать, что центр занятости – трудовой посредник, он соединит соискателя и работодателя, отправит на переподготовку, расскажет, как заняться индивидуальным бизнесом. Но ходить на работу ни за кого не будет. Так же как и упрашивать, мол, на собеседование пора бы.
Между тем государство проводит и социальные измерения, чтобы понять, насколько верный выбран подход к оказанию услуг по трудоустройству. Так, озвучены результаты независимого социологического опроса от Центра изучения общественного мнения (ЦИОМ).
Там была цель: оценить результаты взаимодействия с безработными после обращения в центр занятости; понять, насколько удовлетворены соискатели; выявить сдерживающие факторы либо стимулирующие. Результаты опроса показали, что 50% обратившихся нашли своего работодателя. Цифры такие: 32% работают в местах, куда их трудоустроили через центр занятости; 18% трудятся по специальности, которую получили при переобучении; 13% нашли работу сами.
Итак, ищущим работу надо брать за себя ответственность. Работа есть. А на работе бывает карьерный рост вкупе с прибавкой к оплате труда.
Кстати, в Казахстане многим более двух сотен центров занятости с немалой, так скажем, пропускной способностью. Наверняка большая часть или хотя бы половина из зарегистрированных 400 тыс. безработных найдет с их помощью место приложения собственных рабочих рук.
Все колонки автора
