Рефлекс

…Время было около шести вечера, и к кассе супермаркета собралась приличная очередь. Подталкивая вперед нагруженные тележки, покупатели неспешно готовились рассчитаться, держа в руках кто платежную карту, кто портмоне с наличкой, некоторые ковырялись в телефоне. Вдруг относительную тишину в рядах стоящих нарушил громкий кашель: худощавый мужчина лет 50, едва успев прикрыть рот свободной рукой (во второй руке он держал пластиковую корзину с продуктами), сконфуженно поспешил поднять на лицо спущенную до подбородка маску. Следом раздалось не менее громкое «апчхи!»

Дальнейшие действия можно представить как в замедленном кад­ре: кассир, неподалеку от которой и стоял мужчина, одним движением руки опустила на лицо свой защитный аксессуар – пластиковое «забрало», находившиеся поблизос­ти, следуя инстинкту самосохранения, потянулись поправлять маски на лице, кто-то и вовсе полез за ней в карман. Первой срефлексировала стоявшая рядом с кашляющим девушка: резко отвернувшись от подозрительного соседа, она попыталась было увеличить между ним дистанцию, но… наткнулась на тележку стоявшего сзади.

– Отойдите подальше, – без намека на вежливость обратилась она к женщине средних лет.
– Куда – подальше, не видите – очередь?
– Это вы не видите разметку, которую, вообще-то, не следует пересекать.
– На себя посмотрите. Почти в затылок дышали мужчине…
Пока шла грубая перепалка между двумя покупательницами, кто-то из очереди направил свой гнев в адрес виновника ситуации.
– Мужчина, маску нужно носить на лице, а не на шее, закрывать нос и рот!
– Если болеете, сидите дома! – довольно злобно выпалил третий. – Из-за таких, как вы…

Сказанное дальше потонуло в общем словесном потоке, поскольку очередь заметно оживилась. По всей вероятности, возмущенный сказал примерно следующее: из-за таких, как вы, растет заболевае­мость, а еще из-за таких, как вы, опять окажемся в режиме жесткого карантина. Создалась конфликтная ситуация, которая, впрочем, стала еще одной гранью новой «нормальности».

Да, пандемия повлияла на наше сознание и поведение порой не самым лучшим образом. Страх, переживания за здоровье свое и близких, ощущение опасности, ежедневно подогреваемое потоком негативной информации, губительно сказываются на психике. Люди раздражены, становятся грубее, злее. Потому и первой реакцией на тревогу, на нарушение привычного течения жизни, на неприятие внешних факторов у многих выступает не что иное, как агрессия.

Но возникает другой вопрос: почему мы начинаем бояться только тогда, когда нам, образно говоря, уже чихнули в лицо? Почему не исполняем сами и не требуем от других выполнения тех пяти золотых правил санитарных норм, о которых вот уже несколько месяцев нам ежедневно напоминают? В том числе избегать посещения мест массового скопления людей, а если все же это необходимо, то строго соблюдать социальную дистанцию? И если в начале карантина еще как-то придерживались данного правила, то с ослаблением мер во многих магазинах, аптеках разметка на полу стала обычной формальностью. Маски? Да, сейчас носит уже большинство, но часть упорно – на подбородке. Неужели добиться адекватного отношения к ситуации можно только введением жесткого карантина?

Описанная выше ситуация могла бы завершиться вполне себе мирно, без оскорблений и выпадов, если бы кашляющий мужчина был правильно экипирован, а «очередники» стояли бы друг от друга не менее чем на полтора-два метра. Тогда и шансов приблизить «постпандемичное» время будет гораздо больше, а чихнувшего в очереди не будут воспринимать как источник повышенной опасности. А пока слова «береги ближнего, держась от него подальше» остаются очень актуальными.