В центре внимания зрителей оказывается сюжет, исследующий природу преступления
Казахстанский кинематограф уверенно выходит за рамки привычных бытовых комедий и парадных исторических эпопей. В отечественный прокат вышел «Бүркітші» («Беркутчи») – дебютный полный метр режиссера Куаныша Стаханова, на премьерном показе которого побывала корреспондент Kazpravda.kz
Степь, закон и молчание
Авторы позиционируют картину как dark-триллер, и это редкое для локальной индустрии определение полностью себя оправдывает. Выбрав язык строгого регионального детектива, съемочная группа обращается к криминальной драме не ради зрелищных спецэффектов, а ради честного разговора о насилии, безнаказанности и коллективном равнодушии.
Фильм победил в тематической секции «Закон и порядок», однако авторам удалось избежать морализаторства и прямолинейной агитации – съемочная группа выбрала язык строгого регионального детектива. И всё же социальная значимость этой художественной работы очевидна. Выступая на закрытом предпоказе картины, председатель правления ГЦПНК Курманбек Жумагали обозначил важность проекта.
«Государственная поддержка ориентирована на реализацию проектов, поднимающих важные для общества темы, и блок «Закон и порядок» стал одним из приоритетных направлений конкурса. Фильм «Бүркітші» обращается именно к этим вопросам. Его главная задача — показать последствия человеческого равнодушия и бездействия институтов, формируя в обществе нетерпимость к насилию. Ведь именно через честное кино можно и нужно привлекать внимание зрителя к острым социальным вызовам», – считает спикер.
Персонажи: дистанция, надлом и профессиональный долг
История начинается без длинных экспозиций: сельский охотник Талгат находит у подножия скал тело старшеклассницы. Трагедия сводит его с городской следовательницей Алией. Вскоре становится ясно, что гибель подростка – не случайность, а звено в цепи таинственных исчезновений.
Основное действие разворачивается в Кегенском районе Алматинской области. Степь здесь не выступает метафорой свободы; напротив, бескрайние расстояния и глухое пространство подчеркивают отрезанность сел от правового поля. Конфликт строится не столько на поиске конкретного убийцы, сколько на столкновении со стеной круговой поруки, где местные жители предпочитают закрывать глаза на преступления.
Драматический каркас дарк-триллера держится на двух противоположностях. Главный герой Талгат в исполнении Берика Айтжанова – 45-летний немногословный беркутчи, привыкший к размеренной жизни по законам природы.
Трагедия разрушает его уединение, и расследование становится для него личной ответственностью. Контрастом ему выступает Алия, которую сыграла Зарина Кармен. Это уставшая женщина-следователь, чужак из города, пытающаяся заставить закон работать там, где привыкли «договариваться».
Дополняют ансамбль Куандык Жунисов, Айнур Бермухамбетова, Елдос Шайкенов, Ермек Шынболатов, Мерей Макажан, Жасулан Копберген и Айжан Пернебекова – их персонажи формируют плотный социальный фон, в котором равнодушие одних оказывается опаснее человеческой агрессии.
Правда не бывает очевидной
Древняя традиция кусбеги выступает не просто этнографической декорацией, а ключевым элементом ленты. Создатели подошли к этому аспекту с максимальной серьезностью.
«В вопросах охоты с ловчими птицами у нас были специальные консультанты. Один из них — Арман, чемпион Казахстана и один из сильнейших беркутчиков страны. Мы пригласили его специально, чтобы актеры достоверно освоили искусство обращения с птицей», – рассказал режиссер картины Куаныш Стаханов.
В кадре беркут выступает как сквозной визуальный мотив: на фоне беспристрастного взгляда хищника с высоты птичьего полета попытки людей скрыть следы преступления выглядят особенно мелкими. Визуально фильм выдержан в строгой, приглушенной гамме, а саунд-дизайн опирается на звуки ветра, медленных шагов и тревожные мелодии, удерживая напряжение без искусственного нагнетания.
После просмотра складывается впечатление, что «Бүркітші» – крепкая жанровая работа, которая ценна своим честным взглядом на проблему бытового насилия и безопасности подростков. Во многом это доказывает, что казахстанский кинематограф способен работать с темной драматической фактурой, предлагая зрителю не только развлечение, но и повод для серьезной рефлексии.
