​Все тайное останется... тайным

– Нургали Киябаевич, сегодня многие называют этот закон базовым в деле развития государства. Почему его так выделяют на фоне других?

– Начнем с того, что это второй Закон Казахстана «О государственных секретах», и он стал основой принятого в 2003 году Межпарламентской ассамблеей СНГ модельного закона «О госсекретах».

Мы смело можем назвать себя первопроходцами в законодательстве о государственных сек­ретах, так как наш первый закон в этой сфере (1993 года) также стал первым законодательным актом в сфере государственных секретов на постсоветском пространстве.

Принятие такого рода законодательного акта нашей страной первой среди республик бывшего Союза говорит, конечно, о многом. И в первую очередь о стремлении молодого государства к демократии, обеспечению законных прав и свобод человека и гражданина.

Отвечая на Ваш вопрос, хотелось бы подчеркнуть, что именно благодаря применению норм этого закона сегодня наша страна достигла впечатляющих результатов как во внутренней, так и во внешней политике. Мы не только достигли консенсуса по различного рода вопросам геополитического характера, но и стабилизировали ситуацию по многим аспектам социального благополучия населения.

Впрочем, само понятие «государственные секреты» может неверно навести на мысль о том, что многие факты продолжают держаться в секрете. Но на самом деле секретными являются лишь исключительные документы, содержащие в себе сведения, составляющие служебную, государственную тайну.

– О каких исключительных документах идет речь?

– Существует деление документации ограниченного доступа на служебную – с пометкой «ДСП» (для служебного пользования), конфиденциальную, банковскую, коммерческую... Как правило, документы подобного рода представляют интерес исключительно для определенного круга лиц, связанных между собой общим родом деятельности. Причем неправомерное распространение этой информации уже может подпадать под статью Кодекса об административных правонарушениях и даже Уголовного кодекса.

Государственная тайна содержится в документах, которые подразделяются на секретные, совершенно секретные и особой важности.

По закону к госсекретам относятся защищаемые страной сведения, составляющие государственную и служебную тайны, распространение которых ограничивается для осуществления эффективной военной, экономической, научно-технической, внешнеэкономической, внешнеполитической, разведывательной, контрразведывательной, оперативно-розыскной и иной деятельности, не вступающей в противоречие с общепринятыми нормами международного права.

Надо сказать, что все, кто работает с такими документами, несут большую ответственность. Подобного рода информацией они не имеют права делиться не только с родными, но и с коллегами по работе.

– И очевидно, ограничения в общении с близкими, коллективом – не единственный фактор, усложняющий психоэмоциональный климат среди служащих этой категории?

– Да, ведь здесь сказывается буквально все. Во-первых, с документами с грифом «С» нельзя работать на доступных компьютерах, а только на проверенных и сертифицированных. Даже больше скажу: эти ПК должны находиться в специальных режимных помещениях, где нет технических устройств, которые могут потенциально несанкционированно считывать информацию.

Во-вторых, кто знаком с работой по защите государственных секретов, не понаслышке знает о том, в каких стрессовых ситуациях приходится работать иной раз сотрудникам данных подразделений. Это отдельный замкнутый мир, где даже лучше не называть свою специальность, чтобы не вызвать нездоровый интерес у посторонних. Надо следить за каждым своим словом, действием, не говоря уже об ограничениях в личной жизни. Каждый сотрудник ПЗГС – это фактически штучный бриллиант.

Между тем защита государственных тайн и секретов является средством обеспечения суверенитета любого государства и напрямую связана с его функциями и интересами. Национальная, военная, информационная безопасность и другие нуждаются в обеспечении режима секретности.

В законе прописано, что «защита государственных секретов является одним из видов основной деятельности государственного органа и организации». И потому представляется сомнительным отнесение в некоторых государственных органах деятельности структур по обеспечению режима секретности к вспомогательному функционалу, предполагающему самую низкую оплату за труд.

Видимо, здесь разработчики свели деятельность подразделений по защите госсекретов к обычному делопроизводству. Но это совсем другое. Ведь даже в обычном делопроизводстве трудозатраты на один документ с пометкой «ДСП» в сравнении с «рядовым» документом, по оценке экспертов, увеличиваются на 20–25%. Что уж и говорить о секретных?

– Не по инициативе ли работников этих служб был в свое время введен запрет на пользование смартфонами в стенах госучреждений?

– Нет, но думаю, это продуманный шаг, который приносит свои результаты. По крайней мере это хорошее средство в борьбе с утечкой информации, пусть даже не составляющей госсекрет.

Однако неразглашению иной раз подлежит и много другой документации, чем зачастую пренебрегали многие из госслужащих, кто выкладывал в сеть, к примеру, фото с приказом руководителя ведомства, который ориентирован только на сотрудников конкретного министерства, департамента и так далее.

– Хорошо, а как раньше вообще регулировался вопрос по сохранности информации, представляющей государственную тайну?

– Раньше были спецчасти, особые отделы и тому подобное. Но в советское время вопросы государственной тайны и госсекретов регламентировались закрытыми ведомственными актами. И это давало простор для произвола отдельным должностным лицам и органам.

Казахстан же впервые использовал в Конституции понятие «государственный секрет». Это позволило зафиксировать его в качестве конституционной ценности. И сегодня в пункте втором статьи 20 Основного закона РК прямо указано, что перечень сведений, составляющих государственные секреты Республики Казахстан, определяется законом.

Таким образом, законодательно поставлен заслон произвольному отнесению государственными органами, организациями и должностными лицами каких-либо сведений к государственным секретам. Все должно быть в рамках Закона «О государственных секретах».

– В таком случае можно предположить, что это системообразующий закон?..

– Верно. Закон действительно системообразующий, поскольку несколько десятков законов нашей страны, как, например, Трудовой кодекс, Закон «О государственных закупках» и так далее, ссылаются на него и используют его положения. Несмотря на то что сфера защиты государственной тайны не является пуб­личной, только в поисковой системе «Адилет» в свободном доступе находится около тысячи документов, регламентирующих порядок работы с госсекретами.

К слову, согласно статье 20 закона срок засекречивания сведений, составляющих государственные секреты, не должен превышать 30 лет. В исключительных случаях он продлевается по заключению уполномоченного государственного органа по защите государственных сек­ретов.

В целом, конечно, в статье невозможно подробно все рассказать про Закон «О государственных секретах». Но он находится в открытом доступе. И я уверен, что любой гражданин найдет в документе много интересного и познавательного.